Отбросы

Юрьев Валентин Леонидович

— Это не ваш уровень.

— Тогда дай Мориса, то есть сто тридцать **

— Слушаю, Марго, что случилось?

— Мори, я тут в пультовой сижу, а на Камне кто-то рукой машет, и дом какой-то, откуда он там? Мне чего делать?

— Спасибо, Марго, успокойся, ничего не надо делать, это Носорог, машет, что он прицепил ведущую…ну, верёвку, короче. А дом — это пусковая старая. Я знаю, он сообщил уже, отключайся.

— Ладно. Конец связи.

Отключайся!! Некогда ему…Подумаешь!

Вот так, смотришь в книгу, видишь

фигу…И не объяснят ничего толком…Как же я могу делать репортаж, если не знаю, что происходит….Ох уж мне мужики эти, никогда ничего не могут нормально сделать.

Ладно, поехали дальше.

В Главном шлюзе выходящие надели колпаки, теперь стали как одноглазые гусеницы. Один, два, три, четыре… ё моё, короче, Али Баба и сорок разбойников? Чего то маловато? А толпа такая, как будто их тысяча, хотя, правильно, у нас всего-то скафандров раз и обчёлся, а это провожающие сбежались.

Идут последние проверки перед стартом. Это кто-то из начальства так сказал, красиво звучит.

Вдох — выдох, пошевелил руками, сказал "готов", чтобы радио проверить, взял катушки, отполз, тут же его, голубчика на верёвку пристёгивают железкой. Чтобы не сбежал. Это правильно. Следующий. И так сорок с лишним раз, уснуть можно.

Ой, даже в Крестах зашевелились. Доктор приплыл, в кресло вплюхнулся, у него там тоже кресло и пульт, как здесь, ну это я знаю, будет сейчас мониторинг делать, сколько у кого давление, пульс и вес.

Так….Пауза…..Чего-то все застыли и никто не бегает…

Ага, поползли, голубчики, теперь из отсека все лишние повымелись, понятно, сейчас воздух откачают, делать им там больше нечего….Кто тут пихается?!

— Мори, ты, что ли, привет, а пихаться зачем? Ты чего сюда лезешь, я вот тут репортаж провожу…Ааа…твоё кресло……

— Привет, Марго, всё, всё, всё! Вылезай сейчас начнём…Или вон там в уголочке посиди…

— Господи, ну хоть бы дал поговорить спокойно один раз в жизни…… Ой, Кэп, привет, я всё сделала….. Первый, я Марго, репортаж закончен. Джек, привет….ой, сколько вас тут….ну ладно, пойду я.

Морис

— Ну что, начнём, что ли?….Первый, дать триста пятнадцатого

— Слушаю, Морис.

— Грэймс, ты готов? Мы потихоньку выползаем, держись там.

— Я-то давно готов.

— Первый, прошу разрешить выход за борт группе ремонта по утверждённому списку.

— Выход разрешаю.

— Первый, соединить все бригады голосовой связью.

— Есть соединить.

— Всем бригадам. Приготовились на выход. Техникам напоминаю: следить за давлением в отсеке, при утечке воздуха сообщить в пультовую, ребята, ещё раз предупреждаю, не прерывать выход, а только сообщить. Если остановимся, то всё придётся начинать снова.

Быстренько давайте перекличку готовности.

Главный шлюз!

— Готовы

— Грэймс.

— Готовы

— Техники!

— Готовы.

Давление пока в норме, идёт откачка.

….Всех опросить, голос сорвёшь, и не дай бог, сейчас поломается скафандр, или что-то со здоровьем произойдёт, мальчики уже не молоды, да мало ли что может случиться и вероятность неудачи умножена на коэффициент нашей неопытности, зато поделена на фактор везения.

— Слежение!

— Готовы

— Медицина.

— А нам то что? Готовы, как всегда…

— Пошли, ребята! С богом! Мальчики, следовать на выход строго в порядке привязки, страхующие фалы не перекручивать, катушки не ронять, других не будет. И не болтайте, ради бога, мы сейчас все на одной связи, говорите только по делу, а то такой базар устроим….

** кто пошел первый? всегда первый!

Я нервничаю. Как всегда, когда сам ничего не можешь сделать, переживаешь больше того, кто делает.

Все скафандры задействованы. Два забракованных валяются мешками, я вижу на одном из экранов, как их по инерции пытаются ещё наспех починить, что-то доказывают друг другу, активно размахивая руками, но это уже стало неважно, сейчас больше никого наружу на помощь не пошлёшь.

Потихоньку, мальчики, выползли, потихоньку, разошлись ровненько вдоль радиального туннеля, натянули основной трос, повисли на общем километровом канате, молодцы, выравнивают строй. Так, теперь закрепляют катушки, сопят, кашляют, все звуки слышны здесь, в пультовой. Закрепил, отмотал, сцепил со своим фалом, перешел на длину раскинутых рук, следующая…

Кто-то матерится, несмотря на запрет болтовни, кто-то ржёт тихонечко, предвкушая, как влетит нарушителю… Не влетит, что же я не понимаю, что ли…

Ччёрт, Солнце вылезло! Станция в медленном своём вращении оказывается в невыгодном для ребят положении. А они могут и не заметить в своём рвении.

— Внимание всем! Осторожно — Солнце! Те, на кого попало, закрыть глаза щитками! Без подвигов там!

Молодцы, всё хорошо идёт…

— Мори, это Билл**, тут у меня рядом Сэнди, похоже, потерял сознание, не отвечает, висит мешком, но он закончил, вон его сцепка болтается…

— Вижу, Билл. Сэнди!…Сэнди!…. Док, что там у него?

— Сам не пойму, кислород в норме, дышит, пульс чуть учащенный, так это у всех так, шок наверно, судя по приборам, жив, короче, пусть висит пока.

— Билл, потерпи, скоро снимем вас.

— Ладно. Ну, мы готовы. Может и все уже?

— Шустрый какой! Последние номера из камеры насколько позже выползли?…

На самом деле последние и в самом деле справились быстрее, им не пришлось ждать пока трос натянут, а работа в принципе несложная, в ней главное — просто выжить, а уж зацепить крючок на натянутый шнур несложно, хотя получается не с первого и не со второго раза.

— Хорошо. Так! Внимание всем! По очереди доложить, как дела.