Панцирь
Шрифт:
— Пришел всё-таки, birt, — произнёс Распорядитель, оттирая губы платком. — Да еще не один, и всё равно долго шёл. Valo marchire.
Два мутанта-телохранителя по-прежнему стояли у него по бокам.
У левой и правой стены — по длинному темному дивану. С правой стороны — четверо бойцов в ламеллярной броне; с левой — трое.
Заметив нас, вся эта толпа поднялась. В руках у них преимущественно револьверы; выжидали.
Распорядитель, приподняв бровь, спросил:
— Поговорим?
— Если тебе напоследок хочется, старик, —
— Это Унгур выдал меня?
— Я бы и без его слов за тобой пришёл.
— Промысловик жив?
— Нет.
Распорядитель довольно кивнул:
— А слаб духом был Унгур. Abs worm. Так всегда и думал.
Помимо Центуриона и Виверны в кобурах, за спиной у меня еще два револьвера, взятых у бойцов Унгура: тяжелый Опцион и тонкий шестизарядный Курсун. Подготовил подарки для встречи.
— Вообще хорошо складывается, — улыбнулся Распорядитель. — Получается вас убью, а его и искать не придётся. Нет, правда, ser, хорошо.
— К чему все это?
— Да, сумбурно вышло, — сам себе кивнул. — Ammet. Хотел взять тебя живым.
— Зачем?
Оскалился:
— Лучше не знать.
— У тебя какие-то проблемы с кхунами, старик?
— Нет проблем. Мясо, кости, моды. Все очень нравится. И выражение ваших лиц… в момент, когда моды перестают работать, когда вас бьет по голове чистый эмоциональный коктейль. Каждый раз смотреть как вы, такие важные, много о себе думающие, ломаетесь. Нечто, ser, прекрасное, — он рассмеялся. — Лучшее, atola, из развлечений.
— А остальные чем не устроили?
— Йоргос вступился, взял тебя в отряд. Не нужно ему было это eb… делать; как ты вошёл в Изот ты уже принадлежал мне, — Распорядитель покачал головой и указал ладонью на Востра. — А оролуг одноглазый, marcio… руки у него длинные, любит чужих женщин трогать.
Понятно.
— Где Ника? — со злостью спросил Востр.
— Мертва, — безразлично ответил Распорядитель.
Я спросил:
— Ты хотел убить меня на Арене?
— Как запасной вариант, да. И я не хотел. Я бы убил, — пожал плечами. — Ammet это было неизбежно.
Все, в принципе, понятно.
Говорить больше не о чём.
Выхватил из-за спины револьверы и, целясь в бронированную охрану, открыл огонь.
Курсун щелкал задорно, но мне пришлось расстрелять весь барабан, чтобы убить двоих. Мелкие пули не могли пробить ламеллярные доспехи.
Один из бойцов был достаточно быстрым и прежде чем он умер, успел выстрелить в ответ — правда никуда не попал.
Опцион оказался надежнее. Выстрелил дважды — сделал два трупа. Одному голову продырявил, второму куда-то в грудину зарядил.
Перевёл револьвер на тройку у левого дивана, а там уже Буря Батара и Опцион Востра разобрались.
Оставшиеся четыре заряда отстрелял в ближайшего Цэра-телохранителя. Ожидаемо, пули отскочили от чешуи на голове,
Распорядитель продолжал сидеть и улыбаться, сложив руки перед собой.
Тут и цэры подключились. Должно быть реакция у них чуть медленнее, чем у обычных бойцов.
Один телохранитель прицелился из базарганов. Второй двинулся на нас с топором. Кряж швырнул что-то, что держал весь диалог в руке, в сторону двинувшегося. Смог рассмотреть — сушенный палец, который мы нашли в Первом Выходе. У грудины здоровяка заготовка лопнула. А дальше — светопреставление.
Образовалась крутящаяся синяя сфера, невыносимо-яркая, волевое давление от которой я чувствовал и с расстояния пятнадцати шагов.
Из сферы выстрелили сапфировые иглы. Они пробили телохранителя насквозь. Мгновение и иглы, вибрировавшие от силы, надавили в разные стороны. Здоровенное тело серокожего разорвало на три громадных куска: хлынула кровь, груда кишков рухнула на пол с хлюпаньем. Иглы рассыпались на тысячи голубых сфер. Они бились о мраморный пол и игриво звенели.
Когда Кряж сказал, что он припрятал козырь — я не такое представлял.
Распорядитель улыбаться перестал.
Понимал его. Тут не рожи корчить уместнее, а обделаться. Эта штуковина бахнула в шести шагах от его тела.
Второй близнец злобно взревел, принимаясь отстреливать базарганы в Кряжа; тот просто выставил щиты. Они отлично защищали от мелкокалиберного боеприпаса фуркатских многострелов, хоть и приходилось после каждого выстрела делать шаг назад.
Востр двинулся в бок и с новой позиции расстрелял остатки барабана в руку телохранителя, срезав корни модуля.
Я перебежал чуть правее и постреливал с Виверны во всякие места. Забронирован он был от пяток до лысины.
Отстрелявшись, великан выкинул базарганы и взялся за топор; рванул вперед. Батар разрядил Бурю в туловище приближающегося серокожего — даже кольчугу пробить не смог.
Кряж отпустил щиты и начал закидывать врага конструктами: огненные плети, дуги, стрелы. Ничего что могло бы остановить разогнанное тело.
Цэр добежал до Батара и врезал по нему топором. Тот отлетел на несколько метров и там рухнул. Кирасу телохранителю пробить не удалось, но рёбра он наверняка повредил; да и сознание промысловик потерял.
Цэр на мгновение замер и у Кряжа получилась невероятно отработать по цели. Он создал возле рта близнеца конструкт, истратив сразу все хтоны из пазов кирасы разом.
Конструкт появился, расширился и с хлопком создал длинный клинок, который извернувшись во рту близнеца, закрутился винтом. Нижняя часть головы лопнула после взрыва. Челюсть отпала, язык вывалилась, кровь ударила тугой струёй. Телохранитель выронил топор и схватился за зубы верхней челюсти.
Глаза цэра — сплошные кровавые пятна. Все сосуды какие могли полопалось.