Орудья мрака
Шрифт:
— Мы останемся. Но где же Александр?
Краудер медленно заморгал.
— У меня есть название улицы в Лондоне, госпожа Уэстерман, однако я должен сказать вам, что сквайр знает обо мне нечто, чего вы не…
Повернувшись к нему, Харриет смерила анатома резким взглядом, но не успел он продолжить, как коронер занял свое место и откашлялся.
— Мы собрались здесь, чтобы расследовать смерть мисс Маделины Брэй; как представляется, в прошлую субботу она повесилась в старой
В дальнем углу зала народ хором вскрикнул и заохал.
— Она убита, черт подери! Повесилася, как же!
Харриет поглядела на Майклса — он приблизился, остановившись подле них, и теперь с пристальным вниманием смотрел на коронера. От окна донесся еще один брюзжащий голос:
— И Джошуа убили — только вчера. Или это мы тоже станем называть случайностью?
Толпа зароптала — все были согласны. Взгляд коронера заметался по залу, и он облизнул губы. Слово взял сквайр.
— Существует свидетельство, что и эта смерть приключилась по случайности, — заявил он, и толпа снова зароптала, — однако, прошу вас, мне необходима тишина. Джентльмены… и леди, — добавил он, кивнув в сторону Харриет и Рейчел, а затем, порывшись в бумагах и шмыгнув носом, продолжил: — Сожалею, что снова вижу вас здесь, госпожа Уэстерман.
Харриет слегка вспыхнула, не переставая смотреть прямо перед собой. Коронер откашлялся, и глаза его забегали. Харриет вообразила, как бы он выглядел, если бы она стянула с него парик и начала топтать его ногами. Вид коронера доставлял Харриет суровое удовлетворение, хотя она соблюла осмотрительность и не улыбнулась.
— Однако, с вашего позволения, мы собрались лишь для того, чтобы обсудить гибель сиделки Брэй, — с чопорным лицом продолжил коронер. — Давеча присяжные осмотрели тело в часовне замка Торнли. — Краудер, не поднимаясь со стула, демонстративно повернулся туда, где стоял сквайр, недвижимый, как и Майклс у противоположной стены. И встретился с ним взглядом. — И мы не обнаружили никаких подозрительных признаков.
Краудер поднялся со стула.
— Это вздор!
В толпе зашептались. Коронер помахал руками в воздухе.
— Господин Краудер, я прошу вас сесть! Здесь суд, действующий по нормам права.
Краудер по-прежнему стоял. У него в руке была трость; анатом ударил ее концом по каменному полу, и этот звук разнесся по залу, словно ружейный выстрел.
— А как же ее запястья? — решительно спросил он. — А как же следы веревки на ее запястьях? Неужели никому из вас это не показалось странным? А рана на коже ее головы?
Шум в помещении усилился до рева.
— Выслушайте его!
Краудер обратился к присяжным.
— Был ли с вами врач,
Размахивая руками, коронер старался утихомирить народ — многие люди поднялись и даже пытались пробраться вперед. Харриет заметила, как один знакомый ей фермер перекрестился.
— У нас не было времени призвать другого врача, господин Краудер, а вы, как мы посчитали… э-э-э… возможно, в некотором роде близки к этим событиям.
— Постыдитесь, черт побери! — закричал кто-то.
— Подлые делишки, скажу я вам, — огрызнулся другой голос.
Харриет обратила внимание, что на этот раз Майклс даже не пытался усмирить толпу.
— Расскажите нам об этих отметинах! — потребовал еще один голос. — Кто ее убил?
Один из присяжных, шаркая, шагнул вперед и обратился к народу:
— Мы не видели ее запястий — у нее на платье длинные рукава. А ее волосы выглядели довольно опрятно.
— Когда мы видели ее, все было иначе, — громко заметил Краудер. — Я предлагаю вам пойти и посмотреть еще раз. Разумеется, если это дознание не замышлялось как совершенный фарс.
Присяжный обернулся к своим коллегам и, увидев, что они кивают, с некоторой застенчивостью спросил:
— Может быть, вы пойдете и покажете нам все это, господин Краудер?
Однако не успел анатом ответить, как их прервал резкий голос коронера.
— Довольно, Эдвард Хеджес! Роль присяжного не предполагает обращение к собравшейся здесь публике.
В толпе снова послышались ворчание и проклятия. Господин Хеджес повернулся к коронеру с видом оскорбленной невинности:
— Я лишь сказал…
— Довольно, говорю я вам! Господин Краудер, прошу вас, садитесь. Суд не признает ваших доводов.
— Тогда к черту суд! — послышался крик из центра толпы.
Раздался смех, и даже Харриет улыбнулась. Она протянула руку Рейчел, обхватила ее ладонь и крепко прижала к своим коленям. Сквайр шагнул вперед; его лицо густо покраснело.
— Господин Краудер! По какому праву вы учите нас выполнять наш долг?
Майклс выпрямился. Повернувшись к сквайру, Краудер посмотрел на него поверх своего длинного носа.
— Я обучен анатомии и натурфилософии. Пусть я недавно живу в этом городке, однако при этом остаюсь заинтересованным подданным короля. Я охотно поделюсь с присяжными всеми знаниями, имеющимися в моем распоряжении. Мне представляется, что во время осмотра тела им не оказали должного содействия.
В толпе раздались одобрительные возгласы. Сквайр смерил анатома долгим взглядом, ожидая, пока толпа снова успокоится; лицо его стало почти черным — таким интенсивным был румянец на мясистых щеках.