Остров

Лаймон Ричард Карл

Связку ключей я прижимал к столу кончиками пальцев. Если дрожь усилится, я не смогу контролировать пальцы и ключи вновь зазвенят. Я подумал было поднять руку. Но, когда я буду убирать руку, ключи могут зазвенеть.

Может быть, мне надо схватить их и дать деру? Нет, нет, нет, нет!

“Наберись терпения и жди!” – приказывал я себе. Уже недолго. Еще секунда, и она ляжет. Пройдет еще немного времени, и она уснет крепким сном. – Иди сюда, Руперт, – шепнула она. Вздрогнув, я тихо ахнул и машинально схватил ключи. Они звенели целое

мгновение, пока я не стиснул их в руке, заставив замолчать. Раздался клокочущий храп Уэзли, и он со стоном перевернулся на бок. Теперь он лежал ко мне спиной и лицом к Тельме. Та молчала. Спустя несколько секунд, которые показались мне вечностью, Уэзли вновь захрапел.

Я стоял у кровати с ключами в одной руке и бритвой – в другой.

И пристально смотрел на Тельму. Хотя я не мог видеть ее глаза – или даже в какую сторону повернута ее голова, – я знал, что она наблюдает за мной.

И я начал медленно, не отрывая подошвы от пола, перемещаться в ноги кровати.

Пусть думает, что я иду к ней, говорил я себе. До самого момента, когда я рванусь к двери.

Однако, оказавшись в ногах кровати, я никуда не рванул.

Один шаг в неверном направлении, и Тельма обязательно закричит. Я знал это. На этот счет у меня не было ни малейшего сомнения. От ее крика проснется Уэзли, и они вдвоем бросятся на меня.

Разделайся с ней, пока она одна, или тебе придется иметь дело с ними обоими сразу.

Кроме того, мне было любопытно. Странно, почему она прошептала: “Иди сюда, Руперт”. Почему она сделала это вместо того, чтобы закричать?

Она продолжала сидеть ровно, пока я на цыпочках обходил вокруг кровати. Уэзли продолжал храпеть.

Когда я обогнул угол, Тельма медленно повернулась в сторону и опустила на пол ноги. Она сидела на краю матраца и ждала меня.

Шагах в двух от нее я остановился.

Тельма схватила рукой мой ремень. Не сопротивляясь, я позволил ей притянуть себя ближе. Теперь я стоял прямо перед ней. Но она потянула меня ещё ближе, и я оказался у нее между коленями. Её ноги касались моих. Не отпуская ремень, она прошептала:

– Отдай мне ключи.

На этот раз ее шепот, похоже, не потревожил мужа: тот продолжал храпеть и не двигался. А видел я его теперь прекрасно, поскольку возвышался над Тельмой. Только невозможно было определить, открыты его глаза или нет.

– У меня нет ключей, – тихо промолвил я.

– Уэзли? – Это уже был не шепот. Хотя произнесено было и не слишком громко, но этого оказалось достаточно, чтобы тот что-то буркнул и как-то вопросительно простонал.

В одной руке у меня были ключи, в другой – бритва.

Один взмах бритвой и...

Даже если она заслуживала такого конца, – а она его заслуживала, – рука у меня не поднималась. Только не таким способом – застав ее врасплох среди ночи. Во-первых, она была женщиной. Во-вторых, обойтись с нею так жестоко я мог бы только в единственном случае – в качестве крайней меры, спасая свою

жизнь.

Храп Уэзли прекратился.

Вместо того чтобы перерезать Тельме горло, я поднес к ней левый кулак. Он встретился с теплой податливой кожей. Когда рука Тельмы нащупала мои пальцы, я разжал кулак, и она взяла ключи. Те звякнули несколько раз, но затем стало тихо.

– Ммммм? – промычал Уэзли.

– Ничего, милый.

– Ммм.

Через несколько секунд он снова захрапел.

Послышалось тихое “дзинь-дзинь” – это Тельма положила куда-то ключи. Может быть, за спину на матрац.

Придерживая одной рукой меня за ремень, другой она провела по шортам спереди. Затем медленно расстегнула “змейку” и запустила руку внутрь.

В других обстоятельствах нечто подобное вызвало бы моментальную эрекцию. Но слишком велик был страх, да и Тельма была не совсем в моем вкусе, не то что другие ее родственницы. Практически она возбуждала меня ровно столько, сколько и Уэзли, окажись он на ее месте, поэтому член мой настолько съежился, что я просто диву даюсь, как смогла она найти то, что искала.

Но нашла.

И принялась за работу.

Вспомнились наше общение у костра и ее попытка прикончить меня бритвой.

Та же самая бритва была сейчас у меня в руке, в то время как Тельма сжимала, гладила и оттягивала мой член.

На этот раз оружия у нее не было, это я знал. Во всяком случае – в руках.

Потому что одной рукой Тельма держалась за мой пояс, а другой – за мой член.

Протянув левую руку, я положил ладонь ей на голову, провел по коротким влажным волосам, погрузил в них пальцы и оставил их там. Затем скользнул по боковой поверхности ее головы запястьем правой руки, нашел ухо и приставил к нему лезвие бритвы – во впадинку между верхней частью уха и поверхностью головы.

Рука Тельмы перестала двигаться.

Теперь она крепко держала мой член.

– Отпусти, или я отрежу тебе ухо, – шепнул я.

– А я оторву тебе хрен.

– Отдай мне ключи, и я уйду отсюда.

– И не мечтай, засранец. Уэзли все еще храпел.

– Я тебе ничего не сделаю, – шепнул я. – Я просто уйду.

– Трахни меня, – шепнула она. – Трахни и, как знать, может быть, я отдам их тебе.

“Да ты не в своем уме”, – подумал я.

– Прямо сейчас. – Она слегка дернула за член.

– Не могу. В его присутствии у меня ничего не получится.

– Хочешь, чтобы я его разбудила?

– Он все равно проснется, если я... сделаю по-твоему.

– Как знать. Давай посмотрим.

– А если где-нибудь в другом месте? – предложил я. – Давай пойдем в другую комнату...

– Здесь, рядом с ним.

– Отпусти меня и отдай ключи. Пожалуйста.

– Это моя бритва? – поинтересовалась она.

– Ага.

– Хочешь меня побрить?

– Нет.

– Уверен? А я уже начала забывать, что такое быть хорошо и гладко выбритой, с тех пор, как потеряла ее.