Освещенные шрамами
Шрифт:
Рангар запрыгнул на повозку и протянул руку, помогая Брин устроиться рядом с ним. Остальные фермеры забрались следом, и кучер погнал лошадей.
— Покажи мне метку, — сказал Рангар.
Она закатала рукав, показывая ему небольшой разрез, который сделала Калиста. Он хмыкнул.
— Хорошая работа. Уверен, у тебя получится заклинание поиска.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Мне не терпится попробовать еще раз. Я беспокоюсь о том маленьком ягненке, который остался один где-то там, наверху.
Когда они ехали по ухабистой дороге обратно в деревню,
Когда на горизонте показались очертания Барендур Холда, Рангар указал на скопление лошадей за воротами. Это были не обычные массивные и дикие лошади Берсладена. Эти были проворными и маленькими… Мирские лошадки.
Брин напряглась.
— Солдаты из Мира?
Рангар положил руку ей на колено, успокаивая.
— Нет. Это не лошади армии Мира. Это лошади простолюдинов. Ставлю на то, что они принадлежат беженцам, которые, как мы слышали, должны были приехать.
Брин погрузилась в свои мысли, пока они ехали до деревни. Когда повозка остановилась в центре города, она спрыгнула вниз, за ней последовал Рангар.
— Я бы хотела поговорить с беженцами, — сказала она.
Он заколебался.
— Уверена, что это разумно? Знаю, мы уже обсуждали это раньше, но простолюдины Мира восстали против твоей семьи и убили твоих родителей. — Его темные глаза искали ее. — Они могут быть не рады тебя видеть.
— Они все еще мой народ, — настаивала она. — И теперь, когда я узнала причину восстания, вряд ли могу винить их за это. Я должна извиниться перед ними за то, как мои родители правили, и предложить им любую помощь, даже если будет знакомство с чужой землей.
Он сомневался.
— Мне нужно привести себя в порядок. Потом я спрошу, не хотят ли эти беженцы встретиться с тобой. Если мне покажется, что они попытаются причинить тебе вред, я запрещаю это делать.
Ей не нравился его властный характер, но в данном случае она согласилась с ним и кивнула.
— Если они согласятся на встречу, — сказал он, — я пошлю кого-нибудь за тобой.
Когда они расходились, она заметила, как несколько жителей деревни посмотрели в их сторону. Как она и предполагала, слухи об их свидании в амбаре уже распространились. Ее щеки запылали, но она также почувствовала, как на ее лице появляется улыбка при воспоминании о пьянящем ощущении его объятий.
Брин вернулась в сарай и накормила остальных ягнят, а затем, убедившись, что они улеглись спать, побрызгала водой на лицо и переоделась в свежую блузку. Она направилась на кухню, чтобы узнать, не нужна ли кухаркам помощь в кладовой, когда к ней подбежал молодой парень.
— Леди Брин, — сказал он. — Принц Рангар ждет вас во дворе.
— Спасибо, — сказала Брин, жалея, что у нее нет монетки, чтобы дать ему в знак благодарности, но не успела она даже дотянуться до кармана, как он убежал.
Она вздохнула, перед тем, как пойти во двор. Конечно,
Брин вышла во двор, заламывая руки, и с удивлением обнаружила, что все три брата стоят к ней спиной. Их плащи из медвежьей шкуры закрывали почти весь обзор. Но, услышав ее шаги, Вал и Рангар повернулись, и она увидела около дюжины людей, с которыми они разговаривали, все были одеты в легкие белые и серые одежды Мира.
Затем она ахнула, заметив в толпе знакомое лицо, и чуть не разрыдалась.
Глава 32
ЗНАКОМЫЕ ЛИЦА… ПРАВДА ИЗ ДОМА… ДРУГОЙ БРАТ, НЕ ТОТ, КОТОРОГО Я ЗНАЛА
— Мадам Делис!
Брин бросилась к знакомому лицу в толпе беженцев. Мадам Делис была главным поваром в замке Мир всю жизнь Брин.
Пожилая женщина была единственным человеком, который постоянно помнил о дне рождения Брин, включая ее родителей. На протяжении многих лет кухарка угощала ее медовым тортом и зимними ягодами, а также утешала Брин, когда ей нужно было выговориться.
Женщина улыбнулась, когда Брин ее приобняла.
— До меня дошли слухи, что ты прячешься в этих диких краях, девочка, — сказала мадам Делис. — Я так надеялась, что это правда.
Брин изо всех сил сжала пожилую женщину. До этого момента она не понимала, как сильно ей не хватает знакомого лица. Кусочка дома.
С тех пор как она сбежала из замка Мир, только и слышала ужасные истории о своих родителях и их терроре. Вся ее жизнь перевернулась с ног на голову. И, хотя здесь она была в безопасности, в Берсладене она чувствовала себя чужой. Как бы она ни восхищалась людьми и ни полюбила эти ветреные земли, это был не тот дом, который она всегда знала.
В черных волосах мадам Делис, появились седые прядки. Женщины в Мире, от служанки до королевы, ненавидели седые волосы, но долгий и томительный поход во Внешние земли, должно быть, дался кухарке нелегко. Кроме того, в пути краски для волос не было.
— Я так по тебе скучала, — сказала Брин, и ее голос сорвался.
— Да, девочка. Я тоже по тебе скучала.
Нежный момент был прерван, когда Брин перевела взгляд на других беженцев. Она узнала девушку, которая разносила белье по замку, и мальчика, который работал в конюшне. Однако остальные люди были ей незнакомы. Она не была уверена, фермеры это, слуги или солдаты.
Хотя одно можно было сказать наверняка: они не смотрели на нее с такой теплотой, как мадам Делис. На самом деле, у Брин появилось четкое ощущение, что, если бы мадам Делис не поручилась за нее, другие беженцы либо отказались с ней встречаться, либо, что еще хуже, попытались насадить ее голову на пику.
Брин отошла от поварихи, собираясь с силами. Она оглянулась через плечо на Рангара, Валендена и Трея, а затем посмотрела в лицо беженцам со всей смелостью, на которую только была способна.