Партай-геноссе
Шрифт:
А в нашем конкретном случае о времени пребывания разведгруппы могли рассказать… Нет… Не полностью засыпанная яма наблюдательного поста и даже не стёртый с лица земли наш походный очаг. Нас могло выдать обыкновенное человеческое дерьмо. Не убранное за собой кучкой опухших балбесов-бездельников. Окажись здесь душманы, они не побрезговали бы собственноручно поднять использованные бумажки… Чтобы учуять вполне явственный запашок людских экскрементов. И они не поленились бы потыкать палочки в эти кучки, чтобы определить плотность людских выделений…
А превращаться из охотника в чью-то добычу — этого никому не захочется. Не хотелось этого и командиру разведгруппы Љ613. Потому-то он и вызвал меня… Чтобы устроить мне такую головомойку, чтобы я на всю жизнь запомнил этот пункт в моих обязанностях на боевом выходе.
Затем мы пошли обратно. Никаких указаний Веселков мне так и не выдал. Но этого и не требовалось.
— Вы чего за собой своё дерьмо не закопали? — со злой решимостью спросил я всю вторую подгруппу. — В первый раз, что ли, на войне?
Солдаты уже давным-давно поняли, в чём же собственно дело, и поэтому мой вопрос их ничуть не удивил. Зато сразу же взъерепенился товарищ майор…
— Зарипов! В чём дело? — грозно нахмурившись, спросил Болотский.
— После себя надо всё убирать! — отрезал я. — Это же ваша…
— Что-о? — взревел парторг.
Все солдаты второй подгруппы вместе с майором уже давным-давно сидели на своих местах. Может быть, их тоже злила невольная задержка… Однако вся вина лежала только на них…
И поэтому я говорил очень спокойно и твёрдо:
— Это вся ваша подгруппа ходила туда. И надо убрать за собой! Нельзя всё так оставлять! Все слезайте и идите закапывать!
Больше мне нечего было им сказать. И я развернулся к своей броне. Но когда я взялся рукой за фальш-борт, то увидел…
— Ну, чего вы сидите? Я, что ли, буду убирать за вами? Вперёд!
Вторая броня всё сидела и сидела… Солдаты о чём-то переговаривались меж собой, однако с БМПешки никто не спрыгивал… И с лопаткой наперевес не бросался в сторону отхожего места…
Когда я уселся в своём люке, то есть сразу же позади Луки, то не удержался от нового выкрика.
— А что? — возмущённо ответил Сальников. — Кто-то нагадил, а я буду убирать?
Видимо, в результате своих внутренних переговоров именно его кандидатура была выбрана в качестве вселенского чистильщика. А может быть, и нет. Ведь они всё ещё продолжали о чём-то спорить.
— Ну, и чего вы там языками треплетесь? — повысил я свой замкомандирский голос. — Все слезайте и все идите закапывать.
На мой взгляд, я предлагал им вполне честный выход из сложившейся ситуации. Понятное дело, что первым подал дурной пример товарищ парторг, которому не доводились под роспись сведения о порядке бытового самообслуживания
Однако майорскому примеру быстренько последовали все остальные солдаты. И теперь вся ложбинка была усеяна характерными кучками. А использованные газетные обрывки рассеялись по всем близлежащим кустам. Так что… Даже нечего им пытаться свалить всю вину на товарища парторга. Он, конечно же, тоже принимал непосредственное участие… Однако отнюдь не в одиночку!
Мне уже надоело слушать слишком уж приглушенные голоса бойцов второй подгруппы, и я хотел было выругаться покрепче. Однако командир группы решил кое-что уточнить…
— Зарипов! — обратился он ко мне. — А ты назначь одного человека. Он всё и уберёт.
Такой поворот военных событий мне совершенно не понравился. Ведь я придерживался честных принципов: все гадили — все и убирайте! А тут меня принуждали выбрать кого-то одного и сделать его самым крайним.
Но я всё же попытался выкрутиться из этой ситуации:
— Вы слышали? Тяните спичку!
Однако вторая броня продолжала тормозить. Они отлично слышали новое приказание командира группы, но никто из них даже не потянулся за спичечным коробком. И тянуть справедливый жребий они не собирались.
— Зарипов! — начал злиться Веселков. — Мы время теряем! Назначь одного человека!
Я всё медлил… Легко сказать «назначь»!.. Если бы на второй броне имелся хоть один солдат, который числился младше нас по срокам призыва… То данная проблема была бы решена в кратчайшие сроки. А в существующих условиях я даже и не знал, как мне следует поступить. Ведь все солдаты второй подгруппы были моего же призыва. И мало того, со всеми из них мне приходилось ходить на боевые выходы. А стало быть, дежурить с ними на одной и той же фишке, хоть и по очереди. И есть из одного общего казанка солдатскую кашу. Даже спать рядом с ними, укрывшись одним куском брезента… Я уж не говорю про совместные облёты и прогулки в пешем дозоре… А тут…
— Тяните спичку! — выкрикнул я вновь. — Х_ли вы сидите?
Однако они продолжали тянуть резину.
— Зарипов! — ещё строже заявил Веселков. — Я сказал, назначай!
Я ещё раз оглядел всех солдат второй брони: Сальника и Билыка, Малого и Шпетного, Абдуллу и Смирнова. Мысленно я начал перебирать всех. Наводчик Абдуллаев отпадал стопроцентно как старый дембель. Да он и не пошёл бы выполнять приказ… Хоть самого Веселкова или же Болотского. Сальникова мне тоже не хотелось обидеть. С Лёхой Шпетным я столько раз был в одной боевой двойке… Билык — коллега по пулемётному ремеслу… Другие тоже… Оставался маленький механик Смирнов. Но и с ним мне не хотелось портить дружеских отношений…