Остров предательства
Шрифт:
Сиф зарылся лицом в подушку.
– Если я оставлю гуано в воде на ночь, – пустилась в объяснения Элли, – то образуются такие особенные кристаллы, понимаешь?
Она выждала несколько секунд. Сиф глубоко вздохнул:
– И зачем нужны эти кристаллы?
Элли наслаждалась моментом.
– Порох.
– ПОРОХ? – возопил Сиф, забившись в угол комнаты и в ужасе уставившись на кастрюли.
– Я его ещё не сделала, – сказала Элли. – Кристаллы необходимо смешать с углём и серой, иначе они не взорвутся.
– Элли. –
– Ай, я думаю, это параноидальный страх – столько дней прошло, а мы его и не видели. Вероятно, это был просто рыбак. Никто не смог бы последовать за нами от самого Города. Ну и потом, я ничего не взорву – я сделаю только малюсенькую бомбу, просто проверить, что порох работает. И я обещаю взорвать её где-нибудь, где никого нет.
– Элли.
– А остальное для фейерверков. У них их нет – может, они забыли, как они делаются?
Сиф в бессильной досаде растёр лицо руками:
– Отлично, вперёд, давай повсюду пускать фейерверки. Никто ничего и не заметит.
– Ну а может, я хочу, чтобы она заметила, – огрызнулась Элли.
– Она? – переспросил Сиф. – Кто это «она»?
Элли сосредоточенно смотрела в миску с гуано, в которой она помешивала. Она чувствовала, что Сиф наблюдает за ней.
– Пожалуйста, только не говори мне, что ты имеешь в виду Королеву, – проговорил он.
У Элли заполыхали щёки.
– И чем, по-твоему, Королева может тебе помочь?
– Может быть, она знает, как одолеть Врага, – сказала Элли. – С чего бы иначе оному бояться её?
– Элли, это просто старое предание, в которое здесь верят. Некоторые матросы Янссена ещё убеждены, что, если в понедельник умыться чернилами кальмара, это принесёт удачу.
– Но если есть малейший шанс, что это предание может оказаться правдой, мне нужно всё выяснить. А потом, она тоже Сосуд, как и я. И у неё явно всё хорошо – она Королева. И может, она сумеет помочь мне, чтобы и со мной всё было хорошо.
Сиф осторожно шагнул к ней.
– Но с тобой всё хорошо, Элли.
– Вовсе нет, – бросила Элли, так яростно помешивая в кастрюле, что гуано плеснуло через край. – Я видела оного. Под водой, в тот день, когда мы приплыли сюда. Что, если оный вернётся?
– Элли, оный не вернётся, – мягко сказал Сиф. – Тебе не нужна помощь Королевы – ты уже сама одолела Врага. И ты не станешь высказывать желания, и никак иначе оный не наберёт силу.
– Но что, если Королеве известно что-то, чего мы не знаем? – На Элли нахлынуло раздражение. – Я не понимаю, почему тебя это совсем не занимает. Она Сосуд. Внутри её разума живёт божество. Кто-то из твоих братьев или сестёр.
Сиф вздрогнул.
– Я тебе уже говорил – я не хочу иметь дела с другими богами. Я просто хочу рыбачить.
– Какие сны? Ты имеешь в виду те видения, те, что видел тогда?
Сиф кивнул:
– Они не прекращаются.
– И что ты видишь?
– Я… я некий другой человек, и я внутри Ковчега. Только Ковчег плывёт в море, а не торчит посреди острова. И поначалу я был внутри косатки, или я был этой косаткой, но потом я просто мальчик. И там некая девочка по имени Лейла, и некая старая женщина, которую называют Каргой.
– Но, Сиф, это, должно быть, воспоминания. Это одна из твоих прошлых… жизней, ну или как это назвать. Та косатка была твоим Сосудом, а мальчик – одно из твоих прежних воплощений.
– Я знаю, что это воспоминания, – сказал Сиф, глядя себе под ноги. – Всё равно я их не хочу.
Элли отложила ложку и, замирая, поднялась, чудом не поскользнувшись на луже гуано.
– Но, может, если в следующий раз ты поподробнее запишешь…
– Я не хочу помнить, Элли, – промолвил Сиф, и в голосе его зазвенело раздражение. – И голоса эти я тоже не хочу слышать. Мне не важно, кем я был.
– Но как же твои братья и сёстры? – спросила Элли. Она никак не могла понять, почему он не желает вспомнить их – сама Элли сражалась из последних сил, чтобы вспомнить своего брата, и это спасло её жизнь.
– Мои братья и сёстры вон там, Элли. – Сиф указал за окно в сторону доков.
Элли прищурилась:
– Ты имеешь в виду… моряков?
– Да. Они не преследуют меня, и они не пытаются вынудить меня стать чем-то иным. Они просто позволяют мне быть собой.
Элли сделала шаг назад.
– Я не пытаюсь вынудить тебя стать ничем иным. Но… неужели ты не хочешь знать, кто ты на самом деле?
– Я знаю, кто я.
Элли отвернулась, чувствуя, что не в силах смотреть на него. Она почти жалела, что они больше не в море, где они были только вдвоём.
– Я… Я не знаю, кто я здесь, – проговорила она вполголоса. – Без всякого занятия.
– Тогда приходи работать со мной на корабле, – предложил Сиф. – Подумай, как это будет весело – мы будем всё время вместе.
Элли подумала о том первом вечере в баре, как моряки смеялись над ней. Её передёрнуло от стыда.
– Мне нужно быть полезной.
– Ты можешь быть полезной на рыболовецкой шхуне, – настаивал Сиф.
– Нет, это ты можешь быть полезным на рыболовецкой шхуне, – отрезала Элли. – Я просто буду путаться под ногами. И потом, вся команда тебя обожает. – Неожиданное жгучее чувство вскипело внутри неё. Глаза закололо от слёз. – Я хочу, чтобы Анна была здесь.
И едва эти слова вылетели, ей захотелось взять их обратно. Они наполнили комнату, омерзительные, как вонь от гуано. Сиф неотрывно смотрел в пол, наморщив лоб. Чувство вины мурашами побежало по шее, но Элли сжала кулаки.