Отражение
Шрифт:
Он невесело усмехнулся, закрывая глаза.
Тонфа звонко ударились о бетонный пол, разгоняя по пустынным коридорам гулкое эхо.
Он сдается.
Мукуро скрыл улыбку, кашлянув в кулак.
— Выбираешь жизнь одного человека против множества других? Так эгоистично.
— Где гарантии, что ты не убьешь его после того, как я выполню свою часть сделки? — мрачно спросил Хибари.
— Их нет.
— Ты думаешь, что меня такой расклад устроит?
— Твои желания меня не интересуют, Кея, — отрезал Мукуро и улыбнулся. — Как всегда. Ты думал, что что-то изменилось
— Тебе ведь нужно мое тело, так? — после непродолжительного молчания спросил Кея.
— Да, верно. Причем в прямом и переносном смысле.
Хибари отвернулся. Нет, он и не думал, что ему удастся отвертеться или Мукуро удовлетворится только тем, что с его помощью доберется до Савады. Не думал. Но надеялся.
— Почему я? — бормотал Катсу, прерывисто дыша и шумно хлюпая носом. Мукуро скосил на него раздраженный взгляд. — За что? — повторял он без конца и вдруг резко вскинулся, хватая его за полы рубашки. — Ты убил и Юи?! Отвечай мне!
— А ты не помнишь? — фыркнул он, пнув его под ребра и отряхиваясь. — Мы сделали это вместе. Как и с Хром.
Кея напряженно застыл. Он убивал и за меньшее. Все внутри восставало против, он на уровне инстинктов хотел его убить, но усилием воли заставляя себя стоять на месте.
— Не слушай его, — приказал он, но Катсу, кажется, его не услышал. Он потерянно смотрел на Мукуро. — Это его уловка, чтобы подавить сознание.
— Но зачем мне это, когда он уже в моем расположении? — Мукуро присел на корточки и взял его ладони в свои руки, легко преодолев яростно сопротивление. — Этими руками все сделано, — улыбнулся он.
— Нет… это ты! Я не мог… я… Хром была беременна. Я хотел, но не смог, я бы не стал ее… — Катсу снова почувствовал, как лязгают звенья их цепи, соединяясь вновь, и он увидел. Себя, идущего к Хром, ее заплаканное лицо и виноватую вымученную улыбку. Мукуро сказал, что она убила маму, и Катсу хотел отомстить, но… Хром была беременна, и он не смог, но… Он вздрогнул, потому что увидел продолжение, которого не помнил. Но это был не он. Или… — Ты заставил меня… — выдохнул он, падая на пол, и его замутило. То же с Юи: удивленный взгляд, ее сопротивление… Мукуро убил их обеих и сделал это его руками. — Нет! Это все ты! Я не хотел…
— Перестань, — процедил Хибари. — Я же сказал, чтобы ты не поддавался на его провокации.
— Отец, убей его… — словно не слыша его, сказал Катсу, скребя окровавленными пальцами по полу. — Пусть я умру, но я заберу его с собой. Убей его!
— Я не могу, — тихо ответил Кея. — Не могу.
Мукуро от удовольствия даже прикрыл глаза. Когда речь шла о вовлечении в план людей, все нужно было просчитать до малейших деталей, но даже в этом случае была опасность того, что все рухнет, словно карточный домик — человеческий фактор никогда нельзя было просто скидывать с весов. Но он все правильно рассчитал, все шло как по маслу, и даже незапланированные пункты его плана все равно послужили на благо делу.
Он
— Ты действительно стал очень сильным, — откровенно произнес Мукуро. — У тебя и впрямь безграничный потенциал. Признаю, что в открытом бою я бы проиграл тебе, но ведь битвы не всегда разрешаются грубой силой. — Он с нескрываемым довольством заглянул в мрачное лицо Кеи и тихо рассмеялся. — Я победил тебя восемнадцать лет назад, воспользовавшись твоей слабостью, и сейчас все повторилось. Это ведь и называют судьбой? Или злым роком — если тебе так будет спокойнее.
— Может быть, хватит уже чесать языком?
— Твоя правда, я сказал все, что хотел. — Он наклонил голову и коснулся губами его шеи. Хибари судорожно отдернулся. — И как это понимать? — нахмурился Мукуро, буквально впиваясь пальцами в его плечо.
— Не здесь, — отозвался Кея, не глядя на него, и Мукуро бросил быстрый взгляд на Катсу. Тот, похоже, только пришел в себя от бесконечных рыданий и с ужасом смотрел в их сторону, не в силах вымолвить и слова.
— Так ты печешься о своем сыночке? — протянул Мукуро, язвительно улыбаясь. — Ну, ты можешь не беспокоиться на его счет, в этом плане Катсу тебе перегнал. Даже может научить тебя многим… интересным вещам.
— Заткнись! — закричал на него Катсу. Невидимые путы врезались в кожу, тянули вниз, мешая вцепиться в горло человеку, ставшему вмиг ненавистным. Перед глазами плыла алая пелена, и кровь словно билась в жилах с удвоенной скоростью, настолько была велика его отчаянная злость. — Никогда не прощу тебя! — прошипел он в бессильном гневе. Стискивалась цепь, связующая его с Мукуро — цепь, которой он совсем недавно гордился и восхищался, — и все его жалкие потуги остались бесполезными, став лишь очередной демонстрацией того, насколько Мукуро серьезен в своих решениях и действиях.
— Не смущайся, нет ничего плохого в умении раздвигать ноги, мог бы поучить несговорчивого отца. Мне интересно, каково это: спать с убийцей своей матери?
— Перестань, — резко осадил его Кея, и его тон очень не пришелся по вкусу Мукуро.
— А ты попроси меня. Или, может, мне начать с него? — Мукуро дернул Катсу за шкирку, как какого-то котенка, и рванул воротник. Пуговицы запрыгали по полу, сыплясь с рубашки, и Катсу вцепился в его руку, сопротивляясь.
— Отпусти его, — шагнул к ним Хибари, привычно дергая рукой по направлению к тонфа.
— Это требование или смиренная просьба?
Хибари стиснул зубы и медленно выдохнул.
— Я… я прошу, отпусти его, — с огромным трудом выдавил он, прожигая его убийственным взглядом.
— Неубедительно, — пожал плечами Мукуро, наслаждаясь своей властью над, казалось бы, непокорным никому человеком, и кивнул на пол. — Может, встанешь на колени?
— Я же сказал, что ты получишь все, что хочешь, так что отпусти его, — процедил Хибари после долгого молчания.
Мукуро разжал пальцы, бросая Катсу, и вернулся к нему.