Пандемоний
Шрифт:
Незнакомец медленно повернул голову в мою сторону. Человек с острым носом. Его глаза оставались в тени, но взгляд пронзил меня как яркий луч тюремного прожектора. Я застыл на месте, ожидая, что незнакомец в любое мгновение вскинет руку и в лунном свете сверкнет пистолетная сталь.
Голова дернулась в коротком жесте, который можно было бы истолковать как приветственный кивок. После чего он отвернулся от меня и зашагал к дверям. Он шел, и полы длинного плаща развевались.
Я едва не опустился на колени, чувствуя,
Откуда-то издалека донесся пронзительный вой автомобильных сирен.
Я оказался у двери раньше, чем понял, что снова перешел на бег.
Затем открыл дверь и зажмурился. Вестибюль был ярко освещен, будто операционная.
За конторкой я никого не увидел, зато где-то рядом услышал женский голос — не то крик, не то писк. Я поспешил спрятаться за углом.
В десяти ярдах от меня рослая женщина в голубом платье, опустив голову и скрестив на груди руки, испуганно вжималась спиной в стену. Правдолюб прошествовал мимо нее, даже не повернув головы. Дойдя до следующего перекрестка коридора, демон оглянулся, как будто желая убедиться, иду ли я за ним.
Черт тебя побери, подумал я. Я больше ни за кем не иду.
Правдолюб исчез в одном из боковых коридоров. Я бросился к стоявшей у стены медсестре и прикоснулся к ее плечу. Она вздрогнула, но все же удержалась от крика. Медсестре было лет пятьдесят — шестьдесят. Я обратил внимание, что у нее блестящие черные волосы, тщательно уложенные при помощи лака.
— Вы случайно не видели здесь лысую женщину? — спросил я. — Такую тощую и сердитую?
Медсестра удивленно посмотрела на меня, затем отрицательно покачала головой.
Не важно. Я знал, куда направилась О'Коннел. Я найду ее на третьем этаже.
— Звоните в полицию! — бросил я медсестре. — Затем попытайтесь никого не выпускать из помещений.
— Я не могу, не могу… — покачала она головой.
До слуха донесся крик и за ним громкий удар: где-то с силой захлопнули дверь. Я решительно встряхнул женщину за плечи и спросил:
— Где лифты? — Она кивком указала направление, в котором только что скрылся Правдолюб. — Отлично, — произнес я. — Теперь вызывайте полицию. Пожалуйста.
Я направился к пересечению коридоров. Тот, что слева, похоже, тянулся по всей длине здания. Из дверей выглянуло несколько человек в больничных пижамах. Все они не сводили взглядов с Правдолюба.
Демон зашагал дальше и вскоре приблизился к площадке с лифтами.
Я бросился в другом направлении, рассчитывая найти другие лифты. Перешел с бега на быстрый шаг, пытаясь разглядеть на стенах указатели верхних этажей.
— Эй вы! — услышал я чей-то недовольный голос. Ко мне приблизился мужчина в синей пижаме, на вид примерно моих лет. —
На этот вопрос существует множество самых разных ответов. Я выбрал простейший.
— Мне нужно на третий этаж, — произнес я.
Молодой человек — врач, санитар, уборщик или кто там он был такой — проходил мимо таблички «выход», когда сильный взрыв заставил его застыть на месте. Пожарная дверь под табличкой выгнулась наружу. Человек шагнул прямо к ней.
— Я не могу открыть дверь, — признался я.
Было слишком поздно. Второй взрыв распахнул дверь настежь.
В коридоре появился огромный человек в синем облегающем трико. На руке у него болтался огромный металлический круг размером с канализационный люк. Капитан. К нему привалился Джонни Дымовая Труба — в традиционном комбинезоне и кепке в синюю полоску. Он одной рукой обхватил Капитана за плечо. Правой ноги ниже колена у Джонни не было.
Капитан ткнул пальцем в человека в синей пижаме.
— Санитар! Этому человеку срочно нужна медицинская помощь!
— Со мной приключилась маленькая неприятность, — жизнерадостно сообщил Джонни.
Я развернулся, побежал прочь, за угол, и оказался в длинном коридоре, тянувшемся вдоль задней стороны больницы.
Через несколько секунд моим глазам предстала пластмассовая табличка с надписью «лестница». Я плечом открыл дверь и, задыхаясь от быстрого бега, вылетел на лестничную площадку.
По прошествии пяти или десяти секунд мое дыхание более или менее восстановилось. Сколько же их здесь, демонов? Какого черта все они решили вдруг собраться вместе? И где, черт бы ее побрал, полиция? Даже в клинике «Мейберри» всегда дежурили два копа.
Я приблизился к двери и осторожно выглянул в квадратное оконце. Видимая мне часть коридора была пуста. Развернувшись, я направился к лестнице и, держась за перила, начал подниматься вверх. При этом старался не обращать внимания на боль в ногах. А еще я был вынужден постоянно вытирать пот, который стекал прямо в глаза.
На площадке второго этажа я шагнул на другой лестничный марш, и меня едва не сбил с ног спешивший сверху мужчина средних лет в больничной пижаме. Из руки торчала гибкая трубка капельницы. Заметив меня, он испуганно рванул в сторону.
— Нет! Не надо! — крикнул он так, будто я прижал нож к его горлу.
Я поднял руки в примирительном жесте.
— Будьте осторожны! — посоветовал я. — Там творится настоящее безумие.
Впрочем, слово не совсем подходящее. Все эти демоны — Капитан, Правдолюб, Джонни Дымовая Труба и даже отчасти моя ипостась, — взятые вместе, являли собой не просто проявление безумия. Это было нечто невообразимое.
Сборище демонов. Пандемоний.
Человек пригнул голову и, пробежав мимо меня, устремился вниз по лестнице. Откуда-то сверху раздался тонкий протяжный плач.