Пара Дарека

Скотт Дж. С.

Стоило признать, что парень излучал силу и власть. Ханна посмотрела на него, понимая, что стоило бы испугаться, но не испугалась. Ее сердце пылало, когда она со вздохом посмотрела на неумолимое выражение на лице мужчины, настолько сильного, что хотелось погрузиться в него, оказаться в его безопасных объятиях.

«Он псих. Он может навредить тебе. Имей хоть какое-то чувство самосохранения, Ханна. Беги. Убирайся».

— Я никогда не причиню тебе вреда, Ханна. Ты — моя избранница, — его голос

был низким, уверенным и нежным, хотя он сам мог бы прихлопнуть ее, как муху. Дарек обхватил своей огромной ладонью ее щеку, в его темных глазах отражался сверхъестественный свет.

Ханна задрожала, когда он провел рукой по ее шее и не закрытой левой руке. Она понимала, что может сделать шаг, уйти, но ей не удалось. Ее тело словно парализовало, чувства загипнотизированы его жаркой рукой на ее коже.

Ласково коснулся ее большого родимого пятна.

— Ты носишь мою метку, — сказал он грубым голосом. Он провел правым указательным пальцем по ее левому плечу, место, которое она всегда старалась скрыть, потому что оно уродовало ее кожу с самого рождения. — Это прекрасно.

— Это родимое пятно, — прошептала она срывающимся голосом, поскольку была охвачена какой-то магией, каким-то очарованием.

— Это моя метка. Ты принадлежишь мне, — он положил левую руку на ее бедро, а правую отстранил подальше от своего тела.

Ханна ахнула, рассмотрев на его предплечье точно такую же метку. Милостивый Боже! У него такая же метка. Идентичная. Только его была ярче и… светилась.

— Сейчас твоя выглядит точно так же, как и моя. Сияет и мерцает, изображение теперь более отчетливое.

Она отошла, почувствовав свободу. Слегка спотыкаясь, ей удалось отойти, потому что он позволил. Ханна отступала до тех пор, пока не ударилась о стену рядом с дверью, на ее лице отражалась смесь ужаса и удивления.

Это невозможно. Он не может читать мысли. У нас не может быть одинаковых меток. Он не вампир. Вампиров не существует. Не существует. Они гребанный миф. Дракула существует только в фантастике, фильмах и книгах.

Дарек крался за ней словно тигр, преследующий свою добычу. Для такого крупного мужчины он был слишком грациозным и тихим.

— Ха… Конечно Дракулы не существует. Смешные легенды, книги и фильмы, от которых воротит всех вампиров. Столько чертовой драмы, что тошнит. Тебе больно, позволь тебе помочь.

— Держись от меня подальше, — она вытянула руку, стараясь не подпускать его ближе.

— Не могу, — ответил он, приближаясь, взял ее руку и положил на свою грудь, прижимая Ханну к стене.

Ханну окутал жар и сила, исходящие от него. Невольно она разжала ладонь на его груди и погладила разгоряченную кожу.

— Я не понимаю, что со мной происходит, — дрожащим голосом проговорила она. Ее мир перевернулся с ног на голову из-за реакции на мужчину, от которого следовало бы бежать сломя голову, крича от

страха, хотя они находились в эпицентре бури.

— Так и должно быть. Знаю, прямо сейчас ты смущена, — он коснулся губами ее лба, приближаясь к чувствительной коже на шее.

Она выгнула шею, давая ему лучший доступ, позволяя делать все, что пожелает. Ее тело полностью вышло из-под контроля, подчиняясь чувствам. А что, если он захочет крови? Он же считает себя вампиром.

— Я уже попробовал твоей крови, и хотя даже сама мысль об этом заманчива, но не стоит спешить. Я же вампир-целитель, — он уткнулся в ее кожу, от чего голос звучал приглушенно.

«Поцелуй меня. Прикоснись ко мне. Возьми меня. Прошу».

Простой контакт теплых губ Дарека с плотью Ханны, и все ее тело словно запылало.

— Как, черт возьми, ты это делаешь?

«Как он может проникать в мои мысли?»

Когда его губы скользнули ниже, рот чувственно накрыл ее выпуклые соски, и Ханна перестала волноваться, отдавшись пульсирующему жару, что захватил ее.

Она задрожала, когда он провел левой рукой по простыне в поиске просвета. Быстро найдя то, что искал, скользнул левой рукой под ткань, обхватив ее правое бедро. Он опустился на одно колено перед ней.

Ханна наблюдала за ним сквозь чувственный туман, тело вибрировало от желания. Дарек прикрыл глаза, провел рукой по ее ноге, посылая жар по каждой клеточке, мышце и кости в ее бедре и колене.

Все закончилось в считанные секунды. Дарек грациозно поднялся на ноги, склонившись над ее телом.

— Я не мог решить, поцеловать тебя или исцелить сначала. Целительские инстинкты к лечению моей пары оказались сильнее. Но теперь, наконец, я могу это сделать.

Когда его губы коснулись ее, Ханна решила, что Дарек Карвиллиус не робок. Он взял то, что хотел, и в этот момент он, очевидно, хотел ее. Это ясно как белый день.

Он приказал… И она подчинилась, не в силах сопротивляться, не в силах запретить, пока он овладевал ей, словно завоеватель. Его поцелуй заклеймил ее, сделал своей. Его язык не разведывал… Он требовал отступления, скользя внутри ее рта, овладевая ее дыханием.

Ханна обняла его за шею, стараясь оказаться ближе, пока он овладевал ее губами. Снова и снова. Снова и снова. Пока безумие не овладело ею, а тело задрожало, словно лист на сильном ветру.

Дарек прервал объятия, отстранившись от ее губ, словно разлука причиняла ему боль. Ханна задыхалась, дыхание вырывалось из легких и врывалось обратно. Она не сводила с него глаз.

Пот покрывал его тело, грудь тяжело вздымалась. Он смотрел на нее обжигающим, собственническим взглядом, который заставил ее мгновенно откликнуться. Каждый атом ее тела тянулся к нему, мучительно нуждался в нем.