Отбросы
Шрифт:
Стало легче жить. Однако, Красная кнопка оставалась. И могли быть другие сюрпризы, которые нами не были найдены. Достаточно того, что по чьей-то команде Первый мог просто свернуть свою деятельность, уничтожить служебные программы и обречь станцию на верную смерть.
Мы ждали…. Ждали…. И дождались.
Все произошло и решение было принято в те годы, когда тихо и незаметно повзрослевший Китай с его огромным населением перешел рубеж изготовления соломенных циновок и дешевых пластмассовых погремушек, купил современные технологии, создал
Встал без всяких мирных намерений. К тому времени китайцы успели тихонечко завоевать Дальний Восток России, запрудив его миллионами укоренившихся бомжей, прочно осели в Корее и Вьетнаме, раковыми опухолями застряли в глухих районах всех крупных городов мира и неожиданно стали первыми в желании перевернуть мир и в возможности это сделать.
Все старые враги 20-го века сразу стали такими крепкими друзьями, братьями по вере и борьбе за мировые идеалы, что стало ясно — без войны не обойтись.
На этом политическом фоне наш ковчег стал лишним на шахматной доске истории. Решение, принятое на самых высоких политических кругах, было как всегда авантюрным и примитивным настолько, что становилось невероятно стыдно за мощь цивилизации, которая ничему не научилась за тысячи лет и один и тот же анекдот пересказывала заново, обильно посыпая его пряностями достаточно простого вранья.
Враг Китай перед лицом широкой общественности должен был совершить нечто ужасное, прямо таки устрашающее. Так почему бы ему не уничтожить тюрьму с преступниками века в угрозу всем демократическим режимам мира? А то, что такой тюрьмы на планете нет вообще, это мелочи.
Зато были бы убиты сразу два зайца. Убиты буквально люди, представляющие опасность для общества. Причем люди, легко узнаваемые, чьи портреты светились в миллионах газет и ставшие участниками многочисленных судебных процессов, так что подтасовок и быть не могло.
А Китай можно потом легко обвинить в этом злодействе, убив несколько сотен настоящих китайцев, которых сейчас так много нелегально проживает в любой богатой стране, и живописно разложив их на обломках этой тюрьмы, в военной форме. А чего их жалеть, китайцев? А этих никто и не опознает без документов.
И вот тогда уже можно было бы решительно ответить на их "наглую провокацию" ударом соединенной армии христианского мира.
Классная была идея, осуществлялась она на высочайшем профессиональном уровне, в режиме такой секретности, такой тихой идеологической подготовки населения, что кое-где в городах начали бить желтокожих, забегая вперед лошади.
Тогда власти тихонечко сдали назад, наказав немножечко виновников побоищ, вызвав тем самым еще большую ненависть к азиатам у средних слоев. Почва была хорошо подготовлена и оставалось только нажать красную кнопку.
И её нажал чей-то грязный палец.
В день "Ч" была взорвана секретная
Красочно и нагло раскидало взрывом трупы смертников и охранников и оставалось только тихонько умертвить жителей Ковчега и привезти наши тела на Землю для качественного перемешивания так, чтобы лица жертв остались узнаваемыми. А сверху приправить всё это блюдо телами китайских террористов, якобы совершивших эту гнусную провокацию и уже хранившиеся в специальных холодильниках в китайской военной форме.
А потом пригласить репортёров. Кушать.
В политическую мясорубку легко закидывались души своих сограждан, среди которых были не только уроды, которых не жалко, но и честные служаки, женщины и известные учёные, которые своей смертью должны были послужить национальным интересам.
Болтаясь вверху и находясь в полном неведении, наши тела уже были предназначены в жертву. Нас спас случай, провидение, везение, густо умноженные на фактор человеческого любопытства и упрямства.
В ту далекую ночь Спрут ничего не сумел сделать, так как у него в памяти уже сидела блокирующая программа, он клацнул как затворами электромагнитами клапанов, которые должны были задушить людей, а потом изменил пароли и отключился от Земли навсегда.
Теперь роль наземной службы начал выполнять сам Поль, который запустил заранее подготовленную программу и Ковчег двинулся подальше от Земли, став невидимым, ощетинившись шкурой локационной защиты, превратив нас в вечных странников, изгоев, врагов всех Родин нашего многонационального Летучего Голландца.
С тех пор мы все время летаем, оторванные от цивилизации, от мира, от человечества. Эту тревогу никогда не забыть. Никто, поначалу, кроме хакеров не понял ее значения. Впоследствии этот день по-разному назывался в разных углах нашей летучей могилы: и жестким непередаваемым матом в среде русских и "днем икс, игрек и зет" в более интеллигентных слоях, и "днем освобождения" среди шутников, но больше всего прижился термин "День развода".
Честно говоря, оглядываясь на несколько лет назад, я счастлив, даже горд, что мне доверили эту тайну.
В эту ночь от человечества убежал не один жулик и бандит, а смылась целая тюрьма, превратившаяся во вторую планету в солнечной системе, на которой существовала разумная жизнь.
И вот теперь неизвестный корабль явно военного назначения приближался именно к нам, не подавая никаких сигналов, но следуя за нашими попытками изменить траекторию.
Собака — волкодав? Убийца? Или тоже беглец?
Ранние коммунистические представления о том, что в мире живут разнообразные наши братья по разуму и, независимо от количества щупальцев на ушах у нас наладится творческий созидательный контакт, мне кажутся, мягко говоря, наивными.