Падшие
Шрифт:
Это выглядело, так будто Даниэль летал. Веревка проносилась над его головой так быстро, что почти не была заметна глазу, а его ноги, его стройные, сильные ноги почти не касались земли? Он двигался так быстро, что было невозможно вести счет.
Громкое ворчание и глухой удар на другой стороне гимнастического зала отвлекли внимание Люси. Тодд свалился кучей у основания одного из этих узловатых канатов для лазания. Она почувствовала на мгновение жалость к Тодду, который смотрел на свои вздутые волдыри. Прежде, чем она успела оглянуться на Даниэля, чтобы посмотреть заметил ли он это вообще,
— Оу, — она плакала не потому что ей было больно, а потому что Тень раньше никогда не нападала на нее. Она посмотрела вниз на свои обнаженные руки, где все еще ощущался удар, когда Тень вытолкнула ее из гимнастического зала. Сказать кому, никто не поверит.
Но она теперь стояла в продуваемом сквозняком коридоре, а звук захлопнувшейся двери прозвучал словно выстрел. Тревожно озираясь, она подошла к закрытой двери и прижалась лицом к маленькому стеклянному прямоугольничку.
Даниэль озирался, как будто бы он услышал кое-что.
Она почувствовала себя уверенней. Он даже не понял, что это была она. Он не хмурился. Она подумала о совете Роланда, чтобы она просто спросила Даниэля, в чем дело, но быстро отбросила эту идею. Нельзя было ни о чем спрашивать Даниэля. Она не хотела, снова увидеть ярость на его лице, вызвать недовольство. Кроме того, ну какая польза будет от ее вопросов? Она итак уже услышала все, что могла прошлой ночью. Она же не мазохистка, чтобы просить его признаться в том, что у него было свидание с Габби. Она уже повернулась в сторону раздевалки, когда поняла, что не может уйти.
Ее ключ. Он, должно быть, выскользнул из ее рук, когда ее изгнали из зала. Она встала на цыпочки, чтобы посмотреть вниз через небольшую стеклянную панель на двери. Да, он был там, ее бронзовый промах на синем, набитом ватой гимнастическом мате. Как он упал так далеко от нее и так близко к тому месту, где он разминался? Люси вздохнула и распахнула обратно дверь, думая, раз уж ей придется войти, по крайней мере, она сделает это быстро. Протягивая руку за своим ключом, она в последний раз тайком взглянула на него. Его темп замедлился, но ноги все еще едва косались земли. И тогда с одним последним легким, как воздух, скачком он остановился и повернулся к ней лицом. Мгновение, он ничего не говорил. Она могла почувствовать, как краснеет, и действительно хотела, чтобы на ней был не этот ужасный старый купальник.
— Привет, — все, что она смогла придумать.
— Привет, — сказал он более спокойным голосом в ответ. Затем указывая на ее костюм спросил — Ты выиграла?
Люси грустно засмеялась и покачала головой, — Вовсе нет.
Даниэль поджал губы, — Но ты всегда была…
— Я всегда была что?
— Я имел в виду, ты выглядишь так словно могла бы быть хорошим плавцом. — Он пожал плечами. — Вот и все.
Она шагнула прямо к нему. Они стояли теперь в одном шаге друг от друга. Капли воды падали с ее головы и стучали как дождь по матам.
— Это
Даниэль начал накручивать скакалку вокруг своего запястья.
— Да, я не имел в виду тебя. Я имел в виду то, что здесь всегда позволяют новичкам выиграть первую гонку. Негласный кодекс поведения для нас, старожилов.
— Но Габби не выиграла, не так ли, — сказала Люси, скрестив руки на груди. — А она тоже новенькая. Она даже не была в бассейне.
— Она не совсем новенькая, просто вернулась сюда спустя какое-то время… как и я. — Даниэль пожал плечами, ничего не выдавало его чувства к Габби. Его очевидная попытка выглядеть равнодушным вызвала у Люси еще больший приступ ревности. Она наблюдала за ним, пока он не закончил сматывать скакалку в клубок. Его руки двигались почти так же быстро, как его ноги. Тут она вдруг почувствовала себя ненужной и одинокой, к тому же она окончательно замерзла и хотела сбежать от него и от всего… Ее губы задрожали.
— Ох, Люсинда, — прошептал он, тяжело вздыхая.
Этот звук согрел ее. Его голос был настолько близким и родным.
Ей хотелось, чтобы он еще раз произнес ее имя, но он уже отвернулся, чтобы повесить скакалку на крючок на стене.
— Мне нужно переодеться перед следующим уроком.
Она накрыла ладонью его руку. — Подожди.
Он дернулся так будто она ошпарила его. Люси снова ощутила разряд тока, пробивший ее снизу доверху, но это был тот вид тока от которого ей стало хорошо.
— У тебя никогда не возникало чувства… — Она подняла на него глаза. С такого близкого расстояния, она увидела, какими они были необычными. Они казались серыми лишь издалека, но вблизи они были с фиолетовыми вкраплениями. Когда-то давно она уже знала, кого-то другого с такими же глазами, как эти…
— Могу поклясться, что мы уже встречались. — произнесла она. — Я сумасшедшая?
— Ты сомневаешься? Здесь нормальных не держат, поэтому ты здесь — резко бросил ей Даниэль, стараясь побольнее задеть её.
— Я серьезно.
— Я тоже, — лицо Даниэля было странно пустым. — И прими это к сведению, — он указал на мигающий индикатор камеры слежения, установленной на потолке — они внимательно отслеживают сталкеров.
— Я вовсе не преследую тебя, — она напряглась, остро ощущая волнующую близость их тел, — Ты правда не понимаешь о чем я говорю? Только ответь честно.
Даниэль пожал плечами.
— Я тебе не верю, — продолжала настаивать Люси, — Посмотри мне в глаза и скажи, что я не права. Что я ни разу в моей жизни не видела тебя до этой недели.
Глава 7. "Проливая свет"
— Куда сейчас направляешься? — спросил Кэм, снимая свои солнцезащитные очки.
Они встретились около входа в Огастин так внезапно, что Люси невольно вздрогнула. Или, может быть, он был там уже некоторое время, а она просто не заметила его в спешке, пытаясь быстрее добраться до учебного корпуса. В любом случае, ее сердце забилось быстрее и ладони вспотели.
— Хм, на занятия? — ответила Люси, разве взглянув на нее, не понятно куда она направляется? Ее руки были заняты двумя здоровенными книгами.