Ошибка ведьмака
Шрифт:
Но я не должен волноваться. Вдруг ведьма улыбнулась, и ее глаза перестали светиться. Холод во мне пошел на спад. Змеи перестали извиваться и превратились в черные волосы. Лицо красивой девушки расслабилось, и я посмотрел вниз на остроносые туфли, которые хорошо знал. Это была Алиса, и она мне улыбалась.
Но я не ответил на ее улыбку. Все, что я мог делать, это смотреть на нее в ужасе.
— Не унывай. Том, — сказал Алиса. — Они очень испугались и убежали. Ты в безопасности. Не о чем беспокоиться.
— Что ты сделала, Алиса? — сказал я, качая головой. — Я чувствовал
— Я не сделала ничего плохого, Том, — сказала она, кидаясь меня развязывать. — Остальные были напуганы, и это распространилось и на тебя, вот и все. Просто игра света.
Потрясенный, я отстранился от нее.
— Лунный свет показывает истину вещей, ты знаешь это, Алиса. Это одна из вещей, о которых ты мне рассказала при нашей первой встрече. Так что то, что я только что видел? Какая ты на самом деле? Видел ли я правду?
— Нет, Том, не будь глупым. Это ведь я, Алиса. Мы же друзья, не так ли? Разве ты не знаешь меня лучше других? Я спасала тебе жизнь много раз. Я спасала тебя от тьмы. Разве справедливо, что ты меня в таком обвиняешь? Не тогда, когда я только что спасла тебя снова. Где бы ты был сейчас без меня? Я скажу тебе — на пути к войне. ты никогда бы не вернулся.
— Если бы Ведьмак видел это, — я покачал головой.
Это было бы наверняка концом Алисы. Концом ее проживания с нами. Мой учитель, возможно, даже посадил бы ее в яму до конца ее дней. В конце концов, это то, что он делал с ведьмами, которые использовали темную магию.
— Давай, Том. Давай быстрее вернемся обратно в Чипенден. Холод начинает проникать в мои кости.
С этими словами она разрезала веревки, и мы направились назад к дому Ведьмака. Я нес мешок с тем, что осталось от провизии, и мы шли молча. Я до сих пор не был счастлив от того, что увидел.
На следующее утро, когда мы завтракали, я все еще беспокоился о том, что сделала Алиса.
Домовой Ведьмака приготовил наши блюда; он почти всегда оставался невидимым, но иногда принимал форму рыжего кота. Этим утром он приготовил мое любимое блюдо — бекон и яйца — но это было одно из худших, которое он когда-либо ставил на стол. Бекон был сожжен дотла, яйца плавали в жире. Иногда домовой готовил плохо, когда был расстроенным; это было видно, но оставалось несказанным. Я подумал, что он был обеспокоен тем же, что и я: Алисой.
— Прошлой ночью, когда ты пришла на поляну, ты напугала меня, Алиса. Очень меня напугала. Я думал. что нахожусь лицом к лицу со злобной ведьмой — одной из тех, которых я не встречал. Так ты выглядела. У тебя были на голове змеи вместо волос, и твое лицо было искажено ненавистью.
— Хватит ворчать на меня, Том. Это несправедливо. Дай мне доесть свой завтрак в спокойствии!
— Ворчать? Что ты сделала? Давай, расскажи мне!
— Ничего. Я ничего не сделала! Оставь меня в покое. Пожалуйста, Том. Мне становится плохо, когда ты так на меня наезжаешь.
— Мне больно, когда ты врешь, Алиса. Ты сделала что-то, и я хочу знать, что, — я сделал паузу, гнев заполыхал во мне, и слова выскользнули из моих
— Хорошо, я расскажу тебе правду, — воскликнула Алиса, слезы заблестели в ее глазах. — Что еще я могла сделать, Том? Где бы ты был сейчас, если бы я не пришла? Разве моя вина, что я тебя напугала? Это было направлено на них, а не на тебя.
— Что ты использовала, была ли это темная магия? Что-нибудь, чему тебя научила Костлявая Лиззи?
— Ничего особенного. Это похоже на наваждение. Оно называется Ужас. Вселяет в людей ужас, и делает так, что они убегают в страхе за свою жизнь. Большинство ведьм знают как это делать. Это работает, Том. Что в этом плохого? Ты свободен, и никто не пострадал, не так ли?
Наваждение это то, что ведьма использует, чтобы выглядеть моложе и красивее, чем она есть на самом деле, оно создает особую ауру, которая помогает ей связать мужчину своей волей. Это была темная магия, которую использовала Вюрмальд, когда она пыталась объединить кланы Пендла летом. Сейчас она была мертва, но были мертвы и люди, попавшие под власть наваждения, и это представляло большую угрозу. Если Ужас являлся другой версией этой темной магии, меня беспокоило, что Алиса может пользоваться такой властью. Это беспокоило меня до глубины души.
— Если Ведьмак узнает, он прогонит тебя, Алиса, — предупредил я ее. — Он никогда не поймет. Для него нет причин для использования темной магии.
— Тогда не рассказывай ему, Том. Ты же не хочешь, чтобы меня прогнали, так ведь?
— Конечно нет. Но я не могу ему врать.
— Тогда скажи, что я отвлекла их. Что ты убежал в суматохе. Недалеко от правды, не так ли?
Я кивнул, но был далек от счастья.
Ведьмак вернулся в тот же вечер, и, несмотря на чувство вины, я рассказал ему то, что сказал Алиса.
— Просто сделала много шума с безопасного расстояния, — добавила Алиса. — Они преследовали меня, но потом потеряли в темноте.
— Разве они не оставляют кого-то охранять, парень? — спросил мой учитель.
— Ноги и руки Тома были связаны, поэтому он не мог убежать. Я вернулась и освободила его.
— И куда они делись потом? — спросил он, почесывая свою бороду. — Вы уверены, что вас не преследовали?
— Они говорили о походе на вере, — сказал я ему. — Похоже, им надоела их работа и они дезертировали.
Ведьмак вздохнул.
— Это может быть правдой, парень. Но мы не можем позволить себе рискнуть еще раз. Почему ты спустился в деревню один? Разве ты ничего не чувствовал?
Мое лицо покраснело от гнева.
— Мне надоело сидеть без дела. Я могу позаботиться о себе сам!
— Но можешь ли сейчас? Не было много борьбы с солдатами, не так ли? — съязвил мой учитель. — Нет, я думаю настало время. Я должен отправить тебя к Биллу Аркрайту на шесть месяцев или больше. К тому же мои старые кости сейчас болят, и я не могу преподавать боевую подготовку. Билл — один из моих учеников. И это то, что тебе нужно! И если те солдаты вернутся, то ты должен быть отсюда подальше.