Отраженная в тебе
Шрифт:
Я рассказала ему, как, проснувшись из-за собственного ночного кошмара, обнаружила, что угодила еще и в кошмар Гидеона. А затем последовательно изложила ему события ночи и следующего дня.
— Итак, — уточнил доктор Петерсен, — теперь вы спите порознь?
— Да.
— Что касается кошмаров, — он поднял взгляд на меня, — как часто они случаются?
— Редко. До того как я начала встречаться с Гидеоном, последний случай имел место почти два года назад.
Отложив стилус, доктор Петерсен принялся быстро набирать текст. Что-то в его угрюмой торопливости насторожило
— Я его люблю, — вырвалось у меня.
Сидевший рядом со мной Гидеон напрягся.
Доктор Петерсен снова поднял голову, посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Гидеона и снова посмотрел на меня.
— В этом я не сомневаюсь. Ева, а что подтолкнуло вас к такому заявлению?
Я неловко пожала плечами, физически ощущая взгляд Гидеона.
— Она ищет вашего одобрения, — мрачно заявил Гидеон.
У меня было такое ощущение, словно он прошелся по мне наждачной бумагой.
— Это правда? — спросил у меня доктор Петерсен.
— Нет.
— Черта с два «нет», — напряженно прохрипел Гидеон.
— Вовсе даже нет! — полезла я в спор, хотя, чтобы понять это, мне потребовалось, чтобы он высказался вслух. — Это… это чистая правда, и все. Я так чувствую. — Я взглянула на доктора Петерсена. — Мы должны проделать эту работу. Мы твердо намерены проделать эту работу, — добавила я с нажимом. — Мне лишь необходимо знать, что вы на нашей стороне. Необходимо знать, что вы понимаете: неудачу мы не приемлем.
— Ева, — доброжелательно улыбнулся он, — вам с Гидеоном действительно предстоит приложить немало усилий, но из этого вовсе не следует, будто препятствия непреодолимы.
У меня вырвался облегченный вздох.
— Я люблю его, — повторила я с решительным кивком.
Гидеон поднялся, крепче сжав мою руку:
— Прошу прощения, доктор, мы на минуточку.
Смущенная и несколько встревоженная, я встала и вышла с ним в пустую приемную. Секретарша доктора Петерсена уже ушла домой, поскольку в этот день мы были его последними пациентами. От матери мне было известно, что такие вечерние консультации оплачивались по особому тарифу, и я была рада, что Гидеон соглашался тратиться на них даже не единожды, а дважды в неделю.
Как только дверь за нами закрылась, я повернулась к нему:
— Гидеон, клянусь тебе, это не…
— Ш-ш-ш. — Он взял мое лицо в ладони и поцеловал меня нежно, но требовательно.
С перепугу мне потребовалось пару секунд, чтобы запустить руки ему под пиджак и обхватить его талию, а когда его язык проник мне в рот, у меня вырвался низкий стон.
Он отстранился, и я подняла взгляд. Это был тот же великолепный бизнесмен в темном костюме, что и при первой встрече, только вот в глазах у него…
У меня обожгло горло.
Мощь и жгучая настоятельность, голод и потребность. Кончики его пальцев скользили по моим вискам, по щекам, к горлу. Он приподнял мой подбородок и мягко прижался своими губами к моим. Он не произнес ни слова, но в том не было нужды. Все и так было ясно.
Снова сцепившись со мной пальцами, Гидеон повел меня обратно в кабинет.
ГЛАВА 9
Вылетев
— Ну, привет, — сказала я, восхищаясь тем, что даже потертые джинсы и футболка с V-образным вырезом выглядят на нем шикарно.
— Привет, пропащая. — Кэри протянул мне руку, и мы вышли на улицу через боковую дверь.
— У тебя счастливый вид.
Полдень буквально обрушился на меня, словно я преодолела физический барьер.
— Черт, ну и жарища. Далеко не пойдем, надо найти что-нибудь под боком. Ты как насчет такос?
— Тащусь.
Я повела его в маленькое мексиканское заведение, с которым познакомилась с легкой руки Мегуми, стараясь не показать, какое чувство вины пробудило во мне его приветствие. Я уже пару дней носа домой не казала, а поскольку на выходные Гидеон планировал поездку, получалось, что не попаду к Кэри еще несколько дней. Для меня было немалым облегчением то, что он согласился встретиться со мной в обеденный перерыв. Мне очень не хотелось расставаться с ним надолго и настоятельно требовалось знать, что с ним все в порядке.
— Есть планы на вечер? — спросила я, сделав заказ для нас обоих.
— Сегодня один фотограф, с которым я работаю, устраивает тусовку в честь дня рождения. Думаю сунуться туда, присмотреться, а как дальше — видно будет. — Он качнулся назад в ожидании наших такос и цитрусовых коктейлей «Маргарита». — А ты, как и собиралась, оторвешься с сестрицей твоего босса?
— С невесткой, — поправила я его. — Ну да, ей достались билеты на концерт, и она говорит, будто я ее последняя надежда. Так оно или нет, но думаю, получу удовольствие. По крайней мере, надеюсь. В жизни не слышала эту группу, так что, во всяком случае, их музыка мне не приелась.
— А что за группа?
— «Шесть девятых» Знаешь их?
Его глаза расширились.
— «Шесть девятых», надо же. Классная группа. Тебе понравится.
Взяв с прилавка напитки, я предоставила нести поднос с тарелками ему.
— Ты о них знаешь, Шауна так и вовсе фанатеет. А где я была?
— Под Кроссом, где же еще. А его ты с собой берешь?
— Ага.
Я поспешила занять столик, только что освобожденный парочкой бизнесменов, после чего рассказала Кэри про утверждение Гидеона о том, что без него я никуда идти не должна. Будучи уверена, что Кэри это хорошо не воспримет, я в очередной раз изумилась тому, как легко смирилась с этим сама. Обычно наши с Кэри взгляды в подобных ситуациях совпадали.
— Не могу себе представить Кросса, балдеющего от рока, — заявил Кэри, плавно опустившись на стул напротив меня. — А он знает, как круто ты от него балдеешь? Особенно от ребят, которые там наяривают?
Я показала ему язык:
— Вот уж не думала, что ты станешь это ворошить. Давняя история.
— Да ну. Бретт был отвязным малым. Вспоминаешь о нем?
— Со стыдом. — Я взяла одну из лепешек с начинкой. — А поэтому стараюсь не вспоминать.
— Он был классным парнем, — заявил Кэри и запил свое утверждение основательным глотком «Маргариты».