Олигарх-подкаблучник
Шрифт:
Но тут мысли Киры спутала Лида, которая желала знать, как у подруг продвигаются дела с расследованием смерти Сары. И вышли ли они уже на след убийцы, который это сделал.
— Тебе Леночка растрепала, что мы его ищем?
— Почему растрепала? Вы не говорили ей, что это тайна.
— Никак наше расследование пока не продвигается.
— То есть?
— Ищем.
Лида выглядела разочарованной. Интересная девушка, она что, хотела, чтобы подруги ей убийцу из рукава вынули? Раз, два, три! Оп-ля-ля! Извольте познакомиться!
Чтобы
— Есть у тебя телефон твоего бывшего Жени? Или хотя бы скажи, как его можно найти.
Оказалось, что про своего бывшего Лида знала до смешного мало. Она не знала его домашнего телефона и никогда не была у него дома. Знала только, что он из обеспеченной семьи. Почти такой же, как и ее собственная семья. В принципе, из них с Женей могла бы сложиться идеальная пара. Объединение двух состояний и все такое.
И Лидочка, будучи девушкой практичной и не желающей, подобно Ленке, идти замуж за голодранца, рассматривала Женю именно как своего потенциального жениха. Но Женя оказался совершенно пустоголовым кадром. И Лида это просекла очень быстро. Отцовское состояние его интересовало только с той стороны, чтобы запустить в него хваткую ручонку. Ни о каком приумножении богатства он ничего и слышать не желал.
— У моего отца столько бабок, что хватит на десять моих и его жизней, — говорил он. — И не будь папаша таким отчаянным скупердяем, насколько легче мне бы жилось!
Но отец Жени упорно настаивал на том, чтобы сын получил образование. И стал прилежно трудиться у него в фирме. До этого было еще далеко. В смысле, до трудиться. Пока что Женя в каждом институте удерживался от силы два семестра, а потом его отчисляли за кошмарную неуспеваемость. Были варианты, когда Женя сам заявлял отцу, что он в этом институте учиться не будет, ему там неинтересно. Он, мол, уже присмотрел себе другой вуз.
— В общем-то, может быть, и хорошо, что у нас с ним ничего не получилось, — закончила свой рассказ Лида. — Что за муж получился бы из такого легкомысленного человека? Стоило деньгам попасть к нему в руки, он их мигом спускал. Просто какой-то агрегат по уничтожению накоплений!
У Лиды был только сотовый телефон Жени. Его она и дала подругам.
— И последний вопрос. Как вы познакомились с Женей?
Вот тут-то глаза у Лиды очень уж подозрительно забегали.
— Вас кто-то познакомил?
— Никто! — отрезала Лида.
— Как же тогда?
— Очень просто. Я шла по улице, а он ехал на своей машине. Увидел меня и остановился, чтобы познакомиться.
— Так и познакомились?
— Да.
— И ты стала встречаться с парнем, про которого знала только номер его мобильника? И то, что у него богатенький папа?
— И что тут такого?
— А вдруг бы он оказался маньяком? Или бандитом?
— Нет.
В голосе Лиды звучала такая твердая уверенность, что подруги насторожились. Что-то она слишком уверена в этом своем Жене. Может быть, у
— Ничего я не знаю. Но он не маньяк — это точно! И вообще, вам уже пора. У меня еще дела есть на вечер. А вам в таком виде лучше по улицам не разгуливать. Мороз для поврежденной кожи не самое лучшее лекарство.
В принципе, она была права. Но подруги, выйдя от Лиды, все же предприняли попытку дозвониться до Жени. А потом и до Гоги. Но обе попытки провалились. Абоненты были все время недоступны. То ли сменили телефоны, то ли просто их отключили, то ли находились где-то за тридевять земель. Но в любом случае связаться с ними не представлялось никакой возможности.
На сегодня дел у подруг больше никаких не было. Оставалось только прояснить вопрос с тем самым любовником Леночки, который, прознав о беременности девушки, ее просто-напросто бросил. Может быть, его тоже звали Жекой или что-нибудь в этом духе?
— Нет. Это другой. Леночка рассказывала, что ее любовник был уже в возрасте. И имел взрослую дочь.
— Тогда мимо. Но все равно, кто он такой? Этот Леночкин хахаль?
Этот вопрос мучил подруг просто так, без всякой связи с их расследованием. Потому что приплести бывшего любовника Леночки к краже сумок они при всей своей бурной фантазии не могли.
— Но могу сказать: если дело не в нужной позарез преступнику вещи, которая находилась в одной из сумочек, тогда дело в самой Леночке.
— Почему в ней?
— Потому что все пострадавшие девушки дружили с Леночкой. Она являлась связующим звеном между ними. Больше ничего общего у девчонок не было.
— Они же дружили!
— Только потому, что Леночка их познакомила.
Но как узнать, что у Леночки на душе? Или хотя бы кто ее любовник? Ведь не спросишь же прямо! Она скажет: с какой стати вы интересуетесь? Это только мое личное дело. И будет совершенно права.
— Интересно, а Кирюша в курсе, что в животе у Леночки совсем даже и не его ребенок?
— Думаю, нет. Мужчин в таких делах очень легко провести.
— Но когда ребенок родится, он может понять, что его обманули!
— Тогда будет уже поздно.
— Это раньше было поздно. А сейчас можно сделать генетическую экспертизу.
— Только с согласия матери. А если она против, то отцом будет считаться Кирюша. Он муж, ребенок родился в законном браке, значит, ребенок его, и говорить тут не о чем!
— Так что поедем к Леночке! Будем ее пугать, что все знаем про ее ребенка и расскажем об этом Кирюше. Так?
— Это гнусно! И мы пока что не доказали, что Леночка причастна к краже этих сумочек.
— Если не она, то кто-то из очень близкого ее окружения.
Но обсудить это подруги не успели. Потому что Леночка позвонила им сама.
— Долго жить будешь! — обрадовалась Кира. — Только что тебя вспоминали!
Однако Леночка не отреагировала. Вместо этого она сказала:
— Приезжайте ко мне!