Окрыленные
Шрифт:
Но это срабатывало с ними.
Совсем недавно это помогло ей.
К тому же я уже перепробовал все возможное. Более ста часов в кресле у тату мастера, прыжки с парашютом, бейсджампинг, банджи-джампинг, дельтапланеризм. Вы только назовёте, а я уже пробовал это. И хотя все это на короткое время давало мне необходимое, при возращении все чувствовалось так чертовски отстойно. Я ненавидел каждую минуту нормальности. Должно было существовать что-то большее. Лучшее было скрыто в тени.
Я застонал.
И закатил глаза на мысли, кружившиеся
Я бросил окурок на землю и потушил его своим ботинком. А когда наклонился, чтобы поднять его, увидел пару туфель, которые должно быть стоили целое состояние.
Какого черта она тут делает?
Она не должна тут находиться, несмотря на то, как сильно я втайне надеялся на ее возвращение.
Направился в ее сторону и позволил себе глазами пройтись по ее ногам, но возможные новые повреждения были скрыты длинным, черным платьем.
— Ну вот, мы снова встретились, — сказал я, вытащив новую сигарету из потайного кармана своего рюкзака.
Она прижала очки к своему носу и заявила очевидное.
— У тебя есть пальто.
— Да. Мой врач вынудил меня носить его после того, как я еле оправился от приступа гипотермии прошлой ночью.
Улыбка тронула ее губы, накрашенные красной помадой. Она была чертовски великолепна, по крайне мере, от носа и ниже. Кто знал, что она скрывала за этим глупым париком и очками. Или, еще лучше, почему, черт возьми, она думала, что нуждалась в них. Солнцезащитные очки еще ладно. Но парик? Что она прятала?
— Гипотермия. Ха! Ты самый бесхарактерный полуэскимос, которого я когда-либо встречала, — сказала она, заставив меня улыбнуться в ответ.
— Это, наверное, правда. — Я зажег сигарету, но она начала отмахиваться от дыма, поэтому мне пришлось прикрыть ее руками, чтобы дым пошел в другую сторону.
Она собрала волосы парика в хвост и перекинула их через плечо.
— Но поскольку я больше ни одного не знаю, то ты выглядишь самым жестким.
— Удивительный. Победитель по умолчанию, — ухмыльнулся я. — Я учту это.
— Что ты делаешь здесь сегодня? — спросила она рассеянно.
— Любуюсь видом, — затянулся я.
— Я тоже, — прошептала она. — Эй, могу закурить?
Мои брови взметнулись вверх от удивления.
— Я думал, ты рассталась с раком легких? — я вытащил сигареты из кармана, предложив ей.
— У каждого бывает связь на одну ночь с бывшими.
Я рассмеялся, когда она взяла пачку из моих рук, но тут же замолчал, когда она метнула ее с моста.
— Какого хрена? — закричал я.
Она вздрогнула, повторив мое ругательство, когда поток ветра поймал пачку сигарет и поднял ее обратно вверх. Она пролетела над ее головой и приземлилась на дорогу позади нас. С презрительной усмешкой я наблюдал за тем, как многочисленные автомобили уничтожали ее.
— Ну, я думала, что это сработает, — сказала она, расправив свое
— Примечание для себя: дизайнерские туфельки не любит связи на одну ночь, — проинформировал я свою последнюю сигарету, зажатую между пальцами.
Она хихикнула, тем самым обратив мое внимание на себя.
Я закусил губу, когда заметил, что у нее сполз парик, обнажив кучерявые, каштановые волосы, спрятанные под ним.
— Что? — спросила она, прочитав выражение моего лица.
Я поднял руку, захотев пригладить ее торчавшие волосы, но быстро отбросил эту идею в сторону.
— Эм…просто, — указал рукой на ее голову, едва удержав сигарету губами.
— Твои, гм… корни уже видны.
Ее лицо побледнело, руки быстро потянулись к парику, но прикрыть волосы не получилось.
— Ты не видел этого.
— Чего не видел? — спросил я с самодовольным видом.
— Не смотри на меня так, — отрезала она, нервно оглянувшись вокруг и посмотрев, заметил ли кто-нибудь еще, что у нее сполз парик.
— Как это так? — спросил я, прикинувшись дурачком. Мои легкие были полностью заполнены никотином, поэтому я отчаянно пытался не выдохнуть дым и не засмеяться.
— Ах, черт возьми. Да засмейся ты уже!
Это был переломный момент, и я покатился в истерическом хохоте. Потом наклонился, попеременно кашляя и смеясь, она сердито смотрела на меня, но ее губы дернулись в улыбке, тем самым раскрыв свои эмоции. Она хорошо боролась, но, в конце концов, проиграла свое сражение и присоединилась ко мне, снова попытавшись поправить парик.
К тому времени как мы оба успокоились, моя последняя сигарета уже сгорела. Я направил окурок в ее сторону и посмотрел туда, где посреди дороги лежала моя изуродованная пачка.
— Это было нехорошо.
— Все для тебя, — съязвила она и провела ухоженными ногтями по помаде, обратив мое внимание на свой рот.
Черт. Я сглотнул, пробежал глазами по ее телу, прокляв холод в воздухе, который вынудил прикрывать каждый изгиб. От ее дорогих солнечных очков до дизайнерской одежды, все подчеркивало, что она была из высшего общества, но резкий контраст с ее манерой поведения заинтересовал меня сильнее. Я являлся хорошим парнем, строго заинтересованным в ее психологическом благополучии, и не было ничего плохого в том, что я пару дополнительных минут рассматривал ее, втайне надеясь на какой-нибудь конфуз с ее одеждой.
Ну ты даешь! Возжелал девушку в тяжелое для нее время!
Когда я вернул взгляд к ее очкам, то обнаружил, что она смотрит на меня с понимающей ухмылкой.
Нужно было отвлечься.
— Я надеюсь, ты гордишься собой. Теперь я умру от никотиновой ломки. Я курил так долго, что когда попытался бросить курить в первый раз, то был госпитализирован на неделю. Мое сердце не выдержало, я дважды кодировался.
Я не мог видеть ее глаза, но брови взметнулись вверх от удивления.
— Быть такого не может, — прошептала она.