Отступник
Шрифт:
– Знаю такого.
– Вот этого фраера я и отдал в лапы Клеща, ну чтобы тот убедил его нам помочь…
– Не завидую я ему.
– И я не завидую. Клещу не завидую, – передернул плечами Кислый. – Этот Тимур ухитрился его грохнуть и удрать из подвала. Теперь американец знает все о наших планах и вполне может ударить первым…
Борис Тимофеевич поднял брови и беспокойно покрутил головой, будто опасаясь, что бравый Тимур, а то и сам Майкл Боткин, выпрыгнет вдруг из-под соседнего стола с резонным желанием прикончить своих обидчиков.
– Не дрейфь, –
– Да что я могу? – застонал Борис Тимофеевич. – Я же мелкая сошка!…
– Не прибедняйся, Борюня, не к лицу. Это ты для Москвы пока мелкая сошка. Временно, братан, временно, – подмигнул вор в законе, заметив недовольную гримасу Бориса. – Зато здесь в районе – ты уже и бог, и царь, и удельный князь. Поэтому, пока нам очко не прочистили, поднимай-ка ты свою дружину. Разве не у тебя в Амжеевке батальон ОМОНа базируется? Пора разнести эту дачку на Чулыме в клочья…
– А как же… – начал Борюня, но догадливый брат его перебил:
– Деньги? Которые Водкин этот еще бы мог тебе принести?…
– Боткин.
– Ага. Так вот, когда мы его прищучим, он нам все сразу и отдаст. Зачем ждать милостей от природы?… – Кислый сегодня был просто кладезем мудрых изречений.
Борис Тимофеевич подумал немного, кивнул, соглашаясь, но все же начал неуверенно:
– Но как я ОМОН на это дело подниму?
Кислый злобно сверкнул на младшего глазками из-под густых бровей.
– Как подтирал я тебе жопу в детстве, так и по сию пору приходится! Все тебе разжевать, все в рот положить. А ты глотаешь только – никак не подавишься…
Вертяков виновато смотрел на Саню, признавая главенство старшего, и тот постепенно остыл. Закурил. Потом весомо, будто Кутузов в Филях, изложил план.
– Ориентировка для ОМОНа такая. Дом на Чулыме – перевалочная база наркоторговцев. Думаю, основание больше чем достаточное. А наркотики я тебе дам, так что все будет путем…
Борису Тимофеевичу план не особо понравился. Уж очень не хотелось ввязываться в открытую войну с американцем, которого Вертяков уважал и побаивался. Но выбора у него не оставалось. После пропажи сотни тысяч долларов в аэропорту срочно требовалась крупная сумма взамен. Ведь Москве нужно было платить…
– Ты уверен, что мы сумеем вынуть бабло из американца?
– Смешно даже, – пожал плечами авторитет. – Полагаю, больше, чем ты думаешь.
– Ладно. Согласен. Но ты мне сразу же двести тонн отстегни. Мне в Москву их отправить надо. Депутату. Не то очередная комиссия что-нибудь да накопает.
– А фигли тут думать? У американца бабки отнимем – возьмешь, комиссию подмажешь. Купить можно всех – даже московских. Не согласятся на много – дашь очень много, и проблем не будет. А вот депутат твой мне уже надоел. Толку от него никакого, геморрой за геморроем, только лавэ зря переводим. И знает чересчур много. Гасить его нужно…
Кислый отхлебнул коньячку, закурил и призадумался. Младший брат почтительно молчал, но тоже времени не терял – и выпил, и закусил с аппетитом, который
– Так, – поднимаясь из-за стола, порешил главный братан области. – В столицу я братву зашлю. Пускай проблему с депутатом решат обычным способом. А ты давай с ОМОНом подсуетись. И побыстрее.
Только одна просьба к тебе имеется. Как все будет кончено – самого американца мне отдашь.
Глава шестая
СМЕРТЕЛЬНЫЙ УКОЛ
Тимур, как и предсказывал Афанасий, уже назавтра был вполне здоров и весьма активен. И только бурые, начинающие уже синеть-зеленеть, гематомы по всему телу напоминали о том, что ему довелось побывать в лапах пыточных дел мастера.
Но уж если боль вызывает у настоящего мужчины только улыбку, то шрамы его, несомненно, украшают.
И теперь разукрашенный синяками и шрамамиТимур гордо шагал впереди меня под горку, отсвечивая на солнце выбритым черепом. Дырка у него на затылке была залеплена пластырем, под который Афанасий насовал своих травок.
Внизу нас дожидался мой личный катер, купленный осенью, еще до ледостава. Агрегат ни в чем не уступал изувеченному теперь «Ништяку». Чуть ли не вдвое больше габаритами и покомфортнее, с просторной рубкой, с подпалубным помещением, где вполне могли жить три человека, он казался несколько громоздким. Но в конструкции катера были использованы авиационный алюминий и композитные материалы, что делало его легче. Поэтому два больших черных «Меркурия» вполне позволяли ему тягаться с «Ништяком» в скорости. А благодаря электронным системам, которыми мой флагман был напичкан под завязку, он мог по части маневренности и легкости управления дать фору любому малышу.
Я дал ему гордое имя «Аврора».
Надо сказать, что мы, после того как пустили зону на люфт, времени даром не теряли.
Для начала обзавелись в Томске собственным транспортом. На имя одного из Тимуровских знакомых, с его, естественно, благоволения и за солидное ему вознаграждение, была приобретена и зарегистрирована вполне приличная телега – новый «БМВ» пятой серии с форсированным движком. В Томске только что открылся салон конторы «Восток-Авто», официального дилера «БМВ», и ребята были рады первому покупателю, который без вопросов оплатил полную комплектацию, кое-какие дополнительные прибамбасы, регистрацию в ГИБДД, техосмотр и прочие формальности, да еще и сверху прибавил, чтобы все без сучка без задоринки прошло.
Вылизали и отрегулировали железяку так, что я мог еще пять лет не беспокоиться о всяких бандитских джипах, которые вдруг задумают устроить погоню…
Номера у тех же гаишников купили такие, чтобы не останавливали без нужды на каждом перекрестке. И конечно же, сразу оформили доверенности на каждого из нашей команды. Выяснилось, кстати, что бурятский следопыт Афанасий водит машину так, что по нему «Формула-1» плачет. И где он только ездить научился? В глухой тайге, что ли?…
Кстати сказать, Тимуру я тоже купил колеса.