Острая нить
Шрифт:
— Поехали-ка лучше своей дорогой, — предложила я своим спутникам, и они не стали спорить.
Мы вернулись на трассу. Машина пошла ровно и быстро.
Я стала соображать: почему на недавнюю аварию хоть и с опозданием, но среагировал мой узконаправленный «локатор»?
Вывод сделать было несложно: вихлявший по шоссе грузовик с известным теперь номером, очевидно, как-то связан с пропавшей машиной господина Некрасова. Я попыталась нарастить мощность своего «локатора», но безуспешно: то ли таинственный «КамАЗ» удрал слишком далеко, то ли на моих парапсихологических
…и неплохо бы сделать привал.
Я вгляделась в сгустившиеся сумерки — мы въехали в какой-то перелесок, да и солнце уже закатилось — и увидела невдалеке очередной пост ГАИ. Володя, будто читая мои мысли, стал притормаживать.
— Отдохнуть надо… Возражения есть?
Возражений не было, и мы остановились невдалеке от пункта поддержания правопорядка на дороге.
Проехали мы сегодня все-таки порядочно, и оголодала я уже основательно — представляю, как хотят есть мужики!
Володя занялся костерком, а мы с Алексеем стали готовить место для ужина, раскладывать провизию…
Не успела я пожалеть об оставленных дома удобствах, как в руках у Алексея оказалась двухлитровая пластиковая бутыль и мыльница.
— О! — обрадовалась я. — С МЫЛОМ рай и в шалаше!
— А то как же, — подтвердил довольный Лешка. — Мой руки, я полью…
Мы вымыли немало потрудившиеся за этот день лапы, а тем временем стараниями шофера Володи над костерком уже повис котелок с родниковой водой.
Но не успела наша троица как следует разместиться у костра, невдалеке послышались чьи-то неровные шаги, и вскоре в освещенный круг костра вошел, пошатываясь, «обугленный» младший лейтенант милиции. Бросив полосатый жезл и смахнув с головы фуражку, он брякнулся на землю и, пьяно ухмыляясь, начал:
— Здорово, мужики! Выпить не хотите?
— Спасибо, командир, мы за рулем, — ответил за всех Володя.
— Ну а закуска хоть найдется? — с некоторым разочарованием спросил гаишник, доставая откуда-то из-за пазухи полупустую бутылку водки.
— Сейчас организуем, — успокоил представителя власти Алексей, пододвигая к нему газету с провиантом. — Закусывай, лейтенант.
— Н-ну, б-будем, — вдруг начал заикаться милиционер и хорошенько отпил из горлышка.
Мирная беседа продолжалась еще некоторое время. Мы налили гостю чаю, он довольно скоро допил свою водку и, откинувшись, захрапел прямо на траве.
— Эх и трели пускает, аж завидно, — хмыкнул Володя и вопросительно посмотрел на нас с Лешкой: — Может, и нам покемарить до рассвета?
— Я не против, — потянувшись с хрустом, одобрил предложение Алексей. — Нет, серьезно: вон люди средь бела дня в кювете оказались, а мы? В потемках по трассе попремся?
Мне и самой не очень-то хотелось ехать ночью. Я ощущала какую-то неясную уверенность: мы никуда не опоздаем, а вот спешить именно сейчас не стоит… Но посмотрим, что скажут кости, если мы устроим большой привал?
Кости сказали: 7, 22, 32.
«Жизнь хочет погладить вас по голове. Не противьтесь ей».
Хорошо… А если поедем?
33, 17, 6.
«Голод и смерть могут прийти именно к вам».
Ну,
— Ночуем, ребята, — объявила я, и мужики заметно повеселели.
— Жаль, гитары нет, — мечтательно произнес Алексей. — Вот бы попели у костра…
— А без гитары нельзя? — осведомился Владимир.
— Без гитары — не то, — менторским тоном произнес умудренный жизнью Лешка. — Эх, сейчас бы в тайгу!
— Комаров кормить, — усмехнулся Володя.
— Да, комары там — с ладонь, — признался Алексей. — Зато и хариусы — с руку!
— А где это — «там»? — спросил наш любознательный водитель.
— В Чаре… Про БАМ слышал? Вот… я там три раза бывал. Красота! Поднимешься на сопку, найдешь снежник, банку сгущенки откроешь, молоко со снегом перемешаешь — ни одно мороженое и рядом не лежало! Эх! — Алексей только рукой махнул.
— А я в тайге на Кольском полуострове бывала, — вступила в разговор я, прихлебывая чай из большущей кружки. — Помнишь, Лешка, у Митяева — «Большой лохматый пес в промозглой Кандалакше»? — Алексей кивнул. — Мне, видать, с погодой повезло: летом туда приезжала, и жара там стояла — как сейчас. А ночи! В первый день приехали с родителями к дедушке с бабушкой, сели на кухне — и давай разговоры разговаривать… За окном Тютюшкина сопка маячит, светло, ясно — день, да и только… Глядь на часы — три часа ночи! — Я хлебнула еще чаю. — Сигов ловить ходили куда-то в погранзону… Они клевали как по расписанию: раз в час. И все ровные такие, по локоть длиной, один к одному…
— Может, споем все-таки? — спросил зачарованный нашими романтическими воспоминаниями Володя.
— Лейтенанта разбудим, — усмехнулся Алексей. — Да и спать пора, если на рассвете подняться решили… Ну что, отбой?
Мы кивнули и стали готовиться ко сну.
Несмотря на мои протесты, ребята все же заставили меня спать в кабине, а сами устроились кто на чем рядом с машиной.
Я удобно расположилась на лежаке, выставила биоэнергетических «часовых» и уснула сразу, как говорится, без задних ног.
Разбудил меня стук в дверцу и Лешкин голос:
— Вставай, принцесса на горошине! Поднимайтесь, ваше королевское высочество, вас ждут великие дела!
Я с неохотой открыла глаза и, жмурясь, выволоклась из машины в предрассветную серую тишь, проверила «часовых» — все было спокойно. Алексей бодро скомандовал:
— Умываться, живо! А потом мне польешь…
Я собралась с духом, поплескала холоднющей воды себе на лицо, утерлась предложенным моим заботливым другом полотенцем и почувствовала, что, как ни странно, выспалась: вернулся интерес к окружающему.
— А где же лейтенант? — спросила я, обозрев окрестности.
— Ночью умотал, — объяснил подошедший Володя. — Вон фурагу свою забыл и палку. — Он показал мне упомянутые трофеи и забросил их в кабину. — Пожуем по дороге?
— Умыться хоть дай! — проворчал Лешка. — Давай, Танюха!
Я поливала ему на широкую спину и мускулистые плечи, а он растирался ручищами, плескался и фыркал.
Закончив с Алексеем, я предложила свои услуги Володе, но он покачал головой:
— Спасибо, уже…