Окно в Европу
Шрифт:
Четыре гранаты тут же полетели в сторону раненого животного, но, как выяснилось пару секунд спустя, в этом уже не было нужды - ноги бегущего гиганта подогнулись и он рухнул на землю, захрипев протяжно и как-то совсем жалобно... Кровь из огромной раны в боку выплескивалась толчками, весь снег вокруг моментально стал красным. Попал Ленг точно, зверя не спасли ни плотный мех, ни толстая шкура, ни слой плотного жира.
– Давайте сюда сани!
– Мамонт уже не поднимется!
Не знаю, как моим соплеменникам, на всю степь орущим поздравления удачливому стрелку, а мне сейчас, глядя на этого степного великана, стало немного грустно. Сегодня закончилась очередная эпоха - человек стал
С приходом первого тепла Лантирск вновь превратился в бесконечную строительную площадку – новым семьям нужно было свое, отдельное жилье, общие дома были переполнены. За прошлый год родилось сто сорок детей и Круг Матерей пересмотрел сроки строительства роддома - теперь он стоял первым в очереди. А ведь в планах были еще вторая больница, пять новых лабораторий, пильная башня, Дом Вождя…
Задействовали всех, у кого оставалось хоть немного свободного времени – от старших детей и подростков, после школы еще несколько часов формующих глиняные кирпичи, до отрядов стражников, сменивших тренировки на рубку леса. Женщины организовали доставку горячей еды прямо к местам работы, заработала первая прачечная и общественная баня. Запас чайб в казне стал быстро уменьшаться – зато в разы оживилась торговля на рынке, люди покупали даже те товары, на которые раньше только облизывались или считали излишеством. Впервые под навес «центра переработки» стали массово приносить старую, но еще крепкую, одежду, кривоватую глиняную посуду, еще не раскрашенную и не покрытую глазурью, многократно отремонтированные и сточенные инструменты, не способные конкурировать с новыми изделиями кузнецов, топорную мебель, сделанную еще в первые годы после основания Лантирска. Впрочем, даже эти вещи не уничтожались - их забирали с собой артели, отправляющиеся за десятки километров к источникам минерального сырья, там ценились даже такие «блага цивилизации».
В этом году мне снова предстояла поездка в Заморье – нужно было решать с Бинодаму вопрос оплаты. На сегодня черные люди смогли возместили стоимость только семи комплектов доспехов и оружия из пятидесяти переданных, и новая, гораздо большая поставка увеличит их государственный долг до совсем невообразимых размеров. Нет, кроманьонцы очень старались расплатиться – вернувшиеся из прошлогоднего рейса торговцы привезли, кроме бивней мамонта, носорожьих и оленьих рогов, несколько мешков необычных поделочных камней, порой очень красивых, корзину крупных морских раковин, переложенных сухой травой, козлят «бинодамской», как ее стали теперь называть, породы, подарки для зверинца правителя белых людей - львят, щенков шакалов и местной разновидности гиен в клетках. Но все это было каплей в море…
Состав нынешней высокой правительственной делегации несколько уменьшился, по сравнению с предыдущими экспедициями. Ноократию Лантирска представляли Верховный энной, сенсей Чан с дочерью, Дар, судовая команда во главе с адмиралом Праттом и десяток воинов. Мар отправился вместе с шахтерами к рудникам Заморья, а Тор с братом – на перехват группы из десятка неандертальцев. Эту семью засек Грохх еще в середине зимы, далеко на северо-востоке, и с тех пор каждую ночь заходил в сон то одного, то другого ее члена, рассказывая о Лантирске и направляя маршрут кочевников в нашу сторону. Хаким, Туатта и даже Рауг от него тоже не отставали, сосредоточившись на «бесхозных» родах и семьях Европы, не прикрытых
К Азовским болотам мы отправились вместе с попутным обозом судостроителей и бригады зодчих Зенга. Напрасно Пратт переживал за оставленное в степи добро - сооруженные осенью на скорую руку сараи с честью выдержали испытание снегом и морозами, а их высокое расположение на холме не дало поднявшимся талым водам Дона подтопить постройки. Все детали тримаранов, изготовленные еще в прошлом году, прекрасно сохранились, и всего через три дня мы уже продолжили путь дальше - на новенькой, только собранной «Газели - 1».
– Дим, посмотри на компас… Он мог сломаться?
Пратт, каждый час сверяя взятое с мыса Форос направление на Бухту Амазонок, легонько потряс прибор, магнитная стрелка которого лениво вращалась то в одну, то в другую сторону.
– Неужели размагнитился?..
– Ты энной, тебе виднее… Как дальше идти будем?
– По солнцу, Пратт. Мы примерно в сорока километрах от Заморья, это два часа пути. Сильно уже не собьемся, а как увидим берег – скорректируем курс.
Пока адмирал давал рулевому новые указания, я снял с продолжавшего чудить компаса толстое защитное стекло, поднес к стрелке лезвие ножа и она тут же к нему прилипла. Странно, выходит с прибором все нормально... Или дело вовсе не в нем?
Расстегнув кожаную куртку, я вытер со лба смешанный с защитным кремом пот. Как-то жарко для мая месяца, да еще и в открытом море... Жарко… Эта мысль заставила вздрогнуть от осознания возможной причины этой жары. Если я прав, то впереди нас ждут не самые лучшие времена.
– Народ, солнцезащитный крем у всех есть?
Ли, порывшись в своем рюкзачке, довольно улыбнулась:
– Целая склянка! Последний рецепт, с гли-це-ри-ном и белым… белым… цинком, вот!
Пратт тоже кивнул, указав на ящик с походной аптечкой.
– Обновите слой крема, на всех открытых участках тела. Да, Чан, тебе это тоже нужно сделать – я же мажу ним лицо и руки постоянно, и я не женщина! На головы капюшоны накиньте. Что? Шляпы? Да, шляпы из соломы тоже можно одеть, только привязывайте их под подбородком, иначе ветром в море унесет…
– Вечер уже скоро…
– Зачем снова мазаться кремом?
– Солнце уже садиться, не страшно…
– Друзья, тут дело не в Солнце, точнее – не только в нем. Наш компас оказался в полном порядке, а это значит, что пропало или сильно ослабло магнитное поле самой Земли. Раньше это магнитное поле вместе с атмосферой защищало нас от избыточного ультрафиолета и космической радиации. Теперь к солнечным лучам, тоже ставшим намного опаснее, прибавились ещё и лучи звезд!
– Так их же сейчас нет на небе!
Один из воинов, из старшего поколения, мгновенно выдал вполне логичный, на первый взгляд, аргумент.
– То, что мы сейчас не видим звезды, еще не означает, что их нет у нас над головой. Просто Солнце намного ближе и ярче, его свет днем затмевает все остальное. Понимаешь? Это как прогоревший костер с еще горячей золой – ночью остатки углей неплохо видно, они светятся, а днем ты их можешь и вовсе не заметить, пока не обожжешь руку.
Вроде все поняли, баночки с недавно усовершенствованным солнцезащитным кремом пошли по рукам. Ли, управившись быстрее других, занялась отцом, недовольно морщившимся. Ничего, ближайшие годы мы все будем ходить с отбеленными лицами…