Оно вершится…

Уокер Джонатан

– Кто сгорит, а кто потеряет веру?

– Ага.

– Нет. Пусть все идет своим чередом.

– Вот бы они удивились, если бы слышали наш разговор.

– Мне кажется, друид о многом догадывается.

– Сохраним его для Мерготроев?

– Еще на тысячу лет? Не уверен. Я бы его уже в другом мире возродил.

– Можно и возродить. А потом вернуть сюда.

– Как вариант. Я к нему привык, славный старик.

– Я все хотел спросить: а что у Эйрвона был за вопрос про его родителей? Он разве не родной сын Таи и Ланса?

– Родной.

Просто многим в детстве кажется, что они приемные, а у него это ощущение наложилось на проклятие. Вот его и переклинило. К тому же в Эйрвоне сильно проявилась кровь прабабки, она родом из Химерики.

– Там же правда была история, когда Абракадабр принес его с вывихнутой ногой?

– Да, он с горки катался и шлепнулся. Друид его подобрал, принес домой. Тут у лучника фантазии и начались.

– Паранойя чистой воды?

– Ну да. А сейчас он обрел настоящее имя и про историю с усыновлением забыл.

– Может, еще вспомнит?

– Посмотрим. Ты бы видел, какое у старика было лицо, когда лучник про настоящих родителей спросил.

– Да. Абракадабр молодец. Понял, что ничего не понимает, и отложил разговор, напустил загадочности.

Ящерицы замолчали, потому как рядом показались защитники Света. Друид вел отряд по петляющей тропе, которая проходила мимо камня, на котором грелись хвостатые собеседники. Когда Абракадабр поравнялся с лежбищем ящериц, он внимательно посмотрел на земноводных, а потом подмигнул им. Две пары янтарных глаз даже не дрогнули, полностью проигнорировав приветствие друида. Когда процессия скрылась за поворотом, разговор возобновился.

– Он нас узнал, что ли?

– Как?

– Может, потому что мы единственные живые твари во всех Средних Землях, кроме участников? Другие-то еще не восстановились после всплытия. Вон деревья только шуметь начинают.

– Точно. Как мы могли так засветиться?

– Твоя была идея. Надо было кустами прикинуться.

– Молодец, вовремя догадался.

– Может, подкинуть Абракадабру лягушку или еще кого, чтобы он засомневался?

– Нет. Он все поймет, а мы еще больше опозоримся. Что сделано, то сделано.

– Вот хитрый дедок!

– Не говори.

Ящерицы помахали языками в воздухе и, быстро перебирая лапками, устремились вверх по тропинке. Алая Звезда пульсировала, словно предупреждая обитателей Эйлории о скором свершении Пророчества.

* * *

Зигмунд лежал на спине в сугробе. Сложив руки на груди, король глядел в безоблачное небо широко распахнутыми глазами. Рядом с ним стояли орки, Эммануил и Кричер. Макушка горы, на которой оказалась компания, дрожала. Подъем Средних Земель с океанского дна продолжался.

Снег не был холодным. По крайней мере, Зигмунд холода не чувствовал. Вообще, атмосфера вокруг царила странная, словно горную вершину поместили в огромную комнату. Совершенно отсутствовало ощущение нахождения на открытом воздухе. Ветра не было, и стояла такая тишина, будто

окна и двери этой воображаемой комнаты были плотно закрыты. Зигмунд молчал, вторя окружающему миру. Он не издал ни единого звука, когда Эммануил (тоже, кстати, молча) привязал коней к обломку перил моста и жестом приказал оркам поднять короля на руки и нести в пещеру. Владыка Мурляндии вдруг четко осознал: что бы он сейчас ни сделал, все окажется совершенно напрасным. Зигмунд закрыл глаза.

Свет померк, очевидно оставшись за пределами пещеры. И тут Зигмунд вновь начал видеть, хотя век не размыкал. Он глядел сверху на собственное тело, мерно качавшееся в ритме шагов орков. Бледное, обескровленное лицо в обрамлении черных волос. Сложенные на груди руки, волочащийся по полу плащ. Даже борода, обычно дерзко торчащая, поникла, прижавшись к подбородку. Грустное зрелище пустого сосуда, еще недавно полного жизни и самых рискованных планов на будущее.

Разглядев самого себя, Зигмунд обнаружил, что не висит в воздухе бесплотным духом, а достаточно уверенно идет вместе со всеми сквозь пещеру. Король не просто покинул прежнее туловище, а переселился в Гема. Зигмунд мысленно затаился, сосредоточив внимание на новой оболочке.

Тем временем Абракадабр продолжал уверенно топать по тропинке, увлекая спутников к подножию величественной горы. Теперь, когда все достаточно навертелись головами, изучая новый старый материк, пришло время вопросов.

– Это Средние Земли, – объяснял друид, попыхивая трубкой. – Я возродил их на время битвы. Сейчас они приходят в себя, если так можно выразиться. Животных, птиц и прочих обитателей, что не пожелали покинуть дома во время затопления континента, пока не видно, они появятся чуть позже. Также пока отсутствуют погодно-климатические показатели.

– Как же зверюшки остались, ведь тогда они должны были… э-э-э… утонуть? – удивился Эйбус.

– Дело в том, что затопление было отчасти иллюзорным. На самом деле Средние Земли просто переехали в другой мир.

– К демонам?

– Нет, зачем к демонам? Кроме нашего мира и мира Драгомора, существует еще великое множество обитаемых пространств. В данном случае Средние Земли были перемещены в так называемый Архивный Предел. Что-то вроде нейтральной территории, где оказываются различные составляющие, по каким-то причинам удаленные из собственных миров.

– А почему их выгоняют? – поинтересовался Эйрвон.

– Поводы самые разные, – пожал плечами Абракадабр. – Средние Земли были источником неприятностей, здесь постоянно рождались или воспитывались участники глобальных конфликтов. Есть земли, которые просто перестают вписываться в тот мир, в котором находятся.

– Вроде аппендицита? – предположил лучник.

– Да, – хмыкнул друид. – Весьма удачное сравнение.

– Это когда в животе семечка застревает и приходят лекари со всякими лезвиями и крючками? – поежился Рагнар.