Опасные леди
Шрифт:
– Вы ничего не забыли? – спросила Джесс, когда он ставил перед ней порцию салата.
Не взглянув на нее, он пробормотал: – Анчоусы… Я просил их не класть анчоусы, я их терпеть не могу. Но вам этот салат без анчоусов, возможно, не понравится и…
– Я не анчоусы имею в виду, – прервала его Джесс, удивляясь, с чего это он вдруг так забеспокоился о каких-то анчоусах.
А он, казалось, находился за много миль отсюда, возможно, вспоминал какой-то другой ужин, с другой женщиной, той, например, которая не дождалась его сегодня на свидание.
– Я хотела сказать, не забыли ли вы представиться? – Она бодро улыбнулась, опасаясь, что он утратит интерес к ней на этой ранней стадии. – Уж раз мы начали…
– Да, конечно, имя, – пробормотал он рассеянно, поправляя и без того аккуратно разложенные официантом приборы. – Меня зовут… Оливером. Я… Хм… Я возглавляю одну из компьютерных корпораций… В Англии.
– Ох, а какую именно? – оживленно спросила Джесс. – Я их все знаю. Кстати, мы добрые друзья с Уильямом Уэббером. Вы знаете фирму Уэббера? Только не говорите мне, что вы его конкурент.
Засмеявшись, она энергично приступила к салату. Потом искоса взглянула на него, верит ли он в ее искренность. Лицо его теперь стало как бы еще более напряженным.
Джесс набила рот латуком, посыпанным стружками пармезана, а сама настороженно затаилась. Ее вдруг обеспокоило собственное опрометчивое заявление о дружеских отношениях с компьютерным магнатом, о котором этот Оливер, несомненно, слышали ли даже, что еще хуже, знаком с ним настолько хорошо, что его постоянно включают в список гостей, приглашаемых Уэббером на Рождество.
– Ну… Не… Мы с ним не совсем, конечно, близкие друзья, просто я так сказала… – начала она мямлить.
Оливер откашлялся и прервал ее.
– Конечно, я слышал о нем, но не стану утверждать, что мы с ним конкуренты, кратко ответил он и, взяв бутылку калифорнийского шардонэ, наполнил ее бокал. Затем вдруг улыбнулся и тепло предложил: Давайте отложим все дела в сторону, лучше поговорим о нас. Вам не кажется, что сама судьба свела нас сегодня вечером?
Джесс осторожно поднесла к губам наполненный до краев бокал и, сделав пару глотков, поставила его на стол. Мысленно она поблагодарила гостеприимного хозяина за то, что он свернул тему, затрагивающую Уильяма Уэббера, и все мысли сконцентрировала на нем самом, на Оливере. С таким обаятельным мужчиной легко забыть обо всех делах. Он нравился ей, открыто выказывал свой интерес к ней, да и вино оказалось превосходным.
– Судьба? Что вы хотите этим сказать? – спросила она почти шепотом.
– Судьба явилась в виде своенравного бананового коктейля. Очень романтично. Если мы действительно полюбим друг друга, то потом, спустя много лет, будем рассказывать своим внукам о том, как мы познакомились, и посмеемся вместе с ними. Весьма причудливый способ знакомиться, вы не находите?
Сердце Джесс забилось, как крылья недавно оперившегося птенца, впервые вылетающего из гнезда. Как быстро он перенесся из этого вечера в будущее, где у них уже есть внуки. Брак с этим человеком может оказаться хорошим союзом двух умов, не говоря уж о сексуальном единении, которое, как ей казалось, должно быть удачным. Впрочем, все это, возможно, последствия адской смеси бренди, мартини и вина, фатальный коктейль, навеявший на нее дурман несбыточных грез. Ах, in vino veritas, истина в вине.
И когда он через стол дотянулся до ее руки и нежно прикоснулся к ней теплыми, соблазняющими губами, Джесс показалось, что она падает с большой высоты, и это ощущение чрезвычайно ее развеселило.
– Я нахожу вас просто восхитительной, Джессика Лемберт, – проговорил он, отпуская ее руку: – Вы лучшее, что я нашел здесь, в Нью-Йорке, в этот приезд. Когда вы собираетесь возвращаться в Англию?
– Я…
Ей вовсе не хотелось возвращаться, во всяком случае, не сейчас. Не хотелось также признаваться, что она как последняя идиотка опоздала на самолет и теперь дожидается, когда ей сообщат о возможности вылета другим рейсом. «Конкорд» может произвести на него впечатление, но это ничего не значит. Если он предложит ей задержаться на несколько дней в Нью-Йорке, она с радостью согласится.
– А когда вы возвращаетесь? – мягко ответила она вопросом на вопрос, давая ему возможность подсказать ей следующий шаг.
Он посмотрел на нее несколько удивленно и слегка пожал плечами.
– Меня сейчас это мало волнует. Думаю, судьба сама подскажет, что теперь делать. А как вы относитесь к судьбе, Джессика?
Последовала пауза, во время которой Джесс мечтательно обдумывала услышанное. Она понимала его все лучше и чувствовала, что их соединяет нечто очень сильное. Пока она непривычно долго для себя обдумывала ответ, ибо ей не хотелось сказать что-то невпопад, он встал, с неизменно томным выражением красивых серых глаз обошел стол и, взяв ее за руку, заставил подняться. Затем, нежно обняв, поцеловал в губы, отчего Джесс испытала восхитительное ощущение, голова ее слегка закружилась, и сознание поплыло куда-то за пределы…
Она даже не знала, что так бывает. Все отдалилось, остался только этот поцелуй, такой нежный, проникновенный и сокровенный.
Наконец Оливер отвел с ее лица прядку волос и тихо сказал:
– Вы не ответили на мой вопрос.
За всю свою жизнь Джесс не могла припомнить ничего подобного. Она смотрела на него, чувствуя себя в этот момент чуть лине помешанной. Силы небесные, Джессика Лемберт – помешанная! Она еще могла представить, что похожее переживала бы ее сестра, умудрившаяся в сутолоке городской жизни сохранить свою наивность и уязвимость. Но она-то, она сама, Джесс, всегда считала себя выдержанной и умудренной жизненным опытом.
Оно тихо засмеялся.
– Вы кажетесь слегка ошеломленной.
Я польщен. – Его руки соскользнули с ее плеч к талии, и он сильнее прижал ее к себе. – Я повторю вопрос. Как вы относитесь к судьбе, мисс Джессика Лемберт?
Она понимала, что вопрос таит в себе больше, чем сказано. На самом деле он пытается выяснить, согласна ли она на развитие отношений, желает ли она этого. Наверное, это и действительно судьба: одно неосторожное движение, от которого содержимое ее стакана выплеснулось на него, ввергло Джесс в притягательный мир этого человека. Они едва успели познакомиться, но ощущение такое, что они знали друг друга всегда, и это действительно похоже на судьбу. Следовать своим инстинктам было одним из сильных качеств Джесс. Иногда, правда, в ней проявлялось нечто, скорее подходящее ее пугливой сестре, служа как бы предостережением. Но Эбби здесь сейчас нет, некому поучать ее, а потому она вольна следовать зову своего сердца. Джесс верила, что у нее есть на это право, и лишь этим правом она и намерена руководствоваться.
Подняв руки, она охватила ладонями его красивое лицо. К черту все дела и заботы! В этом суровом мире не так уж много удовольствий, а появление в ее жизни такого человека сулило много радостей.
– Я редко, Оливер, теряюсь в выборе слов, но, может быть, это и есть ответ на все ваши вопросы.
Она приблизила к нему губы, и он встретил их новым поцелуем, по целуем страстным, магнетическая сила которого пронзила ее насквозь.
Он искусно приоткрыл ее губы, отчего Джесс пришла в сильное возбуждение, а когда его рука проскользнула за отворот халата и коснулась ее груди, она поняла, что назад дороги нет. Ее сердце все разрешало ей. Она знала, что хочет его, а он хочет ее. И время их жизни потекло медленно, совсем как банановый дайкири.