Открыватели
Шрифт:
Летели скамейки, кровати, стулья и табуреты. Летели брёвна, доски, а то и целые деревья с шелестящими на ветру листьями.
И на каждом летящем предмете сидели вооружённые люди, судорожно вцепившись во всё, во что можно вцепиться, и боясь отпустить руки хотя бы на секунду. Они вцепились бы и зубами, но зубы у всех были заняты: воины сжимали в челюстях острые кинжалы. Или так специально придумал организатор воздушного десанта? Чтобы «десантники» не вопили от страха?
Поэтому их вооружение понапрасну торчало за спинами – все эти
«Как же они собираются атаковать?» – подумал Серёжка.
Среди экзотических транспортных средств ребята заметили несколько кавалерийских сёдел с высокими луками. Сидящие в них не боялись полёта, и чувствовали себя, как рыбы в воде.
– Может, специально посадили кавалеристов? – указывая на них, произнёс Пантелеймон. – Или те не захотели расставаться с сёдлами? Сидят очень уж привычно: ноги надёжно сунули в стремена…
– Гордо смотрятся, – заметил Серёжка. – Не боятся лететь. Ишь как размахались шашками…
– Жутко смотреть! – признался Лессчик.
– Ты чего? – обернулся к нему Пантелеймон. – Никогда не видел летающих?
– Почему не видел? – обиделся Лессчик. – У нас и птицы летают, и летуши, и… и аваксы. Я к тому, что такая армада движется – и все на нас одних!
– Не на нас, – искоса взглянув на Доргаста, заметил Пантелеймон. – А на замок… и на его хозяина!
Нападающие приближались. Летающих предметов вскоре стало так много, что они закрыли почти половину неба.
– Умно атакуют, – заметил Пантелеймон. – Со стороны солнца. А ведь о воздушных войсках в мире магов никто и слыхом не слыхивал. Откуда же такие сведения о тактике нападения? Но они перестарались: их слишком много, и они будут мешать друг другу.
– Они закрыли солнце, – возразил Серёжка. – И оно не слепит глаза.
– И слепить некому… – уныло заметил Лессчик. – Кроме нас…
К чести Доргаста следует сказать, что он не испугался. Или наоборот, испугался до такой степени, что не смог двинуться с места. Он вцепился в ограждение каменной стены и с ненавистью смотрел на приближающийся десант, словно хотел испепелить его взглядом.
Но нападающие не испепелялись: то ли были слишком далеко, то ли специально намазались огнестойким составом, то ли взгляду не хватало зажигательности.
– Сейчас высадятся, – заметил Пантелеймон. – И что потом? Ведь нападающие наверняка знают о том, что у вас нет ни слуг, ни, соответственно, армии.
– Пусть попробуют! – прошипел Доргаст.
– Но у вас же нет своей армии! – повторил Пантелеймон. – Кто вас будет защищать? Да и нас тоже…
– У меня есть кое-что получше армии! – Доргаст оторвал руки от стены и принялся вновь делать пассы, что-то бормоча при этом.
И его заклинания сработали!
Сначала верхнюю поверхность стены покрыли неведомо откуда взявшиеся арбалеты. Должно быть, поднялись из замаскированных тайников в стенах. И возле каждого возникла ровненькая пирамидка коротких оперённых стрел – арбалетных
Тут Доргаст не стал придумывать ничего нового: вещи в замке тоже двигались сами собой, выполняя предназначенную функцию.
Навстречу нападающим взвилась туча стрел. А арбалеты автоматически перезаряжались: натягивалась тетива, вкладывался очередной болт – и вылетал в неприятеля.
Те из болтов, что не попали в цель, разворачивались в воздухе, подобно бумерангам, и возвращались к выпустившим арбалетам – на перезарядку.
Уходя от выпущенных стрел, летательные средства начали маневрировать: наклоняться, менять направление движения, опускаться или подниматься. Словом, делать что угодно, лишь бы уйти из-под обстрела.
И без того нестройный порядок наступления нарушился: если раньше все летели к крепости, то сейчас метались из стороны в сторону, мешая друг другу.
А значит, и сталкивались между собой. Ломались непрочные деревянные конструкции, не приспособленные к полётным нагрузкам. И люди, не имеющие ни крыльев, ни парашютов, ни Силы – летели вниз, на высохшую землю, в ров с пираньями, в норы к голодным чёрным карликам…
Доргаст смотрел на разбивающиеся «самолёты» и падающих людей, и злобно хохотал.
Но атака летающих предметов была отвлекающим маневром. Основной удар – чистой Силой – нападающий маг запланировал после первой волны наступления.
И столько Силы задействовал, что первыми её почувствовали чёрные карлики. Они повылезали из своих нор и чёрными столбиками покрыли свободное от нор и куч земли пространство. Зелень травы исчезла: всюду сидели карлики.
Пока летело всякое барахло, они сидели в норах – наверное, летающие предметы двигало малое количество Силы, и они её не чувствовали. А может, спасали головы от падающего сверху материала.
А, почуяв приближающуюся Силу, завыли. Дикими голосами, срывающимися порой в несусветный ультразвуковой визг.
Нет, недаром Доргаст надеялся, что карлики предупредят его о грозящем грозовом ударе. Потому и не трогал их. И они не подвели!
Собираясь отразить приближающуюся Силу, Доргаст сжался, сконцентрировался до предела. Стал даже меньше ростом.
И всю свою Силу бросил на отражение удара.
И две Силы встретились.
Лёгкая рябь пробежала по окружающему ребят пространству – как будто смотришь сквозь неровное стекло, и все предметы и живые существа искажаются.
Затем окружающее принялось танцевать, дёргаться, дрожа и накладываясь друг на друга. Создавалось ощущение, что пространство рвётся на части, а затем из мелких обрывков кто-то пытается сложить новую реальность. Но детали грандиозной гигантской мозаики оказывались безнадёжно перепутанными и никак не хотели становиться на предназначенные места.
Свет померк, небо потеряло привычную голубизну. Оно потускнело, на нём заплясали разноцветные пятна, появилась сеть мелких трещин, впадин и углублений…