Он + она = катастрофа

Таар Яна

Они вышли на улицу. У подъезда красочно ругался водитель Карлеонисов. Разворачиваясь в тесном дворике, он умудрился пробить колесо у джипа, и теперь ему предстояло менять камеру. Аня стояла под козырьком подъезда, съёжившись от холода и страха. На пятом этаже увлечённо дрались соседи, их крики очень развлекали временных обитателей двора. Время от времени сверху раздавался грохот и треск, скандалисты швырялись друг в друга вещами, попавшими под горячую руку. Неожиданно раздался звон разбитого стекла. Из окна на пятом этаже вылетел тёмный предмет и с приятным свистом врезался в капот джипа. Осколки лобового стекла веером брызнули в сторону мафиози. Карлеонисы, закаленные невзгодами, привычно

распластались по земле. Аня с ошалелым видом уставилась на лежащих братьях, не осознавая причины массового падения. Тёмным предметом оказалась стандартная двухкилограммовая гантель под серийным номером 79-ОП.

— Дебилы, вам крандец! — скулил разобиженный водитель, прыгая вокруг автомобиля.

Карлеонисы, прилёгшие в самую глубокую лужу двора, с претензией уставились на Аню.

— Нас предупреждали… ты, катастрофа ходячая, мухой в машину!

— При чём тут я?

— Ба-алин, Андрис, я ее сейчас отметелю!

— За что?!

— Позже, — отмахнулся Андрис. — Теперь о главном: надо, чтобы братишка и думать забыл о тебе. Ты должна ему опротиветь. Покажи свою жадность и глупость, да поубедительнее.

— Пожалуюсь на тебя Валдису.

— Не пожалуешься. Помни, девицы со шрамами на лице вызывают у него отвращение. Он любит красивых куколок.

Спустя неполный час вымытые и переодетые бандиты привезли взъерошенную Аню на свидание в ресторан. Андрис взял её под руку и провёл в зал. Они подошли к столику, где сидел равнодушный младшенький в окружении разбитных женских особей.

— Подруги, дружно встали и ушли! Пока ножками, — выгнал Андрис девиц.

Потом произошла маленькая потасовка из-за пальто. Янис снимал его с Ани, а девица отчаянно сопротивлялась. Когда Карлеонисы узрели ее полинялую рубаху в клеточку, они заржали в полный голос.

— Мечтаю увидеть спрятанное под ней бОгатство, — давился Янис.

— Трикотажные панталоны?

— Обижаешь. Там трусы из чистого хлопка! — Янис резко дёрнул за подол, лишив рубаху пары пуговиц. — Чего уставилась? Работай!

— Валдис! — нервно вскрикнула Аня.

— Кого я слышу? Сплю, наверное, — ответил парень, не глядя в её сторону.

— Да, повернись, ты! Мне ещё пожить хочется.

— Пф-ф! Что с тобой приключилось на этот раз? — Валдис поставил бокал и сфокусировав на девице усталый взгляд. — Снова украли? Кто бы это мог быть? Симпатичный, кстати, х-халатик.

— У меня много врагов …если хочешь, могу снять.

Валдис несколько опешил:

— Здесь?

Аня кивнула и покосилась на выжидающих Карлеонисов.

— Угу. Стриптиз. Только, если сниму, купишь мне китайские часики со стразами? Да? И малиновые брючки из дерматина. Я их в переходе видела.

Она подмигнула Андрису. Мафиози морщился и качал головой.

— Потанцуем?

Аня потянула упирающегося Валдиса к эстраде.

— Расскажу тебе о моих заветных желаниях.

Преданно заглядывая в глаза и старательно изгибаясь, она нашёптывала студенту, что тот факт, что он из семейки Карлеонисов, поразил её в самое сердце. Но теперь она готова рука об руку пройтись с ним по дороге жизни, собирая на её обочинах материальные ценности в виде тряпок и мехов. После танца, Аня первая подбежала к столику и отодвинула любимому стул. Её подобострастие перед мафиозным кланом возрастало в геометрической прогрессии. Она заботливо пододвинула избраннику тарелку, подала вилку, расправила на мужских коленях салфетку. Посидела мгновение, собираясь с духом, и с воплем «Э-э, пошла, родимая!» хватила водки прямо из графина, после чего замерла в характерной позе тушканчика.

Валдис, отрезвевший от смехотворности происходящего, искоса поглядывал на застывшую подругу, ожидая

развёртывания шоу. Спустя пять минут, Аня очнулась и нетвердой рукой полезла в сумочку. Она достала помаду глубокого бордового цвета, долго и старательно красила губы. Справившись, поднялась со стула и отправилась к музыкантам. Пошептавшись с гитаристом, спряталась за барабаны ударника. Установка пару раз вздрогнула, из-за неё вылезла полураздетая Аня. Клетчатая рубаха трогательно прижата руками, незатейливо камуфлируя грудь и то, что ниже.

Заиграла музыка. Аня, покачиваясь, медленно возвращалась к столику, сосредоточенно сминая рубаху. Когда она подошла к Валдису, резко отбросила клетчатый комок в сторону, оставшись в атласной комбинации кофейного цвета, в прозрачных чулках с сердечками и кружевными подвязками, в трусиках того же тона и бежевых замшевых сапогах, собранных на икрах мягкими складками.

Лишь со второй попытки Аня забралась на широкий подоконник. Валдис уронил вилку, Андрис подвигал челюстью. Музыканты играли «Владимирский централ», столь полюбившийся ей за последние четыре дня. Покачиваясь на шпильках, Аня попыталась в танце изобразить свою жадность и глупость. Народ одобрительно зашумел. В конце представления девица решила пошалить и перепрыгнула с окна на чужой стол, где порадовала хозяев парой-тройкой движений из рок-н-ролла. При этом она удивительно метко сбивала бутылки сапогами, зрители едва успевали уклоняться, но одна угодила точно в цель — в живот Янису, десятью сантиметрами ниже пояса. Ушибленный мафиози взвыл и скатился на пол.

Под бурные аплодисменты Валдис стащил Аню с чужого стола и на руках понёс к выходу. Она жизнерадостно трепыхалась и распевала: «…колечки и помада — всё, что девчонке надо!»

С отбытием скандальной парочки в зале установилась относительная тишина. Янис полулежал на стуле и выглядел очень несчастным. Андрис завороженно таращился на подоконник, где чуть ранее отплясывала ненормальная танцорка. В это же время их младший брат запихивал подругу и пальто в такси, желая быстрее доставить разбушевавшуюся стриптизершу домой. В поездке он забрал у Ани сумочку и нашел там ключи. Чуть позже завел в квартиру, помог раздеться и втолкнул буянку под холодный душ. Отрезвевшая девица была завернута в полотенце и отнесена в спальню. Там ее по-братски запихнули под одеяло. После дежурных манипуляций в душе, Валдис забрался в постель к Ане, обнял подушку и уснул.

Среди ночи они пробудились и некоторое время переругивались шепотом. В праведном гневе Аня задела соседа рукой, он поймал ладонь и поцеловал запястье, потом выше. Ему понравилось, он стал целовать её глаза, лицо, губы, ударными темпами добрался до груди и совсем потерял голову. Она возмущалась, смеялась, решительно отталкивала наглеца: было очень приятно. Аня укусила его за плечо, Валдис зарычал, и …они вышли на уровень близких отношений.

Утром, касаясь ее губ, он заявил:

— Я подарю тебе дерматиновые часики и брюки, которые ты вчера вымогала.

— Все-таки заработала.

— Хочешь получить что-то посерьёзнее, отбей чечётку на кухонном столе, и я подумаю о вознаграждении.

— Размечтался. Вспоминай то, что видел, второго шанса эта фирма не предоставляет. Вообще, когда встану, начну собирать чемоданы.

— Как? Мы уже едем? Ничего себе погулял.

— Гулял ты недолго. Но мне придётся исчезнуть из квартиры на какое-то время. Твои заботливые братья идут по следу.

— Поподробнее о заботливых братьях.

— Не прикидывайся, будто не знаешь. Я не подхожу на роль твоей девушки, плохо влияю на порядочного студента, потому что глупая и жадная. Андрис велел отпугнуть тебя алчностью. По-моему, я перестаралась. Сердишься?