Партиалы
Шрифт:
– Если Сенат уйдет, Голосу незачем будет взрывать город, – возразила Зочи. – Они же как раз этого и добиваются.
– Вот только не говори, что ты одна из них, – усмехнулся Джейден.
Зочи подалась вперед:
– Если выбирать между идиотами и военными в правительстве, повстанцы у власти – не худший вариант.
– Никакие они не повстанцы, – проворчал Джейден, – а самые настоящие террористы.
Да, Зочи бы им помогла, Кира это знала, но какой от нее толк? Она не проходила военной подготовки, кроме обычных школьных занятий по стрельбе, а навыки ее были на удивление традиционны:
Кира подумала о Маркусе. Он развалился рядом с ней на диване, смотрел в окно на последние отблески заката и не принимал никакого участия в разговоре. Маркус не солдат, но прекрасно умеет стрелять, талантливый хирург и не теряется в чрезвычайных ситуациях. В больнице его практически сразу назначили в отделение реанимации и интенсивной терапии. Рядом с ним можно ничего не бояться. Кира легонько похлопала друга по колену, собралась с духом, выпрямилась и сказала:
– Ребята, мне надо с вами поговорить.
– Да знаю я, что ты скажешь, – ответил Хару. – У тебя же есть Маркус. Понятно, что Закон надежды тебя не пугает.
Кира смущенно покосилась на Маркуса, перевела взгляд на Хару и покачала головой:
– Признаться, об этом я как-то не думала. И вообще сейчас речь о другом. Я хотела поговорить о вашем будущем ребенке.
Хару нахмурился и взглянул на Мэдисон, рассеянно поглаживающую живот:
– А в чем дело?
– Можно я скажу как есть?
– Все так и делают, – заметила Изольда.
– Ну хорошо, – кивнула Кира. – Ребенок Мэдисон умрет.
Хару и Джейден заворчали. На Мэдисон было больно смотреть. Кира, стараясь не расплакаться, продолжала:
– Прости, я знаю, это звучит грубо, но давайте будем реалистами. Закон надежды – глупость, зло, необходимость, называйте как хотите, все равно ничего не изменится – не спасет малыша Мэдисон. Может, какого-то другого ребенка, через много лет, но не этого. Если, конечно, мы ничего не сделаем.
Хару впился в нее холодным взглядом:
– Что ты предлагаешь?
Кира сглотнула и посмотрела ему прямо в глаза, стараясь казаться такой же уверенной и серьезной, как он:
– Я предлагаю поймать партиала.
Джейден нахмурился:
– Ты имеешь в виду, спланировать атаку на материк?
– Ни в коем случае. Ни Ист-Мидоу, ни Сеть безопасности не должны иметь к этому никакого отношения. Я пыталась поговорить со Скоузеном. Сенат никогда на это не согласится. Только мы с вами, присутствующие в этой комнате. Партиалы могут помочь разгадать секрет РМ-вируса. Я хочу, чтобы мы с вами переплыли пролив и поймали одного из них.
Друзья уставились на Киру, раскрыв рты от изумления. Никто не произнес ни слова; слышно было только, как яростно гремит музыка
– Кира… – медленно проговорил Маркус.
– Да, черт возьми! – воскликнул Хару. – Вот об этом я и говорю.
– Ты шутишь, – сказала Мэдисон.
– Не шутит, – возразил Хару. – Так и надо. Ведь вирус создали именно партиалы, а значит, могут нам подсказать, как его вылечить. А если нужно будет, мы хорошенько на них нажмем.
– Я не предлагаю их допрашивать, – пояснила Кира, – их же миллион, и нет никаких гарантий, что мы поймаем того, кто разбирается в вирусологии. Но можно провести на нем опыты. Мы с Маркусом на основе того, что уже известно, пытались изучить, как функционирует иммунная система, но оказалось, что это тупик. И не потому, что ученые даром едят свой хлеб. Как раз наоборот: они слишком хорошо выполнили работу и перебрали все возможные варианты. Единственное, что нам осталось, – исследовать физиологию партиала и постараться найти что-то, что можно использовать для вакцинации или лечения. Другого выхода нет. И сделать это нужно как можно скорее, пока у Мэдисон не родился ребенок.
– Кира… – повторил Маркус, но Джейден его перебил:
– Ты развяжешь очередную войну.
– Нет, если действовать незаметно, – оживился Хару. – Большой отряд они засекут, но маленький сможет пробраться через границу, захватить партиала и быстро вернуться домой. Они даже не узнают, что мы там были.
– Узнают, когда заметят, что человек пропал, – заметила Зочи.
– Они не люди, – отрезал Хару, – а машины, биороботы, механизмы. И заботятся друг о друге не больше, чем одна винтовка заботится о другой. В самом худшем случае, если командир партиалов заметит, что в его арсенале не хватает одного ружья, он прикажет изготовить новое.
– А разве они умеют делать новых партиалов? – удивилась Изольда.
– Кто знает? – ответил Хару. – Нам известно, что они не размножаются, но вдруг они нашли в «ПараДжене» станки по производству партиалов и снова начали их изготавливать? Их нельзя считать людьми: ведь они и сами себя таковыми не считают. Украсть партиала – это даже не похищение… это как захватить трофейное оборудование.
– Нам не очень-то нравится, когда Голос захватывает наше оборудование, – заметила Мэдисон.
– Нет, они правы, – Джейден опустил взгляд, потом снова поднял глаза. – Нам это по силам.
– Ну вот, и ты туда же, – охнула Мэдисон.
Кира молча радовалась. Она не понимала, почему Мэдисон упрямится, но это и неважно: главное, Джейден согласился. Девушка поймала его взгляд, кивнула и спросила напрямик:
– Так что ты думаешь?
– У меня есть знакомые в Сети безопасности, они нам помогут, – ответил Джейден. – В основном разведчики. Мы ведь даже толком не знаем, где сейчас партиалы, не говоря уже о том, как у них все устроено. Так что нужна небольшая команда, которая найдет одинокого партиала или их небольшой патруль, захватит и незаметно вернется с ним на остров, – он перевел взгляд с Мэдисон на Киру. – Не самый простой план, но попробовать можно.