Он + она = катастрофа
Шрифт:
— Где чулок? — спросила Аня.
Инна скривилась и прихлебнула из вазы.
— Треш! Появился тут один, плюгавый. Пф-ф, вырвал из руки туалетный предмет. Нет, предмет туалета …моего. Проклятый извращенец! — взмахнула кулачищем. — Фирменный гардероб разворовал! Бежал от меня зигзагами и нес дичь про лук: «Сколько лука поместиться!» Куда поместится? Меня остановил шест. Я влепилась в него, и псих убежал с сувениром.
Из соседнего зала прибежала взволнованная Лена.
— Где вы бродите? Сейчас начнется мужской стриптиз, пошевеливайтесь. Нас ждут
— Мачо?!
Инна рванулась вперед. В пути она закончила с лошадиным коктейлем и приготовилась к решительным действиям. Заметив боевой настой, Аня и Лена усадили ее в центр, а сами расположились по обе стороны, чтобы контролировать.
Стриптиз начинался красиво. На сверкающий подиум выбежали два невысоких, но накачанных парня и под удалой ковбойский мотивчик принялись скидывать символическую замшевую одежку. Женщины в зале одобрительно закричали. Встрепенувшаяся Инна пожелала встать и переговорить с соблазнителями: они ей понравились, но она их не различала, а потому пусть мальчики тянут жребий. Подняться с места ей не позволили: Аня и Лена тяжелыми гирями зависли на богатырских руках.
Веселые ковбои ни о чем не подозревали и спокойно разоблачались под музыку. Остаток одежды в виде черных бантиков на трогательно-голых шейках сильно возбудил Инну. Ей захотелось прижать ребят к материнской груди.
— Ку-ку, детки! А-я-яй!
Ковбои проследили, откуда исходит прекрасный голос, и вздрогнули. Они невольно отшатнулись от края подиума и плотнее прижались друг к другу, бросая настороженные взгляды на разгоряченную девицу. Забыв про музыку, ковбои попытались двигаться быстрее. Они механически прыгали по сцене, прикрыв причинное место шляпами, и, как обычно, попятились к выходу.
Неожиданно Инна вырвалась из-под опеки подруг и метнулась к танцорам. Разоблаченные танцоры побежали к дверям, обгоняя друг друга на поворотах. У дверей гримерки ковбои организовали второй за этот день затор, чем и воспользовалась любвеобильная мадам. Она сгребла сладкую парочку и поволокла трофеи в темное помещение. Женихи чертыхались и вопили, бултыхая в воздухе мускулистыми ножками, а девица удовлетворенно квохтала:
— Бесстыдники! Соблазнили горячую женщину. Быстро женитесь!
Охранники с трудом выволокли из гримерки вконец распоясавшуюся Инну. Хмельная девица упорствовала. Она захватила в заложники самого мелкого стриптизера и требовала приватного танца на столе. Бедолага нервничал, просил выдать ему штаны, деньги и трудовую книжку, где черным по белому написано, что он — скромный официант, а маньячка его с кем-то перепутала.
Дальше были извинения, расходы и хлопоты. Аня даже позвонила одному из новых знакомых, и он уладил неприятности, но гостьям предложили немедленно покинуть стены заведения.
— Охрана нас запомнила и больше не пустит, — вздыхала Лена, заталкивая утихомирившуюся Инну в салон такси. — Вела бы себя прилично…
— Не завидуй, — буркнула отрезвевшая скандалистка.
— Кому я это говорю.
Аня вела себя как-то странно. Она смотрела в окно на мелькающие огненные
— Что смешного? — не выдержала подруга.
— Когда я лежала сегодня с Дмитрием, он обозвал меня Коровьевым.
— С кем это ты лежала и где? — вытаращилась Лена.
— С Дмитрием Александровичем. Клиент наш. Неважно. Мы лежали под столом, куда нас отправила Инка. Кстати, подруга, — Аня толкнула локтем Инну, — он обозвал тебя Бегемотом.
Бегемот осознал всю глубину своего падения и горько простонал в ответ.
— Она — не бегемот, а бегемотиха, сбежавшая из зоопарка. Почему ты — Коровьев? Персонаж Булгакова — тощий, клетчатый тип мужского полу с пакостной физиономией. Не вижу ничего общего.
— Пакостная я.
В два часа ночи они подъехали к дому, где жила Аня. Войдя в прихожую, она, в который раз за вечер, вытащила мобильник и просмотрела сообщения. Ничего. Валдис по-прежнему отмалчивался. В дверь позвонили. Торопливо и настойчиво. Обычно так звонит Лена.
— Растеряща, — пробурчала Аня. — Если ты снова запихнула свои ключи в мою сумку, то я…
Резко распахнув дверь, застыла в удивлении. На пороге, набычившись, плечом к плечу стояли два мужика зверского вида, явно не славяне.
— Что вы хоте… — успела произнести Аня и оказалась на лестнице.
ГЛАВА 7
Не обращая внимания на отчаянные протесты, ее поволокли вниз и грубо запихнули в заляпанную грязью иномарку. Автомобиль ринулся в темноту. От удивления похищенная умолкла и призадумалась. Вырисовывалась неутешительная картина: ее украли местные бандиты, отвесив пару тумаков за что-то ранее совершенное. Уфф! За последние дни она столько всего наворотила, что при любом раскладе, добром такое не заканчится.
— Ой! — вскрикнула Аня, дотрагиваясь до припухшей скулы. — Кто вы такие? — добавив дрожи в голосе, почти проплакала она.
На нее даже не обратили внимания.
— По-русски понимаете? — разозлилась Аня. — Может, вы грузины? Афганцы? Цыгане, азербайджанцы, турки? Похожи на турок. Давайте говорить по-турецки. Какое там самое распространенное слово? Джейран!
Автомобиль резко затормозил на пустынной дороге. Один «турок» пересел с переднего места назад к Ане, и машина продолжила путь. Похититель бесцеремонно усадил девушку себе на колени и противно ухмыльнулся. Она же ударилась в панику. В голове роились обрывки иноземных фраз, одну из которых она в отчаянии выдала:
— Ес сирум эм кез! — и нежно ткнула «турка» пальцем под ребро.
Он весь заерзал, буквально скинул её с колен и позвал водителя. Тот недовольно оглянулся и похитители заговорили между собой на высоких тонах. Хитрая девица, точно болванчик, поворачивала голову к тому, кто говорил, что ещё более нервировало мужиков.
— Понимаю, — влезла она в пламенный разговор. — Мой шурин родом из Сухуми. Строгий человек, но правильный и меня очень любит. Живет в Москве, но здесь у него много друзей и земляков. За меня прирежут любого!