Папа для Бусинки
Шрифт:
Мы вошли в квартиру. Филатов успокоился и странно на меня смотрел, наблюдая, как я разбираю продукты. Его искристый взгляд сводил с ума и настораживал.
– Ну что? Опять что не так? – не выдержала я.
– Да вот, думаю… если это у меня в руках, значит, ты ходила в магазин…
– Ну да, без нижнего белья. И что? Я есть хочу. И ты тоже. А у тебя здесь шаром покати… Кстати, я там в вазе деньги взяла, моя сумочка в баре осталась, с деньгами… так что, должна буду.
– Ага, как же, отдать не забудь! Можно поцелуями расплатиться! А шаром покати,
Завтрак готовили вместе, минут через сорок. Я снова в футболке Стаса, которая доходила мне до середины бедра, нижнее белье я все-таки надела, не привыкла без него. Любимый, в боксерах, варил кофе, я поставила в микроволновку блинчики с начинкой. Помыла фрукты, нарезала сыр и ветчину. А вот яйца спасти не удалось, обошлись без яичницы.
– Милый, я тут еще одну картину нашла, в спальне… Красивая! Снова я!
– А кого я еще должен рисовать? Эта картина напоминает мне о счастье! Ты так ласкала мой байк тогда, что я чуть не… Кит мне сказал – иди к ней, не мучь девушку, еще немного, и она соблазнит твой мотоцикл, – Стас засмеялся, вспоминая. Я тоже не удержалась.
– Ну кум, извращенец! – смеясь, проворчала я.
– А утром ты сделала мне такой подарок, после которого, у меня появилась надежда. Я о таком даже не мечтал. Правда, я думал, что ты меня… что тебе просто…
– И не думай даже! Мы уже выяснили вроде… Тогда не только твой лучший раз случился, по правде говоря… Садись, а то скоро обед уже.
107.
Только сели за стол, раздался звонок в дверь.
– Кажется, я знаю кто это. Может, не будем открывать? – Стас явно не хотел гостей.
– Нет, лучше открой! Они все равно ведь не уйдут.
Мой волк, ворча и натягивая на ходу штаны, поплелся к двери.
– Ну что, серый волк, показывай нашу Красную шапочку! Если ты ее съел, мы вспорем твое брюхо и спасем ее! – дурачась, в кухне появился Кит. – Опа! Жива, здорова и просто сияет!
– Прекрати ломать комедию, – Стас дал брату подзатыльник. – Дошутишься... Юль, проходи, чего тихая такая? Если Кит обидел, только скажи, я ему задам, как брат.
– Я и сама могу… Черт! Опять… - Юлька оттолкнула с дороги Никитку и унеслась из кухни.
Кит пристроился у стола, подхватил с тарелки кусок ветчины. Он разглядывал нас, будто мы со Стасом экспонаты в музее. Вернулась Юля, пошатываясь.
– Вот говорил – пить надо меньше! Все утро полоскает. Мы вчерась почти до двух ночи отрывались. Хорошо погуляли! И вот результат!
– Да я прям, много выпила! Ну вина, и немного текилы потом… - бледная Юляшка села возле меня. – Больше вообще пить не буду, если там хоть один градус есть. Есть хочу, ужас просто! – она схватила йогурт, с жадностью накинулась на него, закусывая виноградом и сыром одновременно.
– Да, да, да! Чуть текилы, а потом еще вискарика и шампусика с девками в туалете, прямо из горла!
– Кофе, чай? – Стас разливал кофе по кружкам.
– Ой! Убери его от меня подальше! Прям, снова мутит… - Царева отодвинула его руку, державшую
– Спасибо Юль!
– Конечно, унеслись, как на парусах! – засмеялся Никитка – Столько пропустили!
Позавтракали, посмеялись над рассказом Кита. Весело вчера было в караоке-баре! И впрямь много пропустили. Но я нисколько не жалею! Словно услышав мои мысли, кум хитро подмигнул брату.
– Ну как, вижу, ты теперь настоящим мужчиной стал! Каковы ощущения?
Стас чуть кофе не пролил от неожиданного вопроса.
– Не твое дело! И с чего ты решил, что я сегодня мужчиной стал? – огрызнулся он на брата.
– А, ну да – вчера! Вы же рано ушли.
– И не вчера… и даже не в этом году. А то будешь перебирать каждый день, – Станислав засмеялся, глядя как у его брата вытягивается лицо от удивления. – И успокойся уже! Прими, как факт, что сие знаменательное событие в моей жизни прошло мимо тебя, и без твоего участия.
– Врет?
– Спросил Кит у меня, я пожала плечами, смеясь. Уморительно видеть его растерянное лицо. – Не врет, значит… ну хоть ты его первая…
– Кит! – рыкнул на брата Стас. – Прекрати, сказал…
Телефонный звонок прервал пикировку братьев. Любимый схватил мобильник, лежавший на подоконнике.
– Да! Да, у меня… не, нормально… о, конечно, обязательно будем! Давай, – он отключился, улыбаясь. – Это Роман. Они там тебя потеряли, – это уже мне. – На обед ждут. София волнуется, куда мама подевалась. Вот ведь, вычислили!
Бедная моя девочка! Я ведь обещала вчера приехать.
– Сколько времени? – заметалась я по кухне. Стас поймал меня за руку, усадил к себе на колени. – Успеем. Двенадцатый час только, а нас к двум ждут. Еще успеем купить гостинцы, а тебе мобильник надо, – он поцеловал мое запястье, его пушистые длинные ресницы трепетали, задевая мою кожу на руке.
Не должен мужчина быть таким красивым! Иначе просто с ума сводит моментально. Я никогда раньше не ревновала. Нет, ревновала – Гришу, к его работе. Он постоянно был занят, на меня времени не оставалось. Руслана не ревновала, а он тоже был очень красив. И поводы даже были, частенько видела, как он смеется с какой-нибудь хорошенькой знакомой, на набережной, когда он учил меня танцевать, или в кафе. А из-за Стаса скоро истеричкой стану, хотя он даже ни с кем не разговаривает, старается от всех держаться в стороне. А когда он рядом перестаю соображать напрочь.
Его оголённый торс источал привлекательный запах краски и хвои, пропитался он ею, что ли. И шрамы… даже они не портили его тело. Про руку я знаю, здесь еще не совсем зажило, до сих пор приходится бинтовать. И над сердцем звездочка от пули мне знакома. Но были еще – возле левой ключицы, на правых ребрах, тоже пулевое. С левого бока, почти у самого ремня, похоже на ножевое ранение. Бедный, где же ты все это раздобыл? Стас потерся колючим подбородком о мою ладонь.
108.
– Пойду, побреюсь, а вы девочки, пока приберите здесь…