Падающий
Шрифт:
– Так, снимаем куртку, - скомандовал Арнольд и сам принялся стаскивать её, явно стараясь работать так, чтобы я не делал резких и жёстких движений.
– Теперь джемпер. Э-э… Кажется, с джемпером я поторопился. Что с рукой?
– Ремни резал. Которыми меня…
– А впечатление, будто резал кожу на ремни, - пробормотал Арнольд, цепко вглядываясь в засохшую кровь, намертво соединившую манжет джемпера и мою кожу.
– Почему вы не хотите, чтобы это на вас видел Мирон?
– Слабость старшего для
– Вы ещё и философ-психолог. Ну что? Я снимаю ваш нож. Режем рукав? Я сначала введу внутривенно обезболивающее. Потом мы пересядем в кресло - анестезия на время операции, думаю, не помешает.
– Доктор… Передайте Мирону, чтоб он нашёл какой-нибудь грузовичок. Я бы, конечно, предпочёл танк… Но… И ещё, доктор…
– Да?
– Ни одного слова не должно выйти отсюда.
Он присел передо мной, сдержанно улыбаясь. Потом кивнул и пошёл готовить кресло для операции.
Болезненное давление на веки ослабело. Я бездумно следил за снующим по кабинету доктором. Когда он приготовил свой пыточно-хирургический набор и помог мне перейти в кресло, я, благодарный за пропавшую боль, уже держался из последних сил, чтобы не уснуть. Помню, он надел на меня маску и велел вдохнуть глубже. Я вдохнул - и справа от меня появился Брин Легатта, чем-то очень недовольный. При виде меня он сморщился, словно сунул в рот вместо дольки апельсина ломтик лимона. Доктор Арнольд почему-то не обращал на него внимания. Что мне показалось странным, поскольку он знал о моём желании, чтобы операция для всех оставалась бы неизвестной. Я посмотрел на Легатту и спросил:
– Я ведь так и не понял истинной причины вашего наезда на меня. За что вы меня блокировали от Дилана?
Слева доктор Арнольд замер на секунду, а потом вновь кивнул, словно понял в чём дело, и снова занялся своим делом.
– Пришёл самоуверенный, - проворчал профессор несколько обескураженным тоном, - слишком легко говорил невероятные вещи - и хочет, чтобы я с ходу поверил. Конечно, не поверил. Защищался как мог. Вот и всё. Чего злиться?
– Но Дилан и правда жив, - возразил я.
– Иначе бы откуда мне знать про эти ваши фаршированные яблоки?
– Дилан был мечтателем. Я более чем уверен, что уже тогда все его разговоры прослушивались. Он же был гением. В обычной беседе с ним такие озарения мелькали, что грех не записать, чтобы потом или расшифровать, или начать новые направления в науке. Хоть и был малолеткой. Мозги были шедевральные!
– Легатта, прекратите говорить о нём в прошедшем времени. Всё это время он был жив. Они держали его в клетке и держат сейчас.
– Вы странно со мной разговариваете - как вас там, Вадим, что ли? Где вы сейчас?
– По вашей милости мне делают операцию. Я под наркозом. Снимают провода.
– Уже начали?
– Ну, доктор Арнольд пока мажет
– Дайте-ка его мне, - опять очень недовольный, сказал Легатта.
– В каком смысле - дайте?
– Ну, поговорить.
Я затрясся от смеха.
– Вы хотите поговорить с доктором Арнольдом? Каким образом?
– Доктор вновь застыл возле меня с какими-то инструментами в руках.
– Олух! Ты ещё не понял, что ты разговариваешь со мной по-настоящему?
– Ну, хорошо. Пусть будет по-вашему. Но - как? Доктору Арнольду тоже надо вколоть себе наркотики или…
– Пусть он говорит, а ты повторяй!
– заорал взбешённый моей недогадливостью проф.
– Я сейчас приеду! А пока мы начнём операцию на консультативном уровне. Ему самому не снять нескольких проводов без ущерба для твоих мозгов, если я не буду его консультировать, ясно?!
– А если я засну во время операции? Я уже…
– Если ты именно тот, за кого себя выдаёшь, ты не заснёшь! Ты будешь воспринимать действительность на трёх уровнях: разговаривая со мной, с доктором - как его, Арнольдом, и блуждая в собственном бреду!
– Доктор Арнольд, - торжественно обратился я к доктору, - разрешите представить вам профессора Брина Легатту, который любезно согласился проконсультировать вас по поводу моей операции. Он уже садится в машину ехать к нам. Пока же я буду вашим аппаратом для переговоров. Предупредите Мирона, чтобы встретил почётного гостя. Итак, вопрос первый. Адрес вашего кабинета.
Доктор Арнольд сел на кушетку напротив меня и беспомощно захлопал глазами.
– Профессор Брин Легатта? Вы это серьёзно?
– А и правда, Легатта. Вы это серьёзно? Не наведёте на нас своих крутых ребят? А то здесь дети. Неудобно как-то.
– Не напрягайся так, Вадим, - ядовито посоветовал профессор, - юморист из тебя никакой. Я уже нашёл адрес твоего доктора. Так что сейчас буду.
– Проф, вы опять мне не верите. Могли бы уж привыкнуть, что я говорю правду, правду и только правду. Детишки вас встретят. Говорите, с какого провода начинать, а которого не трогать. Я уже понял, что вы какую-то жуть на меня навесили, чтобы я сам ничего не смог сделать без ущерба для себя.
Арнольд соскочил с кушетки и, приоткрыв дверь, страшным голосом велел деткам почтительнейшим образом встретить уважаемого профессора.
– Добавьте, чтобы оружие прихватили, - всё ещё забавляясь, посоветовал я.
– А то с ним секьюрити могут явиться - слишком злые.
– Ты всегда такой болтун или только под наркозом?
– подозрительно спросил проф.
– Только, - успокоил я его.
– Ладно, начинаем. Справа на виске - красный провод. Его можно просто вытащить. Рядом красный с желтой полосой - не трогать. Он вживлён слишком глубоко.