Окно в Европу
Шрифт:
Лантирск сотни лет будет расти вширь, постепенно наращивая этажность зданий, до тех пор, пока не выйдет на уровень строительных технологий и материалов двадцать первого века, а то и дальше После этого здесь, в излучине Аркаима, начнутся настолько масштабные работы, что строительство башни Бурдж Халифа из будущего покажется детской игрой в песочнице. Единый город-государство, с экономикой и промышленностью, не зависящими от внешних “друзей” и “врагов”, сможет себе это позволить. И у меня есть все шансы дожить до этого времени!
– Дети,
– Папа, зачем нам эта “медитация”?
Дети, вежливо поклонившись денисовцу, обступили меня со всех сторон.
– Затем, что я могу и не успеть разыскать вас в Землях Вечной Охоты, если вы вдруг сваляете дурака и позволите себе умереть. Медитация даст и вам, и мне лишнее время - оно там течет совершенно иначе, чем в нашем мире. А если будете выполнять все указания сенсея - то в будущем точно сможете пройти в Первую Пещеру, и стать такими же, как и ваш отец.
– Я тоже смогу стать энноем?
– Да, Ника, сможешь. Но для этого вам всем нужно будет очень много работать над собой. Ну что, согласны пожертвовать ради этого часом сна?
– Да! Да!!
Жена и обе мои невесты, тоже слушавшие этот разговор, задумчиво кивнули вслед за радостными детскими возгласами.
– Дим…
Киама прикусила губу, стараясь не заплакать
– А я… Я не смогу стать такой же, как и ты?
Если маленькая Ли, повзрослев, теоретически ещё могла перешагнуть порог Первой Пещеры денисовцев, и, не будь там шайтана, обрести новые возможности и ограниченное только временем существования своего подвида людей бессмертие, то кроманьонцы были лишены этой возможности. Осознавать это должно быть очень обидно - нужно ее как-то успокоить, а то сейчас точно разревется от такой вселенской несправедливости.
– Я долго жил в другом мире, Киама. В мире, где далёкие потомки черных людей стали самыми могущественными существами на планете. И знаешь… бывали случаи, что у них просыпались такие же способности, как и у меня сейчас. Таких людей называли экстрасенсами. Так что не расстраивайся раньше времени - шанс у тебя, пусть и крохотный, но есть.
– Я буду очень-очень стараться, энной Дим… А наши с тобой дети, когда появятся и вырастут, они смогут?..
Я поперхнулся, слегка ошарашенный такими словами из уст тринадцатилетней девчонки. Впрочем, чему удивляться - разговоры на тему секса и отношений полов в Лантирске не были под запретом, в основанном Камо поселении дела обстояли так же - так что, откуда берутся дети, Киама знала прекрасно. И если она теперь моя невеста и будущая жена, то предположение о появлении общих детей вполне логично.
Эрика улыбнулась, и поднесла к лицу ладонь, стараясь скрыть смех - язык бинодаму, в отличии от денисовского наречия, она понимала отлично.
– Хм… Киама, если тебе это так интересно, Эрика может показать нашу статистику по бракам между черными и белыми людьми. А кратко - один из четырех таких детей станет таким же, как он - легонько киваю в сторону Ингвара, двое других - смогут видеть настоящую игру огня, но слабее, а последний - вообще не заметит в пламени ничего особенного.
– А наши внуки?
– Таких данных в Лантирске ещё нет.
Киама, украдкой загибавшая пальцы на руках, чтобы лучше понять озвученные только что цифры, несмело улыбнулась и вытерла рукавом проступившие в уголках карих глаз предательские слезинки. Мои слова ей явно понравились...
До обеда ещё оставалось довольно много времени, которое я потратил, чтобы посмотреть на состояние привезенных недавно саженцев. Высаженные со всей осторожностью в удобренную перегноем почву, огороженные крепким тыном от возможного посягательства животных, за которыми не уследили пастухи, деревья, кустарники и даже травы частью принялись, частью до сих пор боролись за жизнь, а частью все же пропали.
Все растения мы брали с огромным запасом - той же черешни накопали больше полусотни молодых деревьев, так что шанс сохранить все это природное богатство, оставался, и весьма существенный. На зиму мы их обложим сеном, соломой, ещё и хвойными ветвями обвяжем - молодые растения не такие выносливые, как взрослые. Если им помочь выжить сейчас, то шансы на то, что все эти южные виды не только выживут, но и приживутся в Лантирске, став ценным источником вкусных ягод и плодов, сильно возрастут.
4* * *
Подозвав одну из собак, бродивших неподалеку, я отправился назад. Одомашненные волки быстро размножались, и часть из них “прописалась” у каждых из восьми ворот второй защитной стены, которую мы в этом году снова не успеем закончить. Там и оставалось всего-то пару сотен метров возвести… Но я ещё в середине лета перебросил всех рабочих с этого участка на возведение жилья, а оставшийся пролет часовые временно закрыли таким же заборчиком, что огораживает поля.
– Нет, не нужно на меня прыгать и облизывать… Фу, кому говорят! Ты кто вообще, Тузик или Шарик?
– Полкан это, энной. Чудная кличка для собаки, конечно, но так его ещё щенком дети назвали, он и привык…
Дежурный на воротах потрепал лобастую голову зверя. Полкан был сторожевым - практически не отличимым от обычного волка, но цвет меха стал уже чуть темнее - это селекционеры стараются, чтобы разные породы отличались внешне. Охотничьи собаки так и останутся серыми, а для ездовых отбирали самых светлых зверей. Привезенные “красные” волки могли дать гены, отвечающие за рыжий цвет, может, я ещё и застану при жизни появление на свет представителей пород, напоминающих немецких овчарок, золотистых ретриверов и такс?
На обед у нас было вполне обычное жаренное мясо, сдобренное кусочками дикого чеснока и присыпанное ароматной зеленью тимьяна. А вот десерт удивил - Эрика, с хитрой улыбкой, поставила на стол миску с виноградом! Ещё и палец к губам приложила, строго взглянув на заулыбавшихся детей.
Честно говоря, я просто потерял дар речи - крупные, в три-четыре сантиметра диаметром, янтарно-жёлтые ягоды - это же размер лучших столовых сортов, которых ещё просто не может быть…