Омут

Елена Кутузова

От обиды выступили слезы. Захотелось побить кого-нибудь, или хотя бы садануть кулаком в стену. Но – нельзя.

Чтобы отвлечься и сбросить злость, Денис снова включил компьютер. Гасить русалок, пиявок и прочую водяную нечисть – вот что ему сейчас требовалось!

Парочку мелких бесов он разметал по берегу. С болотницами пришлось повозиться, а кикимора… Кикимора сидела на камне и хихикала, выставив перед собой веретено.

Под ногами чавкнуло. Денис вдруг понял, что больше не сидит за компьютером, а стоит по колено в болоте.

Вокруг застыли узловатые

деревья. Туман обволакивал их давно засохшие остовы призрачной плотью, превращая в костлявые руки. Они тянулись вверх, словно желая сорвать луну с неба. А та пряталась в перистые облака и не торопилась смотреть в разлившееся по земле болотное зеркало.

– Кха-кха… – кашель напоминал то ли кряхтение, то ли скрип сухостоя. – Кха-кха… Кручу-верчу, запутать хочу…

Кикимора что-то схватила в воздухе, привязала к веретену. Оно закружилось, зажужжало, как надоедливый комар. Туман вытягивался тонкой нитью, наматывался невесомым коконом, а когда он стал очень толстым, кикимора снова засмеялась и кинула веретено в Дениса. Оно поскакало по воде, отталкиваясь острым кончиком. След расходился едва заметными кольцами. Полупрозрачная нить тянулась и тянулась, накидывала петлю за петлей на окружающее пространство…

– Обещанный, обещанный… Нам с тобой завещанный… – разносился по болоту шепот. Эхо подхватывало шипящие, и вскоре стало казаться, что вокруг одни змеи. Денис закрыл уши руками, но шепот проникал под ладони, тонкими буравчиками ввинчивался в мозг. Спастись от него было невозможно.

А нитка тем временем захлестнула шею, натянулась…

Не выдержав, Денис что есть силы пнул ближайшую кувшинку – смерть от пиявок казалась не такой мучительной. Цветок взорвался черным дымом. Он заклубился, собираясь в колышущуюся фигуру с крючковатыми пальцами. Они вцепились в плечо и с силой тряхнули.

– Эй, ты что, спишь? – вернул в реальность папин голос.

Денис открыл глаза. И тут же нашел жуткому сну объяснение: заснул, неловко повернув голову. Шея затекла, отсюда и боль. А остальное… Да просто мозг перерабатывал информацию. Мечты о рыбалке и игра смешались в жутковатый сон.

– Да, пап. Заснул, – Денис размял шею. Похоже, надо сделать в игре перерыв на пару дней. Слишком уж яркими были видения.

Попросив папу выключить свет, он нырнул под одеяло. И провалился в темноту. В этот раз снов не было.

Утро разбудило гомоном ребятни за окном – выстроившись по парам, карапузы деловито топали за воспитателями. Видно, их повели на какое-то мероприятие.

Детский щебет и яркое солнце прогнали ночную хмарь, и Денис решил сходить в бассейн, а потом встретиться с ребятами.

Тело привычно вспарывало прозрачную воду. Бело-синие квадратики кафеля теряли очертания, складываясь в подвижную мозаику. Людские голоса рождали эхо, но оно было знакомым и даже приятным.

Тренировка окончательно выбила из мозгов остатки вчерашней дури. Денис устало вытянулся на пуфике в холле спорткомплекса и вышел в сеть.

Благодушное настроение тут же испарилось: необходимость отпрашиваться на рыбалку отпала, не пустили почти никого.

Еще

через полчаса погрустневшая компания сидела на фуд-корте торгового центра и поглощала гамбургеры, хот-доги и чипсы. Разговор вертелся вокруг несправедливости мира. Разве это правильно – запрещать все подряд?

– То нельзя, се нельзя… А как же самостоятельность? О каком уважении к личности можно говорить? – разглагольствовал Славка. – Ну, ничего, осталось год потерпеть! Тогда пусть попробуют позапрещать!

Денис промолчал. О том, что у родителей найдется рычаг давления и после восемнадцатилетия, он не сомневался. От избыточной опеки могла спасти только армия. Или вуз в другом городе. И то, если поступит и найдет подработку. Иначе…

Но посиделки подняли настроение. Домой он вернулся, почти забыв о неприятностях. Включил компьютер и вдруг понял, что совсем не хочет запускать «Водяного». Потерять интерес к игре, которую не прошел и наполовину? Такого еще не было.

Ну ничего, развлечений много. Но ни одна из игр не грузилась. Даже проверенная временем безотказная стратегия. Не хватало еще, чтобы компьютер накрылся. Но остальные функции работали исправно.

– Вирус, что ли?

Скачав лечащую утилиту, Денис поставил компьютер на проверку и огляделся, не зная, чем себя занять. Сходил на кухню, сделала бутерброд… Помыл тарелку… Позависал в чате. И когда наконец услышал сигнал окончания проверки, кинулся к компьютеру, как утопающий к спасательному кругу.

"Вирусов не обнаружено".

Денис пощелкал мышкой. Все работало отлично: быстро, четко. Все, кроме игр. Единственное, что запустилось – встроенный пасьянс.

– Что за чертовщина…

Наверное, нужно было позвонить Славе, был у того разбирающийся в технике приятель, но звук открывающейся двери заставил Дениса выскочить в коридор. Вернулись родители. Одновременно. Такого он давно не помнил и на всякий случай посмотрел на часы.

– Рановато вы…

– Ну, извини. Обратно не пойдем, – папа кинул борсетку на тумбочку и приобнял Дениса за плечи. – Пойдем на кухню, есть новости.

Минут через десять Денис ошарашенно переводил взгляд с мамы на папу.

Это какая-то шутка. Такого не может быть!

– Ты серьезно?

– Еще как!

У папы было отличное настроение. Денис понимал, почему: еще вчера сокрушался, что не может съездить на малую родину, в какое-то село Речное, а сегодня получил направление в те края.

– Пап, ты-то в командировку едешь. А я? Что я там буду делать?

– Отдыхать! У меня будут выходные. Мы съездим в Речное, порыбачим… Знаешь, какая там рыбалка? Щуки – во! А судаки! Ты же сам хотел!

Денис вздохнул. Ну как объяснить, что проводить время в компании приятелей – это одно, а со взрослыми – совсем другое. Нет, семейные вылазки на природу он тоже любил. Папа обязательно учил чему-то интересному: как разжечь костер из мокрых дров, как процедить воду, какие грибы можно собирать, а какие лучше даже не трогать. Какую рыбу, на что и когда ловить… А мама переставала ворчать и предоставляла своим «мальчикам» полную свободу.