Острые грани
Шрифт:
– Все равно ты рискуешь. Лучше пришли во дворец группу обученных магов. Или хотя бы ферров. У твоего сына еще нет опыта.
– При чем тут опыт? Опыт тут не поможет. Мы уже триста лет не сталкивались с Лунной магией. Она коварна. И направлена только на убийство. Вспомни легенды: какими отличными бойцами были черные маги! Мы не знаем, как ее блокировать. Придется действовать методом проб и ошибок. А Леор сможет просто ее отразить, нейтрализовать, пересилить. Что может быть лучше в борьбе с магией Лунной богини, чем Лунное пламя?
И, наверное, этот спор мог бы продолжаться
– Что это? – пораженно ахнул король.
Стекло в огромных оконных рамах зала, находящегося на нижнем этаже дворца, разлеталось острыми осколками во все стороны, а внутрь помещения прыжками врывались какие-то звери.
Взмахнув рукой, архимаг выставил энергетический щит, по которому тут же забарабанили посыпавшиеся на них с королем стекла. В следующий миг об него уже бешено билась ворвавшаяся первой во дворец тварь. Рык, лай, вой, пена, клочьями спадающая с оскаленных клыков…
Первый язык Солнечного пламени сорвался с вытянутой руки архимага и, беспрепятственно пройдя сквозь прозрачную защитную сферу, охватил огнем несколько окруживших их тварей. Прочь откатились охваченные пламенем скулящие клубки.
Животные уже заполнили весь зал. Но интересовали их только люди. И, видимо, исключительно в гастрономических целях. Дарий фо Нойр, закатав рукава мантии, повыше поднял руки, намереваясь разом спалить всех тварей, но его остановил растерянный голос короля:
– Йохан, Фрай, Чисса! – с болью в голосе звал зверей Алесандр. – Это же я! Хорошие мои, что с вами? Прекратите, успокойтесь, фу!
Только сейчас маг понял, что это всего-навсего собаки. Но в каком они были состоянии! Ближе всего к определению этого было бы слово «бешенство». Но чтобы сразу взбесилась вся королевская псарня, и никто бы ничего не заметил? Так не бывает!
Команды короля не произвели на собак никакого эффекта, они лишь яростней продолжали атаковать людей.
– Это же мои борзые! Что с ними случилось? – повернулся король к магу.
Но увидев, что тот уже поднял руки, воскликнул:
– Стой! Не убивай их!
– А что еще прикажешь мне делать? – проворчал белоголовый волшебник. – Дать им сожрать нас?
– Неужели ничего нельзя предпринять?
– Они околдованы. И угадай, магию какого цвета я сейчас чую?
– Что? Нет… Проклятье!
– Ну, почти. Скорее черная магия просто выжгла им мозги, а жрецы вложили туда одну-единственную команду и, используя магию крови, нацелили их на тебя.
– Тэшш!
– Их все равно уже не спасти, Алес.
– Но здесь не все. У меня большая псарня. Наберется уже, наверное, собак шестьдесят. А здесь явно меньше. Ты сказал – магия крови, Дарий? Значит, они нападут и на детей? – ужаснулся король. – Убей их уже! Что ты стоишь!
Вздохнув, маг Солнца выпустил наконец собранную за это время силу, и стена огня обрушилась на беснующихся собак, превращая весь зал в воющее и скулящее огненное море.
Оборачиваясь к своему венценосному другу, Дарий фо Нойр уже понимал, что рядом никого нет. Только мелькнул в дверях размытый силуэт.
Прошептав
Выскочив в коридор, архимаг чуть не врезался в королевскую спину. Алесандр стоял, держа за плечи старшего сына. Только сейчас фо Нойр заметил, что тот сжимает в руке окровавленный меч.
– Все нормально. Маму, сестер и Тэрила мы успели спрятать в спальне. С ними все в порядке, только немного напуганы, – рассказывал принц. – Мы с Альриком и его людьми убили всех напавших собак. Загрызено несколько стражников и слуг. Папа, что это было? Почему они напали?
– Мы выясним, Валентин. А сейчас возвращайся к сестрам и брату. Успокой их. Я сейчас приду, – ответил Алесандр.
Когда принц отошел достаточно далеко, король повернулся к архимагу:
– Я согласен.
– Это ты сейчас о чем? – не сразу собрался с мыслями маг.
– О твоем сыне. Приводи его во дворец.
– Только он наверняка захочет взять с собой друзей, – заметил Дарий, подумав про себя, что теперь ему придется как-то уговаривать самого Леора. А зная независимую натуру сына и его давнюю обиду на отца… В общем, друзья могли бы стать в предстоящем разговоре неплохим аргументом.
– Чего уж там, пусть берет, – устало ответил архимагу его величество король Гидонии Алесандр фор Акор.
Грань 4
О волшебных венцах, сердитых отцах и крутых поворотах
Поскольку прошедшая ночь не забыла одарить меня старым кошмаром и лишь малой толикой сна, наступившее утро я встречал недовольным, встрепанным и усталым. И с раскалывающейся после вчерашних посиделок головой. Кажется, излишнее количество медовухи может отрицательно сказаться даже на маге. Выглянув в окно, я понял, что погода вторит моему настроению. Небо затянули дождевые тучи, грозя Лорелее первой весенней грозой. Как и всякий маг, я старался прислушиваться к своей интуиции. А она намекала, что висящая над городом завеса разродится именно громом и молниями, не говоря уже о самом дожде.
От такой перспективы я помрачнел еще больше и, покосившись на беззаботно дрыхнущего на шкафу дракончика, стал собираться на церемонию.
Да-да, именно сегодня, в такой неприветливый и хмурый день, нам должны были вручить венцы магов.
Одевшись и посмотрев в зеркало на свою невыспавшуюся физиономию, серые глаза и пепельные волосы, я понял, как своевременно получил звание мастера. Ведь если бы сегодня я вышел на улицу в привычной серой мантии студента Академии, мне грозила бы перспектива превращения в невидимку, причем без всякой магии. Серая ткань моментально слилась бы с цветовой гаммой серого весеннего дня, и заметить меня, идущего по улице, смог бы разве что очень внимательный ферр. Но начиная с этого момента я наконец могу сменить надоевшую форму на темно-синюю мантию мастера, а в свободное от обязанностей мага время вообще имею право расхаживать в чем хочу. В рамках приличий конечно же. Позора рода фо Нойров отец мне не простит.