Паровой каток
Шрифт:
– Тем самым вы утверждаете, что Шу-Шу услышал это от членов магистрата, не так ли, лейтенант?
– Нет, я это только к примеру, - слушайте внимательно. Я говорю о том, что так думает Гершвин. Шу-Шу ведь мог услышать это и возле места своего ночлега - там автостоянка.
– Европейцы при африканцах часто говорят о своих личных делах, вмешался Зонди.
– Они даже не думают, что типы вроде Шу-Шу могут знать их язык.
Крамер вдруг осознал, что в присутствии Зонди слишком пренебрежительно разговаривал
– Скажите, дружище, куда это вы так спешили? Поставить на темную лошадку?
Он знал об этой слабости Ван Ниекерка, но на этот раз не угадал. Ван Ниекерк обиженно насупился, прежде чем ответить.
– Если на то пошло, лейтенант, меня взбудоражил Джордж Аббот. Позвонил и заявил, что спрашивают о мисс Ле Руке.
– Господи, но почему же вы сразу не сказали? Немедленно туда!
Ван Ниекерк сглотнул.
– Я дал ей уйти, сэр.
Только присутствие Зонди спасло Ван Ниекерка от немедленной кастрации. Поскольку менее жестокое наказание в глазах Крамера не имело смысла, он только спросил:
– Почему?
– Потому что это ничего не давало. Она представилась портнихой, которая как-то шила мисс Ле Руке несколько платьев. Запомнила её как очень симпатичную порядочную молодую даму.
– Почему же она не пришла на похороны?
– Не настолько хорошо её знала, лейтенант. Говорит, не хотела показаться навязчивой.
– Ну да? Она знала что-нибудь о её семье?
– Я спрашивал, лейтенант. Сказала, что ничего ие слышала, но считала, та родом из Капской провинции.
– Но если она все это знала, почему же не пришла к нам?
– В этом все и дело, лейтенант. Говорит, ничего не знала о заметке в "Газетт". Была очень удивлена, когда я её показал.
– Тогда какого черта она приперлась к Абботу?
– Говорит, шла мимо, увидела траурное извещение и удивилась, с чего это умерла такая молодая девушка. Это её слова, лейтенант, я все записал.
– И что дальше, Вилли?
– Тоща она заглянула внутрь - хотела поговорить с Джорджем. Вы же знаете этих старух.
– Так это была старуха?
– Ну, точнее, пожилая женщина - лет шестьдесят пять.
– Ага. Говорите, она выглядела - гм, испуганной? Вы уверены?
– Тяжело сказать. Люди странно ведут себя с полицией. Сказал бы, что она нервничала.
– Ладно. Свое дело вы сдалали. Но я хотел бы поговорить с нею, может ещё что узнаем.
– Разумеется, лейтенант, я записал фамилию и адрес. Миссис Джонсон, Гледис Джонсон.
– Отлично. И где она живет?
– Биддулф Стрит, 169.
Ван Ниекерк уверенно подошел к карте и пальцем провел по Биддулф Стрит до номера 169. Зонда, взглянув туда, тут же деликатно вышел из комнаты.
Потому что, судя по карте, скромная пожилая женщина миссис Джонсон жила в здании обувной фабрики.
ГЛАВА
Крамеру не пришлось ничего говорить. Все сказал Ван Ниекерк, сказал про себя, потом вслух и повторял снова н снова.
– Значит, она солгала, - прервал его Крамер.
– Змея...
– Теперь не до этого, сержант. Ее нужно найти, если это ещё возможно. Лгала она не вам, а нам - полиция. Но почему?
Ван Ниекерк наконец перестал биться головой об стену.
– Ну... потому что хотела что-то скрыть. Скрыть свои отношения с девушкой.
– Верно. Но меня интересует этот адрес, который она высосала из пальца. Как она его выдала? Запиналась, думала или нет?
Ван Ниекерк прикрыл глаза.
– Нет, сказала все гладка Вначале номер. Я его записал. Потом улицу.
– Биддулф Стрит. Название она знала, но больше ничего.
– Наверняка назвала первую пришедшую в голову.
– Или единственную, которую знала в Треккерсбур-ге. Я хочу сказать, странно, что выбрала именно эту.
– Полагаете, она нездешняя?
– Вот именно, и потому считаю, что нужно поспешить с её розысками, пока не поздно.
– Можно по радио оповестить все патрульные машины.
Одна половина натуры Крамера была согласна с этим решением, другая против него.
– Как давно вы расстались с ней у Аббота?
– Минут десять-пятнадцать назад.
– Это не так много, попробуем позвонить вначале ему.
– Крамер начал набирать номер похоронной конторы.
– Может, он ещё что узнал.
Но Аббот напрасно чесал в затылке. Нет, он не спросил, где женщина живет. Ему и в голову не пришло. Крамер настаивал, чтобы тот вспомнил, что произошло после ухода Ван Ниекерка. Безрезультатно.
– - Минутку, минутку, теперь он вспомнил - она о чем-то спросила мальчика, что на углу продавал газеты.
– Быстро к нему и спросите, что ей было нужно, - велел Крамер.
Ван Ниекерк вдруг щелкнул пальцами, взял лист розовой бумаги и напечатал на машинке несколько слов.
– Ну вот, - обернулся к ним Крамер, - спросила, как пройти на Биддулф Стрит. Вот это да! Спасибо, дружище.
– Он перешел к карте.
– Вот оно! Биддулф Стрит, конечная остановка пригородного автобуса! Как я не сообразил раньше! Вот оно!
– Мне ехать с вами, лейтенант?
– Будет лучше, если вы останетесь здесь, чтобы поддерживать связь с Зонди.
– Тогда, может быть, вы возьмете, с собой вот это? Крамер непонимающе взглянул на розовый листок.
– Основные данные, - пояснил Ван Ниекерк.
– Что она собой представляла. Наконец-то он пригодился...
* * *
Зонди купил мороженое тому мальчишке, который под ухмылки приятелей наконец сознался, что ухаживал за Шу-Шу последние дни перед его исчезновением. Еще одну порцию Зонди купил себе.