Организм 2.0
Шрифт:
Еще раз осмотревшись, Долин направился к инженеру. Подняв кожух, вооружившись отверткой, тот копался во внутренностях самолета.
— Проверни винт, — велел инженер дежурившей рядом Кнопе.
Девушка послушно дернула за лопасть, и цилиндры головок пришли в движение. Раздался скрежет металла и скрип.
— Ну, твой вердикт? — подойдя, спросил Долин.
Савельев принялся постукивать отверткой по ладони.
— Все плохо. Движок надо перебирать. Весь проржавел и забился пылью.
— А этот как? — Долин указал на Цесну.
Савельев усмехнулся.
— Думаешь, он в лучшем состоянии?
— Значит, ищем другой аэродром, — констатировал Долин.
— Нафига? — Савельев похлопал по фюзеляжу Сокаты. — Эта машинка — не реактивный истребитель. В ней стоит обычный роторно — поршневой ДВС, разработанный еще в восьмидесятых. Короче, это как «девятка», только с крыльями. Я б сказал, он даже надежней «девятки». Если самолет заведется, а он должен завестись, он по — любому полетит. Состояние движка, конечно, так себе, но до Москвы мы дотянем. — Хохотнув, он уточнил: — Наверное.
Кашлянув, Долин вопросительно уставился на чересчур беззаботного парня.
— Ладно, слушай, — придав себе деловой вид, сказал Савельев. — Мы не найдем лучшей машины, чем эта. Самолет практически безотказный. Я б его, конечно, никогда не выпустил в полет без капитального ремонта, но… — Он сделал паузу, предлагая закончить фразу вместо себя.
— Некогда.
— Поэтому поступим так. Я его немного подлатаю, потом зальем горючку и проверим, заведется ли. Если заведется, будем пробовать взлететь. До Москвы три часа лета, за это время движки обычно не разваливаются.
— Сколько тебе надо времени?
Хмыкнув, Савельев присел на корточки и запустил руку в свой рюкзак.
— Косметический ремонт займет максимум полчаса. Потому что со мной лучший друг любого техника, — хохотнув, он поднялся и продемонстрировал два мотка изоленты, — изолента!
Шлепнув себя по лбу, Кнопа простонала:
— Мы точно убьемся.
— Расслабься, Катюха. Если бы ты знала, сколько техники в мире работает на изоленте, герметиках и проволочках, ты бы так не говорила.
Савельев провозился с движком около получаса. К счастью, все узлы двигателя оказались в порядке, а изолента ему понадобилась, чтобы восстановить электрику и залатать дырявый топливный шланг.
Закончив ремонт, он закрыл кожух и вместе со спутниками оттолкал самолет к цистерне. Отвинтил на крыле крышку бака и присоединил валяющийся на земле шланг к раструбу бака.
— Теперь, — он покосился на бензиновый генератор, подключенный к насосу, — или врубаем его или придется вычерпывать горючку кружками.
— А нету ничего потише? — поинтересовался
— Правильно решение, — похвалил его Савельев и обвел окружающие их поля рукой. — Никого ведь. Кстати, Леш, как думаешь, куда делись все мертвецы?
— Ушли в Москву, — буркнул Долин.
— Ага, смешно, — проворчал Савельев, немного побледнев. Схватившись за ручку, он дернул шнур стартера, и генератор, чихнув облачком черной сажи, затарахтел. В шланге зажурчало бегущее по нему топливо.
— Когда скажу, вырубай его! — крикнул инженер и забрался на крыло самолета. Подняв дверь, он запрыгнул в кресло пилота. Осмотрел приборную панель и перебрался на соседнее место.
Генератор продолжал тарахтеть еще пару минут, когда Кнопа осторожно дернула Долина за куртку. Снимая с плеча «Сайгу», она кивком указала на лес.
— На два часа.
Присмотревшись, Алексей увидел бегущего к ним протиста. Среди деревьев мелькало еще множества теней.
До контакта с ними оставалось не больше минуты.
— Вася! — крикнул Долин.
Инженер не ответил. Уставившись на приборную панель, он осматривал индикаторы, тумблеры и торчащие из панели ручки. Его губы беззвучно шевелились.
— Савельев! — рявкнул Долин.
— Чо?! — наконец поднял взгляд инженер и увидел, как его спутники готовят к бою оружие. Спав с лица, он ткнул в кнопку зажигания. Двигатель заурчал, пропеллер пополз в сторону и тут же замер.
Выругавшись, Савельев снова вдавил кнопку. Ничего не произошло.
Задергавшись, инженер стукнул по приборной панели и прокричал:
— Да заводись, мать твою!
Он вдавил кнопку со всей силы, едва не утопив ее в панели. Пропеллер шевельнулся, но снова замер.
Окончательно запаниковав, Савельев принялся щелкать всеми тумблерами подряд.
К этому моменту стало ясно, что протистов никак не меньше полусотни, и первому оставалось пробежать до аэродрома каких-то полкилометра. Отбиться от такой толпы невозможно, единственный шанс спастись — завести самолет.
— Успокойся и подумай! — рявкнул Долин.
Савельев грохнул кулаком по приборной панели и поморщился от пронзившей руку боли. Впрочем, это пошло на пользу — боль отрезвила его.
— Подача топлива! — осенило инженера, и он, впившись глазами в приборную панель, начал искать нужную пиктограмму. Найдя, вскрикнул от радости и снова вдавил кнопку стартера — двигатель не завелся. Вспомнив кое-что еще, инженер залепил сам себе звонкую пощечину. — Нет, вспомни последовательность… Леша, отсоединяй шланг и закрывай бак! Катька, забирайся в салон! Сейчас полетим!