Окрыленные
Шрифт:
Хотя бы не мусорил.
— Ничего себе. У татуированного сталкера есть чувство юмора! — в ответ поумничала я.
Он улыбнулся, вытащил очередную сигарету из кармана, и прежде чем поднес ее к губам, выдал.
— Ты судишь меня по татуировкам? Я оскорблен. — Сказал он страдальческим голосом и рассмеялся, затем поднял зажигалку повыше и в очередной раз сразился с ветром за дозу никотина.
Я хотела уйти, но он не ошибался насчет того, что у меня есть совесть. Я волновалась, что, возможно, сегодня ночью он закончит свои многочисленные визиты к мосту. В гневе направилась обратно к нему,
— Ты правда собираешься прыгнуть? — спросила я.
Когда он сосредоточился на воде, его улыбка пропала.
— Нет, мне бы не хватило смелости сделать что-то подобное. Разговор с тобой не был криком о помощи или чем-то подобным. Просто сегодня вечером ты выглядишь хуже, чем обычно, — его взгляд скользнул вниз к моей ушибленной ноге.
— Ох! — воскликнула я, поняв. — Это не то, что ты думаешь. Я просто упала с лестницы.
Он приподнял брови, не поверив.
— Я серьезно!
— Уверен, что это так, — сказал он в никуда. — Ты можешь идти. Со мной все хорошо.
Мне стоило бы уйти, но по какой-то причине, я закуталась в пальто плотнее и обняла себя за плечи. Мы молча стояли, пока он докуривал сигарету.
После последней затяжки он бросил окурок через перила моста.
Видимо, он все-таки мусорит.
— Нужно вызвать полицию, пока он не решил вообще прикончить тебя, — сказал он, повернувшись ко мне с серьезным лицом.
— Кто? — спросила я, увидев, как окурок подает за металлическую колону, а затем взрывается на миллион разных искр, прежде чем окончательно исчезнуть в воде.
Повезло же сигарете.
— Лестница… или какой-то другой неодушевленный предмет, обвиненный тобой в причинении синяков, ты еще и прячешься за очками в час ночи. Нужно позвонить в полицию, прежде чем… — его голос затих, но темный взгляд был прикован ко мне. Он словно впивался в мои скрытые глаза, все это в сочетании с дождем и ветром послало холодную волну мурашек вниз по моему позвоночнику.
Я нашла момент и тайно его оценила. Он был безумно сексуальным, но не похож на мужчин, к которым я привыкла. Его подбородок был, можно сказать, обросшим, таким, от вида которого женщины потеряли бы голову, но скорее всего он не платил четыреста долларов своему парикмахеру, чтобы тот привел его бороду в порядок. Судя по его растрепанным, каштановым волосам, которые просто молили меня провести руками по ним, я даже не уверена, был ли у него вообще парикмахер. Он на несколько дюймов выше меня, хотя я носила каблуки, поэтому его рост приблизительно 185 см. Его предплечья покрывали татуировки, а плечи были хорошо выделены, но его тело не было перекачено так, будто он проводил много часов в тренажерном зале. От него исходила аура плохиша, и я ожидала, что он был самовлюбленным засранцем.
Хотя он не был таким.
Он производил впечатление обычного парня, который беспокоился о благополучии обычной девушки.
Только он ошибался, поэтому меня пронзило чувство вины.
Но не настолько сильное, чтобы я поправила его предположения обо мне.
Очень осторожно я пыталась отложить свои страхи, чтобы хотя бы немного
— Я обещаю, что это не то, что ты думаешь.
— Хорошо, — ответил он, оставшись при своем мнении. Кивнул сам себе, прежде чем достать очередную сигарету из кармана.
Я наблюдала, как он пару секунд опять боролся с ветром, затем подошла и перекрыла поток воздуха своим телом.
Зажав сигарету между прямыми, белыми зубами, он улыбнулся мне дьявольской улыбкой.
— Спасибо, — сказал он, встряхнул пепел и выпустил струйку дыма.
— Тебе стоит бросить курить.
— Принято к сведению, — он шумно выдохнул через нос.
Мы повернулись, чтобы молча посмотреть за перила моста. Знакомые огни небоскребов Сан-Франциско танцевали вокруг нас. Туристы и местные жители проходили мимо, но я чувствовала себя рядом с ним уютно, что было странно и невероятно.
Когда мои зубы начали стучать, он обратил на меня свое внимание.
— Я здесь не для того, чтобы прыгать. Ты действительно можешь идти.
Я кивнула, но не ушла.
Он усмехнулся, скрестил руки на груди и потер бицепс в попытке согреться.
— Как ты еще не замерз? — спросила я, впервые с момента нашей встречи присмотревшись к его хенли.
Пожав плечами, он опустил сигарету и, наклонившись, ответил:
— Толстая кожа? Я привык к этому? Я часто здесь бываю? Я наполовину эскимос?
— Замерз, ага? — посмотрела я на него подозрительно.
— Черт, задубел, — признался он, попытавшись прикрыть себя руками от ветра. — Я просто пришел сюда покурить. Потом увидел тебя. Давай, будь леди, одолжи мужчине одежду, — пошутил он, дернув за край моего пальто.
Я рассмеялась, обняв себя еще крепче и выйдя из зоны его досягаемости.
— Как насчет того, чтобы просто уйти? Тогда никто из нас не должен будет беспокоиться друг за друга, замерз он до смерти или нет.
— Звучит как идеальный план, — он засунул руки в карманы своих рваных джинсов, которые сидели низко на бедрах.
— У тебя есть имя, дизайнерские туфельки?
Я улыбнулась и покачала головой, не захотев лгать, но и не сказав ему всю правду.
— Да, у меня тоже, — ответил он.
Я прикусила губу и подавила смех.
Бок о бок мы прошли остаток пути в тишине.
Когда добрались до основания моста, он повернулся ко мне лицом и вздохнул.
— Ну, я искренне надеюсь, что никогда больше не увижу тебя.
Я была в шоке, и, возможно, мне даже было немного больно. Но он быстро исправил себя.
— Нет! Я просто имею в виду… черт, — он нервно провел рукой по волосам, пока я смотрела на него с любопытством. — Я просто имею в виду, учитывая, как мы познакомились… я… эм. Я надеюсь, что ты больше не найдешь причину, чтобы вернутся сюда.
— Но мне очень нравится вид, — я насмешливо наклонила голову набок.
— Точно. Конечно, вид. Ладно, спокойной ночи, — он откашлялся.
— Тебе тоже, — я натянуто улыбнулась, но мои ноги не сдвинулись с места. Я сказала себе, что это было потому, что мне не хотелось, чтобы он видел мою машину и телохранителя, который ждал меня за рулем. Но в реальности, я просто не готова была уйти. Мой дом — это не то место, где я хотела бы быть. На самом деле, я нигде не хотела быть.