Парцифаль
Шрифт:
И герцог рек: "Теперь – в погоню!
Я нечестивца урезоню!
Будь человек он иль дракон,
Зверь с огнедышащею пастью,
Я разорву его на части!"
Что ж. Слово герцога – закон...
И тут жена как зарыдает!
Не за себя она страдает;
Ей не себя – супруга жаль.
Ей тяжела его печаль.
Все претерпеть она готова
И даже рада умереть,
Чтоб ревностью жестокой впредь
Не мучить мужа дорогого!..
(И я с Ешуты грех снимаю,
Хотя прекрасно понимаю,
Что гнев всех женщин призову
На
Меж тем, не зная ни о чем,
Герой спешит своим путем.
Кого в дороге он ни встретит,
С почтеньем юноша приветит:
"Моя возлюбленная мать
Мне так велела поступать!.."
В своем неведенье счастливом
Он скачет над крутым обрывом.
Вдруг женский голос слышит он.
Не голос, нет! Протяжный стон,
Вопль ужаса невероятный,
Плач о потере безвозвратной...
Сигуна 57 – то она была, -
Полубезумная, рвала
Свои распущенные косы...
Здесь содрогнулись бы утесы:
В ее объятьях труп лежал.
А безутешный голос звал:
"Мой князь! Мой Шионатуландер! 58
Свою Сигуну ты забыл!.."
«Кто друга вашего убил?»
«Орилус! Герцог де Лаландер!..»
Он молвил: "Да хранит вас Бог!
Но чем, скажите, я бы мог
Помочь ужаснейшему горю?
57
Сигуна – дочь Киота и Шозианы, дочери Фримутеля и сестры короля Анфортаса, Треврицента, Репанс и Герцелойды.
58
Шионатуландер – внук Гурнеманца.
Хотите, я коня пришпорю
И, где б то ни было, найду
Того, кто вам принес беду,
Чтоб с ним сразиться в поединке?
Не мне ль приказывала мать
В несчастье людям помогать
И чутким быть к любой слезинке?.."
. . . . . . . . .
Она сказала: "Мальчик мой,
Сколь дорог мне твой нрав прямой!
В себе соединяешь ты
Всю кротость детской доброты
С порывами бойца святыми!
Так назови свое мне имя,
Чтоб пожелать тебе удачи!.."
На это юноша сказал:
«Bon fils, cher fils, beau fils»... Иначе
Меня никто не называл".
Сигуна сразу поняла,
Кого судьба к ней привела:
То имя было ей знакомо...
И все же наступает срок,
Чтобы с последующих строк
Горой наш звался по-иному...
"Твое прозванье – Парцифаль! 59
Оно в веках тебя прославит:
Насквозь врага пронзает сталь,
Насквозь любовь сердца буравит.
Узнай, потомок королей,
59
Твое прозванье – Парцифаль! – Имя героя восходит к имени
Что сердце матери твоей
Любовь к тебе избороздила.
Ах, так судьба определила,
Чтобы родитель твой – король
Принес отчаянье и боль
Ее душе, безмерно кроткой.
Без хвастовства тебе скажу:
Была мне Герцелойда теткой...
Отец твой – родом из Анжу,
Мать – валезийская испанка -
Тебе однажды жизнь дала
В прекраснейшем Конвалуа...
Но ведома ль тебе изнанка
Роскошной жизни королей:
Коварство, зависть – смерти злей.
Властитель славного Норгальса,
Узнай, что верный твой вассал -
Князь Шионатуландер пал
При обороне Кингривальса 60–
Твоей столицы, где народ
Лишь твоего прихода ждет.
Два злобных рыцаря, два брата,
Жрецы насилья и разврата,
Тебе грозят... Из них один -
Надменный рыцарь Леелин,
Другой – Орилус знаменитый...
Здесь пред тобою – князь убитый.
Копьем Орилуса пронзен,
Ах, он при жизни был казнен
60
Кингривальс – главный город Норгальса.
Моей холодностью чрезмерной.
Он нам обоим друг был верный.
Погиб он ради нас двоих...
Прости, несчастный мой жених!
Сколь рано ты со мной расстался!
Мне в женихи мертвец достался!
Самой мне умереть пора!.."
"О драгоценная сестра, -
Воскликнул мальчик потрясенный, -
Клянусь норгальскою короной,
Что заодно с тобой скорблю!
Я негодяев истреблю!
Они заплатят головою
За твой неутолимый плач!..
(Он был так молод, так горяч,
В нем чувство зрело боевое!)
Скажи мне, как найти их след?.."
Но, опасаясь новых бед,
Сигуна мальчика послала
На запад, а не на восток!,
Где средь нехоженых дорог
Его бы смерть подстерегала.
По направленью на Бретань
Дорогой едет он мощеной.
Кругом – народ, куда ни глянь.
Купец и рыцарь, пеший, конный
Навстречу юноше спешат.
Он каждого приветить рад,
По материнскому совету
Стремясь душой к добру и свету...
Но вот и вечер наступил.
Наш мальчик выбился из сил.
Вдруг рядом хижину он видит.
Неужто мальчика обидит
Живущий в хижине рыбак?
Скажите, разве не пустяк -
Порой ненастною, вечерней,
Впустить озябшего в свой дом?..
Но никогда мы не поймем
Жестоких нравов подлой черни!..
Рыбак кричит ему в ответ:
"Жди год, жди два, жди тридцать лет, -
Здесь не пожрешь на даровщину!
Уж не тебя ли, дурачину,
Я должен потчевать винишком?