Опасные леди
Шрифт:
– Сногсшибательна; – ответил Уильям и положил трубку.
Несколько минут он сидел, нахмурившись и пытаясь увидеть все происходящее в перспективе. Платить шантажистке шло вразрез со всеми его принципами, но он опасался, что заплатить все же придется.
Заплатите, или я предложу эту информацию другим компьютерным компаниям, — будто наяву слышал он голос этой Лемберт, которого на самом деле никогда не слышал. у нее есть копии, готовые к употреблению в сделках. Оливер молодец, что не выпустил ее в Париж. Сама ли она это сработала? Если так, то Оливер заблуждается насчет ее невинности. Если она достаточно опытна, чтобы
Тяжело вздохнув, он встал и запустил пальцы в шевелюру. Здесь, всего в нескольких футах от него, находится еще одна опасная леди. Опасная для его сердца. Он никогда не встречал никого, похожего на нее. Дикая и буйная, она одним своим присутствием возбуждает все его мужские инстинкты. Не нравится ему все это. Но по каким-то ему самому непонятным причинам он продолжал удерживать ее возле себя. Он подозревал, что она сознательно интригует его, но так трудно устоять, так хочется узнать ее всю, ее мысли, тело, и это стало для него сейчас самым главным.
Прежде чем выйти к ней в гостиную, Уильям выдвинул ящик прикроватного столика и достал оттуда вечернюю сумочку. В то время как его гостья принимала душ, администратор вернул пропажу. Сумочку нашли на полу, под стойкой бара, возле того места, где сидела незнакомка. Большие чаевые и уверенность, что молодая леди пришла в бар для встречи с мистером Уэббером, убедили гостиничного детектива, что он спокойно может передать ему найденную сумочку, причем даже позволил себе при этом понимающе подмигнуть. А он сам? Что сделал он? Наверное, потому, что незнакомка так очаровала его и он так хотел задержать ее у себя подольше, он и спрятал сумочку, сказав ей о мнимой краже.
Уильям Уэббер положил сумочку обратно и запер ящик столика, ненавидя себя за столь подлый и жалкий трюк. Такие уловки совсем не в его характере. Обычно женщины не способны были вынудить его на такое, но тут совсем иной случай. Да, она весьма опасна для его сердца, но хорошо уже то, что не опасна для его бизнеса, для дела всей его жизни. Его братец Оливер вынужден иметь дело с женщиной, несущей именно такую, вторую, опасность. В сравнении в этим его, Уильяма, трудности – ничто.
Заставив себя собраться и сделав глубокий вдох, он открыл дверь спальни и вышел в гостиную, к леди, столь неожиданно ворвавшейся в его жизнь в этот нелепый вечер.
ГЛАВА 4
– Уверяю, Джессика, вам здесь ничто не грозит. Босс в отъезде, а когда узнает о случившемся, несомненно, одобрит все мои действия, – убеждал Оливер свою гостью. – Он будет рад, что я предложил вам приют на ночь. Утром первым делом выясним, как быстрее доставить вас в Париж. Первым делом!
Эбби молча кивнула и переступила порог роскошной гостиной уэбберовского загородного особняка, расположенного где-то в Кенте. Где именно, она не знала. Последние несколько часов были худшими в ее жизни. Она все еще не могла поверить, что все это происходит с ней. Но факт заключается в том, что она не в Париже, а здесь, в доме Уильяма Уэббера. Нет, это настоящий кошмар!
– Утром первым делом станет ясно, что слишком поздно, – отрезала она. У меня не остается никаких шансов успеть на условленную встречу. Если бы вы не оказались таким идиотски неопытным шофером, я сейчас уже была бы в Париже!
– Ах вот как вы теперь изволите говорить СО мной, – сказал он с легкой
– у меня есть веские основания для того, чтобы злиться, – разгоряченно выпалила она. – Вы поджидали моего выхода из аэропорта с таким самодовольным видом, что я начала думать, вы все это нарочно подстроили.
– Я бы не назвал это самодовольством, – возразил он. – Полагаю, это была озабоченность. Я решил подождать на тот случай, если вы не успеете, и страшно огорчился за вас, увидев, что так и случилось.
– А потом вы предложили отвезти меня в Дувр, к паромной пристани, и…
– Да я бы и в Париж вас отвез, если бы все складывалось так, как мы задумали, прервал он ее.
– Вот именно! Если бы вы опять не заблудились! – уже почти кричала на него, сверкая глазами, Эбби. – И после этого вы еще удивляетесь, что я отказалась обсуждать ваши бредовые идеи? Единственное, что могу сказать: я не верю вам. Да, я подозреваю, вы нарочно все так подстроили, чтобы затащить меня в дом своего босса!
От страха у Эбби душа ушла в пятки, когда после всех этих долгих и бестолковых автомобильных блужданий он втащил свой лимузин в охраняемые ворота, после чего целую милю они ехали к великолепному особняку. Раньше, до того как поняла, что он безнадежно заблудился, она еще раз пыталась протестовать, но он выключил переговорное устройство, как делал всегда, когда болтовня пассажиров мешала ему исполнять водительские обязанности. Несколько раз, когда он останавливался у светофоров, она пыталась покинуть лимузин, но безуспешно. Чертов автомобиль, просто Форт Нокс [5] какой-то, все пути к спасению отрезаны. Если бы она совсем не знала его, то серьезно подумала бы, что это киднеппинг. Впрочем, она действительно не знала его и с ужасом начала понимать это слишком поздно… Но какие у него могут быть причины для ее похищения? Нет, она ничего не могла понять. Ничего.
5
Место хранения американского золотого запаса.
Потом, когда они подъехали, Оливер сказал, что это поместье Уильяма Уэббера, и непринужденно спросил, почему бы ей не переночевать в его доме, после чего взял багаж и ее саму за руку, втащил сюда и предложил ей чувствовать себя как дома. Эбби в себя не могла прийти от такого нахальства. С его боссом наверняка случится удар, когда он узнает, что позволяет себе шофер в отсутствие хозяина.
– Нет уж, я бы никогда не согласилась, чтобы вы везли меня в Париж, – продолжала бушевать она. Но вдруг почувствовала такую слабость и изнеможение, что ей захотелось лечь где попало и проспать неделю.
Сейчас она полулежала в кресле, и у нее не осталось сил даже на то, чтобы злиться. Вот уже пятнадцать минут она сидит здесь, в гостиной, одна, поскольку Оливер, извинившись, куда-то удалился – то ли звонить по телефону, то ли ставить чайник, то ли еще что…
Но вот он вернулся, пересек комнату, подошел к креслу, присел на его ручку и начал легонько массировать ей плечи.
– Вы были такой несчастной, когда вышли из аэровокзала, – сказал он тихо. Это все моя вина, я понимаю. Потому и не мог не предложить отвезти вас к парому. Но, к несчастью, мы потеряли дорогу в Дувр, и это опять моя вина. Позже я возьму карту наших мест и посмотрю точно, где я ошибся, а утром первым делом довезу вас до места. Вы почувствуете себя гораздо лучше, если хорошенько выспитесь.