Отбросы

Юрьев Валентин Леонидович

У Ли всегда все не так. И это тоже часть ритуала. Если бы Ли сказал, что у него вопросов нет, я бы подумал, что наступила какая-то катастрофа. Но ему как всегда не хватает энергии, дисциплины, чьей-то порядочности, насосов, приборов, тары, катализаторов, лаборантов. Это нормально.

Носорог. Система биопереработки.

У нас нет возможности мыть посуду или стирать бельё, где взять столько воды и где её потом очищать? Где достать мыло и стиральный порошок? Нету их и быть не может.

Поэтому переработка биоотходов

примитивна как каменный топор и полностью повторяет изобретение матушки — природы. Всё, что должно очищаться, погружается в котёл с прожорливыми бактериями, превращающими все биологические отходы в перегнивший мутный бульон. А из него получается отличное удобрение для нашего огорода. Единственно, что требуется — сохранять герметичность, иначе может случиться такая эпидемия….

Но у Грэймса огород на втором месте, он пытается говорить про свой любимый Глаз и приходится осадить его.

— Извините, Грэймс, у нас сейчас первый Круг. У вас по переработке есть проблемы?

— Да нет…Вроде всё нормально…

Что и требовалось доказать.

Система караула. Начальник — бывший вояка, сражавшийся во всех современных войнах, потомок древних викингов, Эйрик Рауди, весь изрезан, заштопан и залатан, кажется, что обмануть его невозможно, все человеческие хитрости он чувствует своей потрепанной шкурой.

Как и зачем он попал на Ковчег? Это не его место. Его предназначение — пасть смертью ужасно храбрых в грандиозной битве кого-нибудь с кем-нибудь и, вылитому в бронзе, стоять над изрезанными ветрами скалами северного фьорда, приветствуя потомков во славу предков.

Но, не найдя пути в Вайгаллу, Эйрик сидит передо мной и мне всегда неловко, что я не такой вот крутой мужик. Сухой, жилистый, подтянутый, он даже летает по стойке "смирно". Ни разу не видел его в спорткамере, как это получается? Я вон кручусь, верчусь, а брюхо выпирает, даже на нашей диете.

Доклад у него всегда проходит скучно и по Уставу, одинаковым бесцветным тоном, одними и теми же рублеными словами.

— Раздолбаи зашевелились. Конкретных фактов нет, но я думаю, они узнали. Ведут себя нагло. Надо как-то проверить. Всё.

Конечно, работа у него — не позавидуешь. Старый воин, наверно имеющий свои идеалы и робингудские принципы обязан каждый день контролировать как спали, ели, гуляли и оправлялись в передвижные сборники несколько тысяч отпетых негодяев, нет ли у них жалоб, психических заскоков. Копаться в дерьме отбросов общества. Усмирять и в то же время быть отцом и наставником. Но с другой стороны, он бы не попал сюда, если бы не захотел, значит, ему это надо!

А вот замечание его надо бы проверить. Если есть хоть маленькая вероятность беспорядков, надо пресечь её немедленно. Представить только, что толпы безумцев, которым прямо в уши бьёт болевой до степени шока звуковой хлыст, мчатся по переходам станции, не понимая уже, что они делают, сметая и круша всё на своём пути…..

— Доложите,

какие меры приняты?

— Отдан приказ номер две тысячи двадцать три дробь семьдесят два. Первый, доступ здесь, зачитать приказ!

— Есть зачитать. Приказ номер две тысячи двадцать три дробь семьдесят два. В связи с возможными беспорядками и наблюдающимися отклонениями в поведении заключенных, приказываю: запретить выход заключенных из отсеков, отменить физические процедуры, удвоить охрану при разводе постов, усилить тщательность проверки решеток клеток караула, караульным запретить одиночное посещение до прибытия наряда в любых ситуациях, считать возможными проявление агрессии и авантюрного поведения. Приказ зачитывать выходящим на дежурство с обязательным голосовым подтверждением. Начальник охраны.

Ну, молодец, Эйрик, кажется, он охватил все возможные срывы своих подопечных. Мне остаётся только поддержать его.

— Первый, приказ номер две тысячи двадцать три дробь семьдесят два утвердить. Оповестить все наряды караула об усилении внимания на дежурстве. Раздачу пищи производить только караульными. Проход свободных в охраняемую зону запретить. Сообщить психологам об общем изменении в камерах. Ввести изменение пароля после каждой смены караула.

— Есть, утвердить и оповестить.

Любопытно, конечно, какими неведомыми путями расползается столь тщательно скрываемая информация? И в столовой шло кино о войнах. Не сами же дежурные сочинили эту тему, кто-то им шепнул…. Бардак какой-то! Мы же всё скрываем. Хотя, в истории такое миллион раз уже случалось: техник на перекуре болтнул караульному, их случайно услышала уборщица и пошло-поехало…

Но если представить только, что тысяча головорезов захватят станцию, узнав о прилёте чужих…Это не просто страшно. Это — смерть. Надо подумать, тут Эйрик, безусловно, прав.

Система Энергетики. Все чудесно, энергии конечно же не хватает, но как всегда, дефицит лежит в одних и тех же пределах. Химикам больше не дадим, они и так берут не своё, биологи подворовывают на Глаз, уже и кабель протащили…, а нам на обогрев недостача, в туннелях температура понизилась…

Врачи. Социологи. Прачечная и ремонт одежды.

Все замечательно. Нет эпидемий, нет вспышек психических расстройств, климат на станции соответствует сезону, бактериологический фон в норме.

Научники.

Программисты.

Система Астрофизики. Васька Гукин скупо докладывает о замеченном корабле и о запрете локации. А значит, о возможности попадания в нас мелких каменных обломков. Глаза у всех оживляются и в зале стоит тихий гул, который ничуть не мешает, все равно звук идет через переводчика. Все что-то, видимо, уже слышали, но только теперь получили официальную информацию.

Под конец, на закуску, я объявляю, что дан приказ установить режим семнадцать, обо всех его последствиях и неприятностях.