Освещенные шрамами
Шрифт:
Судя по вспышке ярости ее отца, казалось, что королевства Эйри находятся на грани войны. Может быть, спустя десять лет военное предзнаменование черного оленя наконец-то сбылось? Она не знала. Никто ничего не говорил младшей принцессе, но ей следовало стараться обращать больше внимания на то, что происходит у нее под носом. Нельзя оставаться такой неосведомленной.
«Как я не заметила приближающейся войны?» — ругала она себя, проходя в большой зал… где сейчас не было никого, кроме слуг, готовившихся к вечернему пиру… и выходя на тот самый балкон, где они с Рангаром
Она облокотилась на каменные перила, вспоминая события прошедшей ночи. Запах дыма его трубки. Блеск его темных глаз в слабом свете. Его хриплый голос, говорящий на языке, который он выучил только для того, чтобы общаться с ней.
Размышляя о возможности войны, она спустилась в сад памяти, где прах ее королевских предков из Мира смешался с землей среди каменных памятников. Она опустилась на мягкую траву и прислонилась к надгробию, спрятанному в укромном уголке.
Почему королевства враждовали? В чем была проблема? Мир поставлял зимой все необходимое во Внешние земли… зерно, корм для животных, вино, лекарства, ткани. Может, королевства во Внешних землях, желали еще большего? Неужели они так жаждали заполучить процветающий Мира, что готовы были развязать войну?
Соседняя дверь тихо заскрипела, когда кто-то ее открыл. Брин замерла. Дверь была не видна за надгробиями, но Брин была совершенно уверена, что именно она вела из нижнего помещения для слуг в сад. Так что, скорее всего, это был садовник или слуга, которому захотелось отдохнуть.
Но, когда тяжелые шаги послышались в саду памяти, за которыми последовали негромкие голоса, она поняла, что двое мужчин присоединились к ней в ее уединенном месте. И, к ее ужасу, они говорили не на Мирском, а на Берском языке.
Глава 6
РАЗГОВОР В САДУ… МАЛЫЙ СТОЛ… МАГИЧЕСКИЕ ЗНАКИ… НАДГРОБИЯ… «У КАЖДОГО ЕСТЬ ОРУЖИЕ»
Брин встала на колени и выглянула из-за надгробия, наполовину скрытого золотыми ветвями болиголова. Когда она увидела две фигуры, вошедшие в сад, у нее перехватило дыхание.
Валенден и Рангар Барендур.
Она закрыла рот рукой, чтобы заглушить вздох. Они стояли всего в десяти футах от нее. Что они делали здесь, вдали от других высокопоставленных лиц в зале совета, обсуждающих надвигающуюся войну? А что, если они увидят ее?
Казалось, они о чем-то спорили, но их голоса оставались тихими и осторожными… хриплыми, как у двух существ, рычащих друг на друга. Они говорили на языке Берсладена, поэтому, естественно, она их не понимала.
Выглянув из-за камня, она увидела, как Валенден расхаживал в лучах солнца, тыча пальцем в лицо Рангара, а выражение Рангара не было видно из-за веток болиголова. Он всегда прятал лицо, даже когда оставался наедине с братом.
Но даже, если Рангар держался в стороне, это не означало, что он не мог постоять за себя. Он бросил своему брату грубо звучащие слова тем же тихим голосом. О чем бы они ни говорили, явно пришли сюда уединиться и не хотели, чтобы их подслушивали.
Брин задавалась вопросом, что могло их так взволновать. Может быть, дело в напряженных дискуссиях,
Рангар провел рукой по лицу, и Брин разглядела несколько магических знаков, вырезанных на его предплечьях. Плащ скрывал остальные руки и грудь… насколько она знала, магические знаки покрывали каждый дюйм его тела. Ей стало интересно, какими магическими заклинаниями он может управлять. Она уже видела его способность управляет огнем. Что еще он умеет?
Валенден подошел к надгробию, где пряталась Брин, и она опустилась на землю, тяжело дыша. Если они увидят, как она подслушивает их разговор… неважно, что слова для нее непонятны… то наверняка будут недовольны.
Ходили слухи о непредсказуемости и воинственности принцев Барендур. Она взглянула на ближайший куст болиголова, размышляя, не спрятаться ли ей в их ветвях, подползти к двери и оттуда проскользнуть к слугам…
Она уже собиралась опуститься на живот, когда одно слово в разговоре братьев привлекло ее внимание.
— Брин.
Она замерла. Правильно ли расслышала? Она могла поклясться, что они произнесли ее имя среди неразборчивых Берских слов. Валенден прорычал что-то и повторил ее имя, на этот раз безошибочно. Рангар ответил ворчливым тоном, и они продолжили ссору.
«Они говорят обо мне». Но почему? Неужели именно сейчас они наконец-то осуществят свой план по ее похищению, как хотели сделать десять лет назад?
В конце концов, они, похоже, пришли к согласию. Брин осмелилась выглянуть из-за надгробия. Валенден достал из внутреннего кармана свою флягу и передал ее Рангару, тот отпил глоток, и Валенден сделал то же самое, как будто скрепляя договор. Затем Валенден достал из ножен изогнутый нож.
Брин ахнула.
Лезвие засияло на солнце и сверкнуло в глазах Брин, заставив ее спрятаться за гробницу. Она зажала рот рукой, молясь, чтобы ее не услышали. Пульс бешено бился. Она должна держаться в тени, оставаться незамеченной. Но любопытство заставило ее снова выглянуть.
Она боялась, что Валенден ранил Рангара, но он лишь показывал брату нож, рассказывая что-то о лезвии. Затем убрал его в ножны и достал меч. Рангар хмыкнул, доставая свой нож.
Брин взволнованно наблюдала за происходящим. Следующие несколько минут они продолжали сравнивать оружие, доставая ножи, дубинки и мелкое оружие, которого она никогда раньше не видела и уж точно не знала его названия.
«Лорды и леди, у этих двоих под плащами находился целый арсенал».
Она прикусила губу. Наверху говорили о войне. Внизу непорядочные и опасные королевские братья Барендур показывали свое оружие. Казалось, что это никак не связано. Но кому-то нужно рассказать об этом.
Опустившись на живот, она ползла к кусту болиголова, пока не добралась до входа для садовника в замок. Надеясь, что братья не услышали ее, она вошла в дверь, затем пробралась через комнаты слуг и поднялась наверх в восточное крыло. Брин не находила себе места в спальне Марса, когда он вернулся из зала совета.