Парашют для утопающего
Шрифт:
И он лихо выскочил за дверь.
– Ничего не понимаю… – бормотала Вася. – И на фига ему душ?
Люся уже опомнилась и кричала вслед ночному гостю:
– Так вы ничего и не рассказали!! Почему из-за нас-то?
Шаги внизу на минуту стихли:
– Приходите завтра на поминки, там все и узнаете!! Видите, мне некогда!! Надо еще заскочить в павильон водки купить!!
После его ухода подруги еще долго находились в состоянии шока.
– Ладно, Люся, не забивай голову, завтра сходим и все сами узнаем, – предложила Василиса и
Первый день после дачи выдался не самым спокойным. Люся и вовсе рухнула в кровать и сразу засопела. Честно говоря, в кончину Натальи Федоровны она не слишком верила.
Наутро Василиса прочитала Люсе маленькое наставление:
– Сделаем вид, что пришли за фотографиями, нам Наталья Федоровна их обещала. Ну а если там и вправду несчастье… Ты, Люсь, главное – не кипятись, когда со свидетелями беседуешь. Что-то в последнее время у тебя нервишки пошаливают. Недоброжелательная ты какая-то. И вообще, я сама поговорю с Николаем, ты же помнишь, как он мне открылся, когда мы у них были?
Люся не помнила. Ей казалось, что Николай, то есть Колясик, вообще радовал их весь вечер только мычанием, да еще перебранками с женой. Но спорить она не стала. Если Васенька хочет – пусть воркует с Николаем, лишь бы на пользу делу пошло.
– Во всяком случае, попробуем еще раз расспросить хозяев об их гостях, – планировала Василиса. Похоже, она тоже не верила вчерашнему гостю. – Ты, значит, наседаешь на мать семейства, а я на отца. Да, кстати, надо уточнить, когда их молодые все сено скосят, с ними бы тоже поговорить хотелось.
Но когда они заявились к Кубышовым, все их планы рассыпались в пыль.
На знакомой лестничной площадке гудела кучка мужчин, которые смолили сигареты и яростно выкрикивали непонятные лозунги:
– Бразилия всегда лучше! Или, на худой конец, Италия! А Франция, я вам скажу, – ей в подметки не годится! Они нам еще с Наполеоном проиграли!
– Ну чо мелешь?! Заткнись, говорю! Франция! А чего ж она тогда до финала дошла?! Бразилия, главное!! А чего ж тогда итальянцы победили?! Куда ты дымишь-то? Ты мне в лицо, в глаза мне! Чего, говорю, Франция дошла до финала?
– А я так скажу!! Дайте, я так скажу!! Главное в футболе… Слышьте, а я… да кому я тут говорю-то?!! Ну вас на-а-а-а фиг!! Я ваще токо за нашу сбо-о-о-орную болею!.. Слышь, тетка! Ты куда тянешься?! Чо, говорю, делать собираешься?
Василиса только подняла руку к звонку, как на нее налетел тощенький мужичок без передних зубов:
– Ты звонить, что ль, собираешься? Совсем, да? Не, ребя, она звонить собралась! – обратился он к спорщикам и выразительно покрутил у виска. – Совсем, да? На поминки ж не звоня-а-а-т! Туда просто так – берут, денюжку отдают и проходят. Денюжку можно мне отдать.
– На какие поминки? – испугалась Люся: неужели правда? И ведь как не хотелось верить!! – Мы, товарищ, не на поминки, мы к Кубышовым. Мы у них недавно свадьбу проводили, они сына женили, а сейчас…
Мужчины притихли, обернулись
– Пра-а-ально, они сына женили, Витальку. Свадьбу провели, а теперича – поминки, все по порядку, – объяснял все тот же щуплый мужичонка.
– А чегой-то я Витальки-то нигде не наблюдаю? – встрепенулся вдруг один спорщик. – Главное, мать концы отдала… скончалась, а он где-то шарахается! Чай, не таракана пришибли – матушку родну! Чо ему – на похороны заскочить некогда? Занятой, что ль, такой? Деловой, да?
– Дык как он заскочит-то, ядрена луковка! Он же ж в Италии и есть! Теща-то ему с евойной женой цельных две путевки укупила! Токо ехайте – отдыхните!
– Не в Италии, а в Анталии, лапоть ты!
Подруги все шире раскрывали рты, значит, все верно – Наталья Федоровна скончалась.
– Подождите, господа… – манерно ухватилась за виски Василиса. – Я вас правильно понимаю – здесь сейчас поминки?
Господа поддернули вытянутые штаны, а некоторые даже проявили сверхуважение – стали дымить в сторону.
– И кто же этот несчастный? – допытывалась Василиса Олеговна.
– Дык ясно кто! Колька, брательник мой несчастный, – закручинился мужичок без передних зубов.
– Еще не лучше!! – взвыла Люся. – А как это произошло? Он же вчера у нас был!! Когда он скончался?!
– Ты чо?!! – захлебнулся брат бедолаги. – Ты чо?!! Он-то еще не скончался!! Вон там Колян, за столом спит! Это Наташка откинулась!
– Так вы сказали, что он несчастный, я думала…
Мужчина обозрел присутствующих сотоварищей, как бы приглашая их вместе с ним полюбоваться на такую глупую бабу:
– Не, слышь, ребя, а то он теперича счастливый будет, да? – И уже сердито спрашивал у Люси: – А кто его теперича кормить-то будет? Наташка, она хоть и липкая баба была, до измору, бывало, Кольку-то доводила своими бабскими выкрутасами – то с ей в кино сбегай, то цветок ей из клумбы выдерни, все чегой-то ей не хватало! Но, однакось, кормила братана справно. Да и от работы не пряталась.
– Ой, да и куды от ее спрячешься-то, от работы. Это ладно Колька так за ейной спиной пристроился, а у меня вон на шее семеро! И комуй-то надо мою ораву кормить?! – вздохнул длинный мужик во фланелевой рубашке.
– А ты б себе ишо три семьи завел! Жалится он тута! – хмыкнул старичок, который вообще пыхтел далеко в углу самодельной папироской и в спорах до сего момента участия не принимал. – На кой леший тебе Валька потребовалась, коль законна жана имеицца? Теперича и ташшишь своих трое да ейных четверо! А Наташка хороша баба была, токо вот нашу родову не жаловала, потому как мы ить завсегда всей деревней приезжам, да и не любим тосковать-то долго – кажон месяц отмечамси, а кому ж надоть таку-то ораву в комнатенке ентой принимать? Но уж коль приезжам, так она завсегда нас принимат, кормит от пуза, а ить это ж каки деньги-то надоть! Потому как нашего Кольку любила!