Овод
Шрифт:
– Нет-нет, – смотрит исподлобья, – я думала, ты не будешь рад. Постоянно твердишь, что Милена – твой один шанс на миллион, который ты использовал. Единственный ребёнок.
– Я так говорил для тебя. Знал о твоём желании иметь большую семью и минимум двоих детей, которые станут поддержкой друг другу и всегда придут на помощь. Когда-то ты мне сказала: «Когда события не совпадают с нашими ожиданиями, мы теряемся». Я не хотел, чтобы ты надеялась зря.
– Ты правда рад?
– Очень, Цветочек.
Слёзы испаряются, и вот уже Майя улыбается,
– Какой срок?
– Восемь недель. Всё в порядке, никаких осложнений, врач прописал витамины, но это стандартное назначение. И ещё – у меня снова пропали веснушки.
Осматриваю Цветок, не наблюдая привычных отметин. Так было и в период первой беременности. Отличительная черта Майи, позволяющая понять, что она в положении.
– Только не радуйся, как в прошлый раз. Они все вернутся на своё законное место, – провожу по её лицу, ловлю искрящийся взгляд той, что сделает меня отцом дважды.
Удивительно, два года усилий с Викой не привели к результату, а девочка-катастрофа залетела от меня дважды. Удача, случай, судьба? Я согласен на любой из вариантов, если результат будет положительным.
– Какие планы на завтра? Знаю, ты хотела сделать праздник в стиле «Алисы в стране чудес», но я не видел внизу приготовлений.
Понимаю, что предстоит насыщенный день, где я папа, выполняющий любую прихоть.
– Ой, – вновь садится, опустив голову. Так, назревает что-то нехорошее после неоднозначного и волнующего «ой». – Только не ругайся, – предупреждает, заставляя напрячься, – день рождения Милены празднуем у твоего отца.
– Не понял.
– В общем, Герман Янович позвонил, уточнил, какой праздник хочет Милена, предложил устроить на территории дома и обещал всё организовать. Будет лес, в который попала Алиса, и кот, и Шляпник, и Красная королева, и кролик… – затихает под моим недовольным взглядом. – Дамир приедет. Кстати, и твоя мама будет.
– Ещё раз не понял. Мама? Это шутка? Сомневаюсь, что она добровольно согласится ступить на территорию бывшего мужа.
– Она сегодня мне позвонила, подтвердила своё присутствие.
– Охренеть, – блуждаю взглядом по комнате, не понимая, в какой момент мама решилась на подобное.
– Родной мой, любимый, золотой, – Майя ластится, покрывая поцелуями моё лицо, и перемещается на живот, – пожалуйста, давай поедем. Твой папа даже организовал доставку деток из группы Милены. С родителями. И аниматоры будут, и фотограф, и торт… Пожалуйста, – скулит.
И если Цветочек просит, то делает это основательно. Вряд ли у меня есть шанс отказаться, когда всё решено без моего вмешательства. Вероятно, папаша вывернулся наизнанку, чтобы заманить маму. Первый день рождения мы отметили скромно, втроём, во второй ездили
– Ну не знаю, – наигранно закатываю глаза, уворачиваясь от её поцелуев, – если ты хорошо попросишь, то, возможно, я поеду. А если попросишь так, как ты умеешь, то я даже буду улыбаться папаше.
Повторять дважды не нужно, поэтому уже через секунду Майя стягивает с меня трусы, вскарабкивается сверху и оказывается в сантиметре от моих губ:
– Главное, чтобы после моих уговоров у тебя остались силы улыбаться.
* * *
Подъезжаем к дому отца, заскакивая в открытые ворота. Милена увлечена жирафом, который отправился на праздник с нами, заняв заднее сиденье. Оставить дома не захотела, а лишь потом я узнал, что после праздника моя дочь отправляется к бабушке Илге на неделю.
Оставляю машину на стоянке, а когда огибаем дом, даже я поражаюсь масштабам устроенного праздника.
– Охренеть! – единственное, что выдавливаю из себя.
– Янис! – Майя мгновенно реагирует на нехорошее слово, которое я произнёс в присутствии Милены.
– Мам, я не буду за папой повтолять.
Протискивается между нами и спешит навстречу деду, который приветливо распахивает объятия, чтобы подхватить внучку. Не знаю, сколько папаша потратил, но то, что я вижу, тянет на несколько миллионов. Целый город по мотивам произведения, костюмированные герои, стол во главе со Шляпником и даже актёры в образе карт.
– Всё-таки дедушка он хороший.
– Отец дерьмовый и муж так себе, а дедушка да, хороший, – хмыкаю, не веря в искренность порывов папаши. – По-моему, он рано принялся за организацию таких масштабных праздников. А на восемнадцатилетие он её что, в космос отправит?
– Он имеет возможность и хочет порадовать единственную внучку.
– Пока единственную, – напоминаю Цветочку, что скоро нас станет четверо.
– Но он же об этом не знает.
Майя оставляет на моей щеке поцелуй и рвётся в гущу веселья, где активные мамочки восхищённо вздыхают наравне с детьми, но я дёргаю её на себя, прижав к своему телу.
– Напоминаю, энергичная моя, что ты в положении, поэтому…
– Не бегать, на батут не лезть, избегать травм.
– Молодец, – касаюсь её губ, – теперь можешь идти.
Прохаживаюсь, контролируя Цветочек, которая то и дело поглядывает на меня, одёргивая себя и отказываясь от активностей. Меры предосторожности не помешают, она ещё успеет травмироваться. Майя стала более осмотрительной за эти годы, но способность притягивать проблемы никуда не делась, поэтому у нас существует запрет на вождение автомобиля и экстремальные виды спорта. Экстремальности мне хватает, а впереди семь месяцев личного ада, когда я буду вздрагивать от тихого «ой» и караулить её в душе. Что интересно, в отношении Милены никаких эксцессов не происходило, словно у Майи внутри срабатывал невидимый ограничитель максимального контроля.