Освещенные шрамами
Шрифт:
Валенден загонял ее в угол грубыми шутками и свежим элем, пытаясь поднять ей настроение.
Рангар был рядом с ней почти каждое мгновение, днем и ночью. Он спал за дверью, держа меч на готове. Тема брака между ними больше не поднималась, хотя она слышала множество шепотков среди слуг и советников замка.
Теперь она была наследной принцессой самого богатого королевства Эйри, а ее будущий муж — королем. В то утро на горе, когда он предложил ей выйти за него замуж, вопрос об этом не поднимался. Но теперь это была неизбежная тема, и, если он не собирался
Брин ела в одиночестве в своей комнате, ожидая, когда он закончит свою работу и найдет ее, чтобы она могла, наконец, поговорить с ним, когда услышала звон меча за дверью.
Она мгновенно напряглась.
Это было странно… солдаты Берсладена были натренированными, поэтому случайно выронить меч было неслыханным делом. Кроме того, все солдаты, кроме Рангара, стояли у главного входа в покои магов и никогда не заходили так далеко внутрь.
Она испугалась, подумав о шпионах и убийцах. Дрожащими руками Брин достала свой нож. Сердце бешено колотилось в груди. Она не осмеливалась звать на помощь — вдруг тот, кто был за дверью, преследовал коварные цели и ждал знака, что она внутри.
После нескольких долгих мгновений, когда ее пульс грозил вырваться из вен, в коридоре стало тихо. Собравшись с духом, она распахнула дверь, держа нож наготове.
Брин ахнула.
Рангар лежал лицом вниз на полу рядом с ее комнатой. Его меч лежал рядом с ним, как будто он его случайно уронил.
Его губы были черными. Он не двигался.
«Нет, нет, нет…»
Брин закричала.
Глава 40
ЯДОВИТЫЙ ПЛАН… НЕКОМУ ПОМОЧЬ… ПРИКОСНОВЕНИЕ МАГИИ… В КОНЦЕ КОНЦОВ
— Помогите! — закричала Брин, надеясь разбудить Калисту и Рена. Они знали магию, поэтому наверняка смогли бы вылечить Рангара. Она опустилась на колени рядом с лежащим на полу лицом вниз Рангаром и пощупала его пульс. Он был очень слабым. Ей потребовались все силы, чтобы перевернуть его на спину.
Его глаза были закрыты. А губы стали синевато-черными. Вены на его лице странно выделялись: они были темными на фоне бледной кожи. Она снова позвала на помощь, но ответа не последовало. Где были маги и ученики? А солдаты, которые должны были стоять у дверей?
Ее охватило дурное предчувствие. Здесь никогда не было так тихо. Охранники иногда делали перерыв, когда приходил Рангар, чтобы охранять дверь Брин, но, казалось, слишком большим совпадением, что они вдруг исчезли именно сейчас.
«Это ловушка? Охранники в этом замешаны?»
Сердце бешено колотилось, когда сотни мыслей заполнили ее голову. Неужели слухи о ее престолонаследии распространилась так быстро, что ножи уже были наготове?
— Рангар, проснись! — она потрясла его за плечи, но его голова лишь склонилась набок. Она поднесла щеку к его губам, чтобы почувствовать дыхание, но тут же отпрянула. Изо рта у него воняло беленой. Она уже не раз чувствовала этот запах в кладовых магов, и Брин неоднократно предупреждали, насколько опасным и даже смертельным может быть ее употребление.
Она
«Кто-то отравил Рангара».
Осознав это, она ужаснулась. Должно быть, это был один из шпионов Мира или кто-то, кто проник в замок, пытаясь посеять беспорядок. Может быть, это один из людей барона Мармоза? Она не могла представить себе, чтобы кто-то из Берсладена так поступил со своим любимым принцем.
Затем в ее голове промелькнула новая идея. Может быть, тот, кто сделал это с Рангаром, на самом деле хотел отравить ее, а Рангар неосознанно проглотила пищу, предназначенную для нее. Она провела рукой по волосам, обдумывая возможные варианты. Что ей делать? Где были другие маги?
Тело Рангара начало биться в конвульсиях. Рот Брин открылся в беззвучном крике.
«Святые, это очень плохо!»
— Шшш, шшш, — отчаянно шептала она, пытаясь удержать его голову, чтобы не причинить ему еще большего вреда, но это ничего не дало. Он продолжал трястись. В уголках его рта появилась пена.
— Черт! — ругалась она вслух. Брин не осмеливалась бежать за помощью и оставлять его в таком состоянии умирать в одиночестве на полу, но что еще она могла сделать? Ее пульс бешено колотился. Все происходило так быстро.
Затем, быстро вдохнув, она вспомнила, чему Рангар и Вал научили ее в лесу в Виль-Кеви: заклинание очищения, которое нужно использовать, когда нет противоядия от яда.
— Вот оно — прошептала она вслух, поглаживая лицо Рангара, который продолжал дрожать. — Ты научил меня заклинанию. Я могу это сделать.
Она поднялась на ноги и начала расхаживать, пытаясь продумать как все сделать. Может ли заклинание подействовать на другого человека? Как объяснили ей Рангар и Вал, заклинание должно было быть использовано отравленным человеком… но что если заклинание произнесет другой?
Она закусила губу, бросив взгляд в сторону кладовых магов в дальнем конце коридора. Где-то там должно быть противоядие от белены, но Брин понятия не имела, как оно выглядит, да и ученики куда-то пропали.
Так что магический знак был единственным выбором.
Она оттянула рукав, чтобы рассмотреть шрам на запястье. Это был простой крест из двух линий, одна из которых слегка загибалась к концу. Она попыталась вспомнить слова заклинания. En vit? En vineo?
— En videl! — выдохнула она.
Она пыталась успокоить дрожащую руку, чтобы провести символ в воздухе над Рангаром. Когда маг Марна накладывала на нее заклинание, она направляла руку в сторону Брин и не сводила с нее глаз, и сейчас Брин делала то же самое с Рангаром.
Произнеся заклинание и сделав жест рукой, она ждала, напряженно шагая, не сводя глаз с Рангара. Она все еще не знала, действует ли заклинание очищения только на того, кто его произносит, или может подействовать и на другого человека.
В лесу братья не объясняли подробно. Вся эта история с обучением ее заклинанию казалась одной из шуток Вала, просто чтобы ее поддразнить. Но теперь от этого зависела жизнь Рангара.