Падший
Шрифт:
Туор стоял и думал, что такого важного могло произойти, что столько ангелов высокого положения собрались вместе и каким образом к этому причастен он сам? Туор тянул шею, смотря по сторонам, в надежде отыскать своего друга, спросить его обо всем, но сколько не силился, нигде не смог углядеть Люция. Тот словно испарился. Словно его и не было никогда. Как по команде всеобщий гомон стих и в Чертоге воцарилась тишина. В центре Зала начал клубиться серо-голубой туман. Создатель явил себя.
– Сыны мои!
– зазвучал Голос.
– Я вас собрал сегодня здесь, чтоб Суд вершить над братом вашим, что милостью
В стане ангелов прокатился шепот. Все недоумевали. Такого в Пределах еще не было. Конечно, все знали, что иногда Создатель призывал к себе того или иного ангела или музу, и больше их никто не видел никогда, но это случалось не часто, а скорее очень редко. Пять или шесть раз, но это было обычное развоплощение, так сказать работа над ошибками: если ангел не мог научиться парить, то есть пользоваться Силой, а значит был бесполезен, или муза была не способна дать вдохновение...Но чтобы так...
– И дабы усмирить все любопытство ваше и разъяснить сей ваш немой вопрос, Я толк веду, чтоб вам понятно стало, в чем преступление состоит, и каково за это наказание будет. Предчувствуя, Я любопытство ваше спешу удовлетворить. Сегодня судим мы того, кто был нам дорог, кто Сыном мне явился. Вы вопрошаете о том, в чем грех его? Что мог свершить он, чтоб Гнев Свой не него обрушил Я? Так слушайте, сыны Мои! Вы знаете все о созданиях моих, что названы навеки Человеком, что создал Я две плоти, два сосуда, что стать должны хозяевами Мира, что сотворил Я ранее. Мужчина тот и женщина земная супругами наречены Мной были, и жить должны в согласии и любви. Но брат ваш, в ком дух мятежный поселился, пошел наперекор Моим стараниям и впал во грех: настроил помыслы он женщины супруга супротив. Та отказалась быть его женою, плодиться, населяя Землю себе подобными! За злодеяние то, что брат ваш, мне же сын, учинил против Судеб Земных - Я наказание выношу, чтоб впредь не повторяли вы ошибок дерзких!..
Голос замолчал и слева от Создателя воздух будто загустел и на пустом месте стал образовываться арочный проход. Взгляды всех ангелов обратились туда, где стали вырисовываться очертания ангела, чьи запястья были перехвачены серебряными браслетами и руки покоились на цепях, разведенных в стороны и вмурованных в грубую кладку арки. Голова ангела была опущена вниз, а ниспадающие темные волосы скрывали его лицо. Ропот прошелся по рядам ангелов, все гадали, кто дерзнул пойти супротив воли Творца. Тень ужаса мелькнула в глазах Туора. Он стал расталкивать ангелов, пробираясь в первые ряды. Сомнений быть не могло! Вот почему он нигде не увидел его!
– Как же так?!
– пронеслось в голове ангела.
Голос продолжил:
– Однако, принимая во внимание заслуги ангела сего пред нашим Миром, Я жизнь ему дарую...
Туор облегченно выдохнул и сделал, по-видимому, это так громко, что на миг взоры всех присутствующих устремились на него, будто он виновник всего происходящего.
– Но чтобы уяснить всю строгость наказания за грех свершенный, я назначаю заключения срок. Он проведет так срок не малый, не год земной, но тысячу тех лет. Виновен, восклицаю Я! Виновен и наказан!
В этот миг скованный цепями поднял голову, и все ангелы узрели побледневшее лицо Люцифера.
– Но это есть не все!
–
– Нам предстоит решить судьбу и той, что путь другой избрала и преступила добровольно Мой завет.
Серафимы, стоявшие в стороне, расступились, и Рафаэль грубо вытолкнул в середину Зала женщину. Она упала, и попыталась встать. Ее волосы были всклокочены, с ободранных колен засочилась кровь. Женщина подняла голову, и ее взгляд упал на пленника, что был напротив.
– Мой ангел...
– прошептала она, и ее шепот разлетелся по Чертогу.
– Лилит?!
– Люций натянул цепи и сжал кулаки.
– Отпустите ее!
Его крик прогремел с такой силой, что ангелы содрогнулись. Голос продолжил.
– Сие создание заслуживает кары за ослушание и неисполнение, положенного ей. Но я хочу преподнести еще один урок тому, к которому сейчас взор обращен ее. Мое решение будет таково: смерть для нее легка уж буден больно, пусть мается душа ее во Тьме, которая ее уготовлена. Мир Темный ждет ее, где реки огненные пышут и жар такой, что жажда умереть превысит все желания!
Серафимы расступились вновь, и между ними образовалась еще одна арка, зияющая непроглядной тьмой. Рафаэль и Габриэль подошли к Лилит, подхватили ее под руки и поставили на ноги.
– Виновна и наказана!
– вынес свой вердикт Создатель.
Серафимы подвели женщину к проему и толкнули в пустоту.
– Не-е-ет!
– закричал Люций.
Его голос превратился в хрип. Он рванулся вперед, цепи, сковавшие его, натянулись, протяжно взвыли, но выдержали. Серебряные обручи впились в кожу. Люций упал на колени, глядя, как медленно исчезает та, ради которой он преступил Закон отцовский.
– Отныне так со всеми будет, кто перечить Мне дерзнет. Отправится во тьму, будь ангел он, иль муза, иль человек!
Ангелы молчали. Арка, в которой был заточен Первый Сын, начала медленно исчезать, пока не скрылась вовсе...
...Мне каждый третий друг и брат. Крыло к крылу, живой стеною, восстав, на штурм Небесных Врат все, как один, пошли за мною. Но силы были не равны. Шел бой три дня, шел бой две ночи, и гибли верные сыны, теряли крылья, кровоточив...ЧАСТЬ II
Глава 1.
Создатель менял свой облик снова и снова, обращаясь к ангелам. Серафимы стояли и внимали его Голосу.
– Я жду ответа вашего, Сыны Мои. Поведайте же мне, как Мир живет, как Человеки в нем прижились. Я слушаю.
Рафаэль приветствовал Творца.
– Отец наш, Тебе отвечу я за всех. Цветет Твой Новый Мир. Творения твои, что Человеками зовутся, расселены по всей земле уже не первое столетие. Их стало множество уже. Они плодятся, как было им завещано Тобой. Сыны и дочери твои и день, и ночь им помогают, не покладая крыл. Коль час пришел давать отчет подробный, позволь пергаментом воспользоваться, дабы не упустить деталей важных.