Окрест Кария

Бердникова Татьяна Борисовна

Кай огляделся, прикидывая, как далеко успел уехать и, наконец, легко пожал плечами.

– Да нет, пара километров… Ну, может, пять. Хочешь компанию составить?

– Хочу, – голос собеседника вновь прозвучал довольно странно, с непонятным вызовом в нем, – Сможешь через полчаса быть у заправки, где в воскресенье пиво пили?

Мотоциклист ухмыльнулся. «Полчаса» давали ему одновременно вызов и фору, и он не преминул воспользоваться обоими.

– Буду через двадцать минут! – весело отозвался он, – Надеюсь, при встрече объяснишься?

– Не

сомневайся, – мрачно пообещал друг и отключился.

Кай пожал плечами и, сунув мобильный в карман, скрупулезно застегнув его, вновь натянул шлем. Что такого могло прийти в голову приятелю, он не представлял, но уже успел усмотреть в предложении встречи отличную возможность похвастаться новым транспортом, поэтому и не стал отнекиваться.

Он вообще был довольно легок на подъем, а если уж учесть, что сейчас выехал просто покататься, то легкость эта становилась и вполне объяснимой – какая, в конечном итоге, разница, куда ехать? Главное, чтобы дорога под колесами была, а остальное приложится.

…На заправке он оказался через двадцать две минуты – замешкался, обгоняя какого-то придурка на джипе, шарахнувшегося от его мотоцикла, как от прокаженного, – и покидая седло железного коня, был несколько недоволен результатом.

Приятель уже ждал его – сам он не сказал, через сколько подъедет, но, по-видимому, по какой-то невнятной причине очень спешил.

– Ого, какой монстр! – завидев подъехавшего Кая, друг восхищенно присвистнул, поспешно приближаясь и рассматривая его приобретение, – Классная игрушка, а в дороге как?

– Выше всяких похвал, – мотоциклист, надувшись от гордости, приподнял подбородок, – Слушается на счет раз, работает, как часики, – он потрепал мотоцикл по рулю и устремил вопросительный взгляд на собеседника, – Так что у тебя там за ужасы в голове завелись? Чего ты меня сдернул?

Приятель помрачнел, как-то сразу забывая о восхищении мотоциклом, и тяжело вздохнув, махнул рукой.

– Тебе надо самому это увидеть, – в голосе его зазвучали какие-то очень странные, не то недовольные, не то скорбные нотки, и Кай снова удивленно вскинул брови. Что такого ему мог показать друг, он не понимал, и тем более не представлял, почему это должно было вызвать такую реакцию в нем самом.

– Ладно, – тем не менее, спорить и требовать рассказать прямо сейчас он не стал, вновь перекидывая ногу через седло и проворачивая в руках шлем, – Дуй вперед, я за тобой.

– Один ты и не найдешь, – мрачно буркнул собеседник, уже направляясь к приземистому байку, стоящему неподалеку. Его мотоцикл был значительно старше «коня» Кая, которого тот безжалостно сменил на более новую модель, но расставаться с ним мужчина не спешил. То ли это была память о бурной юности, то ли просто ему доставляло удовольствие ругаться на транспорт, когда тот начинал барахлить и болтать с ним, когда работал нормально – парень не знал, да и, говоря начистоту, не вдавался в подробности. У каждого человека есть свои, нежно любимые и оберегаемые тараканы, к чему разгонять

их?

Моторы взревели, и мотоциклы, один за другим, выехали на большую дорогу, направляясь в сторону, противоположную той, из которой приехал Кай.

Путь начался.

Мотоциклист, восхищенный своим новым транспортом, рвущийся в бой, тихо негодовал, следуя на небольшой скорости за приятелем – ему казалось, что он заставляет молодого жеребца плестись со скоростью старой клячи, – и за время пути совершенно извелся, принимаясь от нечего делать изучать все встречные авто.

Ничего интересного в этом занятии не было, поэтому парень попытался угадать, о чем думает его друг, едущий впереди, но заметил лишь, что тот частенько косится на обочину, словно высматривает что-то на ней.

Дорога немного сузилась, превращаясь из двухполосной в какую-то сельскую. Транспорта стало меньше.

Навстречу еще изредка попадались автомобили, но объехать их, тем более на такой маленькой скорости, труда не составляло.

Обогнув несколько чужих машин, Кай неожиданно нахмурился и мимолетно оглянулся. Ему почудилось, что джип, который он ловко обошел только что, был тем самым, что он объезжал по пути сюда… Впрочем, ничего особенного в этом быть не могло – может, у водителя здесь тоже были какие-то дела.

Переведя взгляд вперед, парень торопливо сбросил скорость. Друг, вскинув руку, чтобы привлечь его внимание, уверенно сворачивал к обочине, и Кай поспешил последовать за ним, рефлекторно озираясь.

Интересно, чего он его сюда приволок? Дорога как дорога, обочина как обочина, лесок по сторонам… а там что?

Заметив установленный на краю дороги крест, молодой человек нахмурился вновь. Что еще за ерунда? Неужели друг решил поучить его уму-разуму, и продемонстрировать, к чему приводят гонки на мотоцикле? А то он не знает этого!

Приятель остановился, и Кай резко тормознул тоже, паркуясь несколькими метрами дальше. После чего решительно сдернул шлем, и недовольно оглянулся.

– Ну, и чего ты меня сюда приволок?

Друг, тоже стянувший шлем, мрачный и печальный, уверенно указал на крест.

– Посмотри.

Парень закатил глаза. К смерти постороннего человека сочувствия он не испытывал, любоваться на его последний приют не желал, однако, и друга обижать не хотел, поэтому, сохраняя на лице выражение недовольного одолжения, слез с мотоцикла и приблизился к кресту, устремляя взгляд на фото на нем.

Земля ушла из-под ног.

Не отдавая себе отчета в действиях, парень вцепился в плечо понимающе поддержавшего его друга и, приоткрыв рот, недоверчиво вгляделся в фотографию молодого, приятного на вид, человека с шальной улыбкой, озорными глазами и растрепанными русыми волосами.

В свою собственную фотографию!

– Что… что за… – приятным это не было: лицезреть собственное фото на могиле никому бы не понравилось.

– На имя посмотри, – буркнул друг, и Кай, скользнув взглядом ниже, вцепился в него сильнее.