Открытое море
Шрифт:
– Сходите, - сказала Карита и рассеяно махнула рукой.
– Сходите посмотрите. Увидимся позже.
В соседнем зале было не так людно. Казалось, что гостей больше занимали разговоры и напитки, чем картины.
Оба портрета Нелли бросались в глаза сразу при входе в зал.
Слева висела картина, написанная Каритой Борг на острове. Нелли сидит в кресле, накрытом разноцветной тканью. На ней платье с желтыми цветами. Ее розовое личико обращено к пухленькому лепечущему младенцу, которого она держит
Справа другой портрет такого же формата с похожим мотивом. Девочка с чертами Нелли держит на руках младенца. Но цвета холодные: серые и голубые. Глаза девочки провалились, голова обрита наголо. Девочка одета в полосатую тюремную робу. На заднем фоне - ограждение из колючей проволоки. Ребенок на руках девочки мертв.
Штеффи покосилась на сестру. Нелли стояла, широко распахнув глаза и приоткрыв рот.
– Там, - запнулась она.
– Это ведь не я?
– Нет, - сказала Штеффи, - это не ты, Нелли.
Внутри Штеффи все клокотало от гнева. Кто дал право Карите Борг изображать Нелли в таком виде?
Лицо Нелли исказилось. Она вот-вот была готова расплакаться.
– Она похожа на меня! Штеффи, она похожа на меня!
Ее голос стал тонким и пронзительным. Тут в зал вошли мужчина и женщина.
– «Еврейская мадонна I и II», - прочитала женщина в каталоге выставки.
– Впечатляет, - сказал мужчина, - очень, очень впечатляет.
– Заставляет задуматься, - в тон ему ответила женщина.
– А какое изысканное цветовое решение!
– Тысяча двести крон. Довольно дорого. Но формат, конечно, большой.
– Пойдем, - сказала Штеффи сестре.
– Пойдем отсюда.
Они протиснулись через главный зал к выходу. У дверей их остановила Карита Борг.
– Уже уходите? А я хотела представить Нелли кое-кому...
– Да, мы уходим, - сказала Штеффи.
– И будьте любезны впредь оставить мою сестру в покое.
Карита Борг подняла брови.
– Я что-то не понимаю?
– Да, вы не понимаете, - повысила голос Штеффи.
– Вы ничего не понимаете. Вы не понимаете даже того, что сами рисуете. Вы пользуетесь страданиями других. Вы - самый бессердечный человек из тех, кого я знаю!
– Должна вам сказать, - холодно ответила Карита Борг, - что у вас, девушка, - как вас там зовут?
– у вас весьма поверхностный взгляд на искусство. А сейчас простите, у меня интервью.
Она повернулась к ним спиной и улыбнулась в объектив фотоаппарата. Сверкнула вспышка.
Глава 38
Нелли
Штеффи все еще заметно нервничала. Она бежала по центральной улице, словно галерея и Карита преследовали ее.
– Не беги так быстро, - взмолилась Нелли.
Штеффи замедлила шаг и посмотрела на сестру.
– Знаешь что? Давай сходим в кондитерскую. Хочешь?
– Хочу.
Нелли огляделась. На другой стороне улицы виднелась позолоченная вывеска и большое окно кондитерской.
– Вот!
Штеффи заколебалась.
– Давай поищем другую.
– Здесь так красиво! Почему мы не можем пойти сюда?
Штеффи продолжала медлить.
– У меня есть деньги, - сказала Нелли.
– Если ты боишься, что тут слишком дорого.
– По поводу денег не волнуйся, - ответила Штеффи.
– Я угощаю. Здесь не дороже, чем в других местах.
Они пересекли улицу и вошли в кондитерскую. Как красиво! Мебель обтянута красным бархатом, на стенах - большие зеркала в позолоченных рамах. Официантки одеты в белые блузки, черные юбки и кружевные передники.
Девочкам повезло - у окна только что освободился столик. Официантка поспешила убрать пустые чашки и блюдца.
– Хочешь горячего шоколада?
– Хочу.
– А пирожное?
– Да.
Нелли выбрала пирожное со взбитыми сливками и зеленым марципаном. Штеффи заказала себе чашку кофе и шоколадный бисквит.
Настоящие взбитые сливки. Нелли держала их во рту, а они таяли. Нежные сливки, горьковатый шоколад и сладкий марципан - чудесный вкус.
На какое-то время Нелли почти забыла о вернисаже. Но едва она слизнула остатки сливок, как у нее заныло под ложечкой.
– Штеффи, - сказала она, - как думаешь, Карита очень рассердилась?
– Рассердилась ли она? Какое тебе дело до нее? Она так с тобой обошлась!
– Светлая картина красивая, - пробормотала Нелли.
– А вторая?
– Все равно, ты зря раскричалась. Все смотрели на нас.
– Ну и что?
Глядя на выражение лица Нелли, Штеффи сменила тон.
– Прости, Нелли. Мне и правда не стоило кричать. Но я просто взбесилась! Я хотела тебя защитить.
Нелли кивнула.
– Знаю. Я не сержусь на тебя.
– Хочешь переночевать в городе? Я позвоню тете Альме и скажу, что ты останешься у меня.
Нелли с радостью осталась бы у сестры. Но она знала, что утром Штеффи переезжает. Это был ее последний вечер в семье Карлссон. Наверняка они хотели провести его вместе.