Окрест Кария
Шрифт:
Стефан, не отвечая, покачал головой, силясь прийти в себя – два потрясения за одну минуту даже для его психики (а может, особенно для его!) было уже чересчур.
– У тебя в жизни такое часто происходит? – Кай чуть склонил голову набок, изучающе глядя на брата. Тот рвано выдохнул.
– Первый раз! Вообще не понимаю, что за ерунда, какого хрена… Я ни с кем не ссорился!
– Я тоже! – торопливо вставил парень, предвосхищая возможный вопрос. В воздухе свистнула еще одна пуля, пробившая на этот раз стену над столом.
Братья рефлекторно пригнули
– Тише ты! – Кай, абсолютно не желающий, чтобы пес выдал их укрытие, поспешно зажал ему пасть рукой, – Блин, такое чувство, что твой кабинет просто планомерно обстреливают, только не пойму зачем… надеюсь, стол они не прострелят?
Стефан неуверенно постучал по древесине сбоку от себя костяшками пальцев.
– Ну… наверное, нет, – с явным сомнением отозвался он, – Хотя вообще-то я планировал за ним работать, а не от обстрела прятаться.
Брат, проследивший его действие, неожиданно улыбнулся, приподнимая брови.
– Ты все еще носишь этот браслет?
Мужчина, бросив взгляд на опоясывающее его руку деревянное украшение, улыбнулся сам.
– Твой последний подарок… Я ведь обещал, что никогда не сниму его, – он перевел взгляд на брата и улыбнулся шире, – Я держу свое слово. Кай…
Что он хотел сказать, так и осталось неизвестным – две пули, одна за другой, взвизгнули в воздухе. Одна продырявила фото Кая, стоящее на столе Стефана, другая разбила вазочку с цветком перед ним. Вода из нее закапала на пол, и хозяин кабинета скрипнул зубами.
– Какого дьявола они добиваются?! Выкурить нас из-под стола хотят?
– Может, просто запугивают? – парень неловко пожал плечами и поежился, – Да, не так я представлял себе наше воссоединение, если честно… Стеф, ты уверен, что тебе некому мстить? Может, родственники кого-то из погибших на треке…
Мужчина возмутился столь искренне, что пес даже отпрянул, внезапно подумав, что негодование хозяина обращено против него.
– Да причем тут я?! Эти придурки толпами прут на трассу, я всех и каждого предупреждаю, что здесь опасно! А они ломятся, гоняют, а потом попадают в больницу, а я… – он внезапно осекся и, внимательно глянув на брата, уже другим тоном продолжил, – Сейчас понимаю, что подзатыльника ты заслужил, как минимум, два. Почему сбежал из больницы?
Кай пожал плечами. С его точки зрения, оправдание этого поступка у него было и весьма веское.
– Тебя не терпелось увидеть. Я как вспомнил обо всем, просто ужаснулся, представив, что ты пережил! Мой мотоцикл тогда, должно быть, узлом завязался… – парень тяжело вздохнул и поморщился, – Придурки, гоняют на грузовиках по узким дорогам, не разъедешься с ними.
– А другие придурки гоняют на мотоциклах, не слушая старших братьев, – невозмутимо отозвался мужчина и неожиданно поежился, – Но ты прав – от мотоцикла твоего осталось мало. Когда я увидел его, когда увидел… тело… – его передернуло, и тотчас же осенило, – Подожди! Но… но кого же я похоронил под твоим именем?..
Еще одну пулю, пробившую стену над столом, Кай даже не заметил.
– В тот день… – парень примолк, тяжело вздыхая, – Тогда… Я уже возвращался домой, когда увидел голосующего парня на обочине. Я тормознул, он удивился, но попросил подбросить до города. Я и… подбросил, – в голосе молодого человека прозвучала такая горечь, что брат, недолго думая, обнял его за плечи, немного прижимая к себе.
– Это не твоя вина.
– Разве? – младший О’Ши покачал головой, выдавливая из себя грустную улыбку, – Я был за рулем, Стеф. Я… вообще не должен был останавливаться, если бы он поехал на машине!.. – он умолк, не в силах продолжать.
Брат тяжело вздохнул и, притянув к себе младшего, на секунду прижался своим виском к его – наивысшая степень проявления любви, единственная ласка, какую он, мужчина, мог себе позволить.
– Кай… мне очень жаль, что так произошло, правда. Но, клянусь, сейчас я готов плясать и кричать во все горло от счастья, что в живых остался ты! Я же… знаешь, я с ума сходил все это время, – он слабо усмехнулся, – Я не знал, что делать со своей жизнью, не представлял просто, как мне жить дальше. Мототрек-то я открыл только потому, что ты любил эти чертовы гонки… то есть, любишь, – усмешка на его губах сменилась широкой улыбкой, – Кстати, твой мотоцикл здесь, на парковке. Я привез его после того, как ты врезался в мой джип.
Кай, от изумления даже забывший о переживаниях, вскинул брови, поворачивая голову и ошарашенно взирая на брата.
– Так это был твой джип?? Мне казалось, он меня преследует – сначала в одну сторону с ним разминулся, потом когда к кресту ехали с Фредди, а потом, когда я опять увидел эту тачку сбоку от себя… – он нахмурился, припоминая, что случилось, – У меня итак в голове мутилось, а тут как будто гвоздь кто в висок вбил. Я, кажется, бросил руль, за голову схватился, ну и… – он тяжело вздохнул и махнул рукой.
Стефан только покачал головой.
– В голове мутилось, а ты полез за руль. Двадцать три года парню, а все воспитывать надо!
– Мне уже двадцать четыре, – буркнул юноша и, меняя тему, осторожно выглянул из-под стола, не поднимая, впрочем, головы, – Может, уже можно рискнуть и добежать до двери?..
– Тобой я рисковать не стану, – отрезал брат и, дернув младшего за локоть, вернул его в укрытие, – Надо придумать что-то другое.
Кай искренне задумался, сверля взглядом нос Джоя, с любопытством обнюхивающий его колено.
– До селектора не дотянешься? – по прошествии нескольких секунд неуверенно предложил он. Стеф сам призадумался и, наконец, оглядев свои руки, покачал головой.
– Дорожу своей рукой, признаться честно.
– Тогда давай кричать и звать на помощь! – парень, не в силах придумать ничего иного, немного насупился, – Хоть что-нибудь делать, у меня уже спина затекла.
– Прибежит секретарь и его убьют! – осадил его мужчина и, осторожно выглянув из-под стола, окинул быстрым взглядом кабинет, – Видишь ту дверку? Ну, из-за которой я Джоя выпустил?