Падший
Шрифт:
Тот закатил глаза, ведя подсчет времени.
– Да уже лет сто... Нет, больше. Однозначно!
– Что-то не заметно, - сказал Мульцибер.
– За сто лет можно было построить такой город, что своим размахом превысил бы Атлантэон.
В глазах ангелов появилась грусть.
– Не надо вспоминать, Мульцибер, - вступил в разговор Аваддон.
– Тут кроме песка ничего нет. Ближайшие залежи камня находятся в тысячу лиг отсюда! Мы все крылья чуть не переломали, пока доставили сюда строительный материал для этих-то домов!
– Какие же это дома? Это хибары! Вам самим-то не хочется жить в нормальных домах? Постройте что-нибудь величественное,
Мульцибер улыбнулся.
– Кто это вас надоумил? Я чуть в воду не упал, когда это услышал!
Ангелы смутились.
– Знаешь, брат, - ответил Агарес, - Мы конечно и поставлены здесь, чтоб служить интересам людей, но они должны знать и почитать Творца своего, а как это сделать? Пусть оказывают свое почтение нам, а мы передадим...
– Я тут встретил одного человека, - сказал Мульцибер.
– Очень толковый юноша. Его имя Хемиум.
– А, этого...
– протянул Туор.
– Толковый.
– Я с ним немного поболтал.
Глаза Аваддона округлились.
– Так ты давно здесь?
– Нет, спустился сегодня утром. Так вот, - продолжил Мульцибер.
– Я рассказал ему про Пределы, про их строения и архитектуру. Даже вскользь упомянул об Атлантэоне. Он загорелся создать что-нибудь эдакое, что смогло бы порадовать ваш глаз. Я приложил свою руку ему на голову, и в знак его преданности вам, передал часть своей силы и знаний.
Мульцибер обратился к Дарии:
– Помоги ему, муза. Вплети в его сознание образы, дай ему вдохновение. Пусть пустыня оживет и возвысится величием сооружений своих над остальным миром. Это в твоих силах и в твоей власти.
– Я попробую, Мульцибер. Но люди довольно странные создания, их вполне устраивает тот мир, в котором они живут.
– А разве вы не хотите что-то оставить здесь? Вам дана возможность творить. Не упускайте ее!
Мульцибер встал.
– Ладно, я вас оставляю. Надеюсь, вы услышали мои слова. Постараюсь навещать вас почаще. Пойду, вселю часть знаний еще какому-нибудь смертному. Попомните мои слова, все, что мы с вами создадим - останется на этой земле навсегда.
Архитектор вышел, и полог шатра качнулся за ним. Ангелы остались седеть в молчании...
Туор подошел к Агаресу.
– Ты чего разорался?
– Это строительство меня убивает! Мы уже несколько лет пытаемся воплотить дурацкую идею Хемиума, будь он неладен! А дело так и не сдвинулось! И куда пропал Аваддон?
Туор развернул свиток, который был при нем.
– Аваддон отправился разрабатывать новые залежи камня. Согласно чертежам, которые сделал Хемиум, чтоб его, камней понадобиться столько, что...
Туор протянул листок Агаресу. Бумага была исчерчена вдоль и поперек. Цифры перемешивались с буквами и наоборот.
– Только Аваддон способен добыть такое количество камня, да еще таких размеров.
– А таскать эти глыбы мы сами будем?
– Агарес попытался сплюнуть, но его горло пересохло.
– Ага, конечно! Аваддон взял с собой две тысячи людей. Они волоком потащат камни сюда. Здесь наши силы ограничены. Даже Аваддон не сможет поднять такой вес.
Агарес тяжело вздохнул.
– Ну почему мы должны потакать всем желаниям людей? Нас кто-нибудь спросил? Кому-нибудь интересно, чего хочу я?!
– Такова Воля Создателя, друг, - Туор свернул свиток и засунул его под хитон.
– Жарко. Я пойду окунусь. Идешь со мной?
Агарес
– Иду.
– и крикнул: - Перерыв!
Люди, тянущие огромные каменные блоки, бросили канаты, которые опутывали каменные массивы. Их ладони кровоточили, но они были довольны и радовались жизни. Едва поступила команда, люди разошлись в разные стороны, спеша укрыться от палящего солнца под навесами и попить мутной воды. Лица, руки и ноги жителей Гизы приняли бронзовый оттенок. Солнце окрасило их кожу темным загаром. Женщины и мужчины, принимавшие участие в строительстве сейчас разбредались по лагерю, в надежде, что отдых продлиться чуть дольше обычного. До города было пятьсот шагов пути, но идти по домам никто не собирался. Ангелы это запрещали. Однажды Агарес поддался на уговоры жителей и отпустил тех домой, дабы они смогли отдохнуть в своих жилищах. Теперь это были не те хлипкие сооружения. Одноэтажные дома были построены из серого камня, лишь потолок был сделан из бамбуковых стеблей. В оконные проемы просачивались солнечные лучи, освещаю дом естественным светом. Многие обзавелись семьями, как и желал создатель. По городу носились дети, верезжа и звонко смеясь. Придя домой на перерыв в работе, жители Гизы так и не смогли оторваться от домашней суеты и так и не вернулись на стройку. Было принято решение: до окончания рабочего дня запрещалось покидать лагерь.
Женщины разливали похлебку в глиняные миски. Огромные очереди выстроились перед навесами, в которых готовили еду. Большие печи нагревали и без того горячий воздух. В них выпекали лепешки, которые с удовольствием поглощали рабочие. За тысячу лиг отсюда раскинулись плантации тростника и бамбука, откуда и привозился первый строительный материал для Гизы. Аваддон, который управлял доставкой леса и камней, привозил громадное количество растительности, которая сушилась, перемалывалась и использовалась для выпекания лепешек. Ангелы находили эту кухню довольно сносной, за исключением воды. Аваддон привозил для них воду отдельно, в больших глиняных сосудах. Ангелы могли вообще обходиться без пищи, но вода была необходима даже им. Они слабели, становились вялыми и нудными, чем раздражали друг друга. Огромным спасением была узкая полоска воды, протекавшая здесь. В ней спасались от зноя не только люди, но и ангелы.
Туор скинул хитон и сандалии и вошел в воду.
– Отвались мои крылья! Как же хорошо! Как бы я хотел оказаться в другом месте!
Они облюбовали место для купания вдалеке от лагеря. Здесь они могли насладиться тишиной и скрыться от надоедливого Хемиума, который приставал к ним с вопросами: когда Аваддон доставит очередную партию каменных глыб, так необходимых ему для строительства.
– Эта жара меня убьет! Это строительство меня убьет!
– Агарес вошел в воду по колено и упал на спину, подняв тучу брызг.
– Счастливчик Аваддон. Наверняка нежится где-нибудь, сидя в прохладной тени под каким-нибудь деревом. В следующий раз я отправлюсь с ним!
– Ты хочешь оставить меня здесь одного?!
– Туор потер живот и расправил крылья, которые были сокрыты от людских глаз.
– Как же неудобно! Мне надоело их прятать. Люди все равно знают про них.
– Солнце опалит твои перья, Туор. Они высохнут и вывалятся. Ты лишишься своей Силы, не сможешь летать и не сможешь вернуться в Пределы.
– Знаешь, Агарес, я даже скучаю по Ним. Хотя, если б нам досталась не эта пустыня, а покрытая растительностью земля, то возможно все было бы по-другому.