Отступник
Шрифт:
— Да. Наши люди пару раз подвергались нападению за последние несколько месяцев. Как ты, Хосс?
— В неведении, сэр, — сказал я.
Он покосился на меня.
— Ммммм. Я поступил так, как посчитал будет лучше, мальчик мой. Я не буду извиняться за это.
— Я не жду этого, — сказал я.
Он кивнул.
— Что ты здесь делаешь?
— А вы как думаете?
Он встряхнул головой.
— Я не хочу брать тебя в ударную группу, Хосс.
— Думаете я не из той весовой категории?
Он перевел на меня
— Тебя слишком многое связывает с Морганом. Это дело требует беспристрастия, а ты самый менее беспристрастный человек, которого я знаю.
Я хрюкнул.
— Вы уверены, что это Морган прикончил ЛаФортиера?
Его взгляд вернулся к огню.
— Я бы никогда не подумал на него. Но слишком много вещей свидетельствует об этом.
— Есть вероятность, что это подстава?
Эбенизер моргнул и бросил на меня взгляд.
— Почему ты интересуешься этим?
— Потому что если жопа наконец получит по заслугам, я хочу быть уверенным в том, что это на полном серьезе.
Он некоторое время покивал. Потом сказал:
— Я не вижу способа, как это могло быть сделано. Смотрится как утка, ходит как утка, крякает как утка, может это и есть чертова утка. Бритва Оккама, Хосс.
— Кто-то мог вложить это в его голову, — сказал я.
— В его возрасте? — спросил Эбенизер. — Навряд ли.
Я нахмурился.
— Что вы имеете в виду?
— Когда разум становится старше, он становится стабильнее, — сказал он. — Все расставлено по своим местам. Как ива: когда она молода, то податлива, а с возрастом становиться хрупкой. Когда твой возраст достигает века или больше, то обычно невозможно заставить разум изменится, не разрушив его.
— Обычно?
— Ты не можешь зайти так далеко, — сказал Эбенизер — Заставить истинно верящего человека предать всё, во что он верит? Ты бы свел его с ума до того, как добился этого. Это значит, что Морган сделал свой выбор.
— Если он его сделал, — я покачал головой, — я спрашиваю себя — кто выиграет, если мы казним Моргана сами.
Эбенизер поморщился.
— Я знаю — это мерзко, — сказал он, — но вот оно, ты смотрел ему в душу, но ты знаешь, это не детектор лжи.
Я немного помолчал и потянул кофе. Затем спросил:
— Просто любопытно. Кто будет держать меч, когда вы его поймаете? Обычно Морган был ответственен за отрубание голов.
— Капитан Люччио, я считаю, — сказал Эбенизер, — или кто-то, кого она назначит. Но она не того сорта, чтобы кому-то всучить такое по субординации.
Я вызвал обработанный ментальный образ Анастасии, отстраняющей от должности своего старого ученика. Как себя, отрубающего голову Молли, и вздрогнул.
— Вот это отстой.
Эбенизер продолжил смотреть на огонь, и глаза его, казалось, утонули в глазницах, как будто на глазах у меня он постарел на двадцать лет.
— Да.
Дверь Командного Центра открылась и мелкий, тощий волшебник
— Простите, Чародей МакКой, — сказал он. — Если у вас есть минута, мне нужна ваша подпись на нескольких бумагах.
Эбенизер поставил свой кофе на пол и принял светло-коричневую папку от мелкого парня, вместе с перьевой ручкой.
— Что на этот раз, Пибоди?
— Во-первых, разрешение поверенному в Джакарте на покупку здания, для нового защищенного дома, — сказал Чародей Пибоди, открывая папку и доставая страницу. Эбенизер просмотрел ее и подписал. — Очень хорошо. Теперь разрешение на проверку заплат для вновь назначенных Стражников, здесь, пожалуйста, благодарю Вас. И последнее — разрешение на просмотр вкладов Чародея ЛаФортиера и перевод их его наследникам.
— Только три? — спросил Эбенизер.
— Остальные — ограниченного доступа, сэр.
Эбенизер вздохнул.
— Я спущусь в свой офис, когда буду свободен, чтобы подписать их.
— Чем раньше, тем лучше, сэр, — сказал Пибоди. Он моргнул, словно только что заметил меня. — Ааа. Страж Дрезден. Что привело вас сюда?
— Я намеревался прибыть и посмотреть, не понадобится ли кому-нибудь помочь сбить спесь с Моргана, — протянул я.
Пибоди сглотнул.
— Я… вижу.
— Индеец Джо нашел что-нибудь? — спросил Эбенизер.
В голос Пибоди вплелись неуверенность и несогласие с его ответом:
— Чародей Слушающий Ветер углублен в приготовления к гаданию для расследования, сэр.
— То есть нет, — сказал я.
Пибоди фыркнул.
— Пока нет. Вместе с Мерлином, я уверен, они выяснят, как Стражу Моргану удалось обойти охрану Совета Старейшин. — Он взглянул на меня и произнес исключительно вежливым тоном: — В конце концов они оба чародеи с величайшим опытом и навыками.
Я сердито посмотрел на Пибоди, но копать глубже, пока он не забрал бумаги и ручку у Эбенизера, было не лучшей мыслью.
Пибоди кивнул ему и сказал:
— Благодарю Вас, сэр.
Эбенизер рассеяно кивнул, поднял свою чашку кофе, и Пибоди вновь засуетился.
— Настырный бумажный кретин, — пробормотал я под нос.
— Бесценный настырный бумажный кретин, — поправил меня Эбенизер. — То, что он делает, не бросается в глаза, но его организационные навыки были крайне необходимыми ценными качествами с начала войны.
Я фыркнул.
— Бюрокромансер.
Эбенизер слегка улыбнулся и допил кофе, кончики первых двух пальцев его правой руки были запачканы синими чернилами. Потом он встал и потянулся, при этом его суставы негромко захрустели.