Окно в Европу
Шрифт:
Главное, как всегда, скрывалось в мелочах. Те самые линзы, которые в телескопе и подзорной трубе были длиннофокусными и отличались большими размерами, здесь мало того, что были миниатюрными и имелись в гораздо большем количестве - они ещё и обладали намного большей кривизной. Самые маленькие вообще изготавливались оплавлением тонкой стеклянной нити и дальнейшей шлифовкой полученного шарика или его половинки. Большую часть из этого набора мы изготовили раньше, но горный хрусталь для последней пары самых крупных стекол появился только сейчас.
Собирались они внутри корпуса с помощью вложенных между линзами тонкостенных
Страшные микроорганизмы, которых увидел мой первый микробиолог, оказались знакомыми с детства любому школьнику по урокам биологии полупрозрачными инфузориями-туфельками, плававшими в капле воды, набранной из ближайшей лужи. Микробы постоянно подергивались радужным ореолом, по ним то и дело пробегали блики от лучей заходящего солнца - в качестве подсветки использовался обычный дневной свет, ещё и левый край изображения сильно искажался…
Но это все равно был настоящий прорыв! Путем приблизительных расчетов, измеряя диаметры, кривизну и фокусное расстояние каждой линзы, я пришел к выводу, что кратность увеличения этого чуда технической мысли составляет около четырехсот. Помнится, когда-то у нас в школе были советские микроскопы с кратностью в тысячу, а учительница однажды разрешила всем посмотреть в обычно хранившийся под замком уникальный аппарат с увеличением в тысячу шестьсот. Раз этих показателей сумели достигнуть в другом мире - значит, Юру и его последователям тоже есть куда расти!
На следующее утро, едва рассвело, я выбрался из под мехового одеяла, поцеловал ещё дремавшую Эрику, оделся и отправился на реку. Пока рыбаки не отправились на ежедневный промысел, нужно было остановить выход команды “Зайца” - такого же легкого катамарана, что и ходившие в Заморье. Это судно, без порядкового номера, было прототипом, по которому затем строили всю серию, и сейчас оказалось единственным доступным вариантом, чтобы быстро переправить племя Хакима на наш берег Дона.
Ночью глава рода Поющих Песков наведался в мой сон, и сообщил, что он, вместе с остальными ближневосточными неандертальцами благополучно достиг вновь обмелевшего Кумо-Манычского пролива, и уже перебрался на другой его берег по появившейся перемычке. Там они столкнулись с многочисленными чернокожими аборигенами, которые появлению чужаков не обрадовались. Местные кроманьонцы преследовали их больше суток, время от времени потрясая копьями и крича явно оскорбительные фразы вслед пришельцам. Правда, увидев, что те не собираются оставаться на их территории, напасть так и не решились, и вскоре отстали. Сейчас Хаким был приблизительно в семи-восьми днях пути от места встречи - точки, где река Маныч впадала в Дон. От Лантирска до нее - около двухсот пятидесяти километров. Так далеко на восток мы ещё не ходили…
Рыбаки, многие из которых не только знали устройство судна как свои пять пальцев, но и принимали непосредственное участие в его проектировании и строительстве, занялись разборкой катамарана. Сейчас распоряжусь подогнать к Аркаиму телегу для
Круг Воинов, впечатленный рассказами о вчерашним испытании пороха, и уже мечтавший о новом оружии, с готовностью собрался по первому зову.
– Воины! Вы - сила и защита Лантирска, и сейчас я попрошу вас встретить НАШИХ людей, которые уже долгие месяцы возвращаются ДОМОЙ. Да, вы не ослышались. Именно ДОМОЙ, потому что наш город - это единственный дом для всех людей нашей крови и тех, кто связал свою судьбу с народом Солнца!
– Два отряда готовы выйти хоть сегодня. Эти люди далеко?
Ленг, за семь дней доберётесь, будете идти по компасу, я тоже помогу, подкорректирую направление. Энной Хаким приближается с востока, поэтому вам предстоит ещё и перехватить попутно шесть небольших местных групп и родов, которые до сих пор считают мое появление в их снах плодом своего воображения. Мне нужны все эти люди, понимаете? Лантирск должен расти ещё быстрее!
– Куда быстрее Дим?.. Строители едва на ногах держаться от усталости, за месяц уже двадцать домов построено!
– Нужно больше, до снега осталось совсем немного времени... Сегодня к ним присоединятся новички и часть вышедших из карантина. У нас и так три с половиной сотни людей будут зимовать в юртах, Ленг! Сколько бригад работает?
– Кажется шесть, но это лучше у Мастеров спросить, я могу и ошибаться.
– Вот с вами разговор закончу, и сразу к ним. Ты сам поведешь отряд?
– Да, Утар останется здесь.
– Хорошо… Тогда вот ещё что - помните, весной я говорил, что этот год будет очень трудным? Так вот, те из вас, кто свободен от дежурств, кто хочет и может сейчас помочь - пожалуйста, поддержите строителей. Ваша зарплата воинов останется, этот труд будет оплачен отдельно!
Согласились многие - часть воинов не покидала город, и предложение получить дополнительный заработок, хоть немного сравнявшись при этом в глазах своих женщин с теми, кто ходил в Крым и Заморье, было принято положительно.
Круг Мастеров встретил меня едва ли половиной обычного состава - остальные уже разошлись по стройкам и мастерским. Гора заказов нарастала с каждым днём, как снежный ком, лица людей осунулись, под глазами появились темные круги.
– Только не говори, что ты задумал новое дело! Людей свободных нет. Вообще нет!
– Задумал, а людей я вам дам. Не мастеров, конечно - подсобных рабочих, но дам.
– Ладно, Дим, давай, не тяни - чего надо?
– Сейчас - лучшего литейщика, позже - токарный станок. Да, третий, он самый точный - минимум на месяц, крутить привод будут новички, так что с вас - хороший токарь.