Опалы для Нефертити
Шрифт:
Наконец он закончил. Его лицо, покрытое крупными каплями пота, было непроницаемым, словно маска, грубо вырубленная из красной эвкалиптовой древесины.
— Ну, Бурамара? — спросил Том. — Что ты узнал нового?
Но тот словно не слышал Риджера. Он прошел мимо Тома, пригибаясь, крадучись, словно обнюхивая следы.
— Он похож на лягавую, делающую стойку, — засмеялся инспектор. — Только вместо куропатки не наткнуться бы ему на буйвола.
Крум покачал головой.
— Бурамара не ошибается. И ты так же ему веришь, как и я.
— В
Ветер внезапно усилился: кукабурра и в этот раз не ошиблась. Из раскаленной пустыни пахнуло жаром, как из открытой печи. В воздухе заклубилось облачко пыли.
— Земля Австралии летит к морю, — шутливо заметил Крум.
Он не договорил, потому что подошел Бурамара, еще более мрачный.
— Это был не дикарь! — промолвил он тихо, но решительно.
Крум снова уловил в его голосе знакомую боль.
— Его убил белый человек!
Том засмеялся угрожающе, как на допросах арестантов.
— С тобой что-то происходит, Бурамара! Ты не приложился к бутылке? У белых людей есть револьверы и ружья, а не копья.
Чернокожий промолчал, приученный сносить унижения.
Ветер усилился. Красноватое облако медленно надвигалось с востока, заслоняя солнце. Песчаная пыль проникала в глаза, в горло. Нарастала угрожающая песня песков, поднимались черные смерчи.
— Давай-ка двигаться обратно! — предложил Том Риджер, растирая воспаленные от пыли глаза. — В «Сити» разберемся.
Крум возразил:
— Лучше еще несколько минут побудем здесь! Проверим выводы Бурамары. После бури следов не останется.
Следопыт не дал ему договорить.
— Я готов! — сказал он.
Крум одобрительно взглянул на него. Том также кивнул головой, сжав губы в решительную складку.
Бурамара начал:
— Убийца попытался замести следы, словно зачеркивал строчки в книге. Но Бурамара разобрал написанное.
Он не смотрел белым в глаза. Лишь капли пота стали крупнее, то ли от напряжения, то ли от жары.
— Скорпиончик шел быстро, — продолжал следопыт. — Шаг широкий, песок отброшен далеко назад. Здесь он остановился и стоял вот так!
Бурамара принял позу человека, ожидающего нападения, и вытащил пистолет. И в дальнейшем он показывал каждое описываемое действие.
— Убийца бежал. Следы носков обуви глубже. Когда он увидел направленный на него пистолет, остановился. Поднял руки. При этом тело давит на переднюю часть ступни, и там отпечатки глубже. Они заговорили. Убийца опустил руки и приблизился. Скорпиончик спрятал пистолет. Оба сели вот на этот камень. Убийца был тяжелее. Он стер больше пыли с камня. Закурили. Вот пепел и один окурок. Потом встали. Между ними произошла ссора. Следы наступают друг на друга, и они то мельче, то глубже.
Том пошутил:
— Жалко, что он не европеец. А то сочинял бы чудесные сценарии для детективных фильмов.
Крум, полностью доверявший следопыту, в этот раз
А следопыт, ничего не замечая, продолжал рассказ, словно и взаправду читал следственное дело, подкрепленное показаниями свидетелей и признанием обвиняемого:
— Тогда убийца выстрелил в грудь Скорпиончику. Скорпиончик упал лицом вниз. Вот кровь, присыпанная землей. Убийца перевернул его на спину, чтобы обыскать. Взял то, что ему было надо. Потом разулся и пошел босиком. Сделал копье из ветки акации и воткнул в спину, в рану от пули. Потоптался, чтобы оставить побольше отпечатков босых ног, и попробовал замести старые следы метелкой из веток, но не смог. Только человек, который видит следы, может их замести. Когда он их не видит, то лишь разбрасывает песок.
Крум прервал его:
— Ты уверен, что следы босых ног оставил не абориген?
— У чернокожих ступня шире. И большой палец отставлен дальше. Они ходят по раскаленной земле спокойно, а белый семенил и ковылял. Потом побежал на восток, вон до той скалы, а оттуда двинулся на запад, ступая по камням в надежде, что на них не остаются следы. Он дошел до места, где оставил обувь, обулся и пошел дальше на запад.
Том Риджер молчал, уставившись в землю. Когда следопыт закончил, он спросил его:
— Бурамара, самое важное из того, что ты сказал, это то, что Скорпиончик был убит пулей, а не копьем. Докажи, что преступление совершил не дикарь.
— Докажу! — сквозь стиснутые зубы произнес Бурамара. — Идемте!
Он подвел их к трупу.
— Смотрите! Одежда вокруг раны опалена и все еще пахнет порохом.
Двое полицейских размышляли. Том Риджер положил руку на плечо Бурамары.
— Остается, чтобы ты сказал, кто его убил?
Тогда Бурамара поднял голову.
— Ты! — произнес он глухо, но решительно. Том Риджер, овладев собой, ледяным голосом произнес:
— Бурамара, у меня нет времени на плоские шутки. Если ты знаешь что-нибудь, говори! Или молчи!
— Я знаю, что убийца — ты! Ты обул ботинки Гарри. Но ты тяжелее его и ступаешь на внешнюю сторону ступни. Я знаю и след твоей босой ноги. Знаю, как «дикари» делают копья. Знаю, какую марку сигарет куришь ты и какую Плешивый. Нашел я и гильзу от твоего пистолета. Знаю, что боек твоего пистолета не всегда точно бьет по капсюлю. А кроме всего, твои глаза сейчас говорят, что я прав.
Опомнившись от удивления, Крум Димов стиснул зубы. Первой его мыслью было: «Эх, Бурамара! Зачем ты усложняешь мне жизнь?» Но потом в нем пробудилось гражданское сознание. Напротив него стоял убийца. Крум потянулся к оружию. Но Том Риджер, который давно ожидал этого момента, опередил его.
— Не шевелись! — крикнул он, направляя на Крума свой пистолет. — Давай объяснимся.
Пораженный неожиданным открытием, Крум вымолвил:
— Какие могут быть объяснения! Я должен тебя арестовать!