Огребенцы
Шрифт:
Хастел встал, надел меховые тапочки, что были призваны сегодня контрастировать с его чёрным костюмом и белой рубашкой и неторопливо вышел из особняка в сад.
Здесь, среди благоухания цветов, ночного стрёкота цикад и шума фруктовых деревьев, на траве в позе лотоса сидела женщина. Обычное облегающее платье она сменила на серебристую мантию, а волосы, что в повседневности спускались на спину единым потоком специальным обручем, сейчас были распущены и обегали плечи.
Хастел задержал взгляд на Нефирате и даже было подумал не отвлекать
Женщина открыла глаза и посмотрел на «начальника».
– Митунг, военные действия, пять заблудших душ. Поприсутствуй рядом на случай, если хранители заметят запретные технологии или какие-либо энергетические искажения. Последние впрочем исключены.
– Почему не отправить Энрю?
– спросила женщина.
Этот вопрос был задан не с позиции «Какого меня оторвали от медитации!?», а исключительно ради понимания ситуации. Так как Энрю являлся ликвидатором и «накручивать хвосты», и отрывать головы его непосредственная обязанность.
Хастел вздохнул и немного поморщился, что с его невозмутимым лицом происходило крайне редко.
– Энрю - ходячий апокалипсис, - коротко разъяснил он.
– Зигирот (архитектор группы Хастела), последние лет двести только и закапывает за ним километровые котлованы...
Нефирата позволила себе едва заметную улыбку, разбавленную удивлением, после кивнула и исчезла, оставив Хастела в задумчивости созерцать темноту сада.
Глава 9. Атака на «Энтерпрайз».
Глава, в которой Коля выясняет, что 60 пушечный фрегат не из их района.
***
Атака на «Энтерпрайз» - «байка» о том, как советские подводники чуть не потопили американский авианосец продувом гальюна.
***
– Какого чёрта мы здесь делаем?
– возмутилась стройная женщина с монгольским чертами лица и поправила иллюзорную мантию. Иллюзорность её одежды заключалась в том, что лишь стоило её обладательнице замереть, мантия эта немедленно стремилась слиться с окружающим пейзажем.
– Не гунди, шеф сказал надо, значит надо, - передразнил её суховатый мужчина с большим лбом, правильным носом и аккуратным подбородком, да и вообще, что его - белоруса описывать.
На это женщина хмыкнула, притопнула ножкой и недовольно сжала изящный, покрытый золотой гравировкой посох.
Другой мужчина, голубоглазый, широкоплечий, закованный в чёрную пластинчатую броню, повернул подбородок «недобитого арийца» к человеку в белом кожаном плаще и спросил:
– Что задумался, Чингиз?
– Да всё это навевает воспоминания, - немного грустно
Человек этот должен быть знаком вам - тот самый пустынный странник, арбалет которого умудрился «увести» Юрий, но которого данный факт уже нисколько не расстраивал.
Ассасин оттянул рукав и взглянул на серебряный «браслет» усыпанный тёмно-красными рунами. Артефакт закрывал почти всё предплечье, а в глаза немедленно бросалась его невыразимая потусторонняя изысканность.
– Я и подумать не мог, что эта штука позволяет вытворять подобное...
– Это всё замечательно, - не унимала недовольство Адьяа - единственная женщина в отряде и их маг и целитель в одном лице, - но какого чёрта ты перенёс нас именно сюда? Перезарядка особой способности браслета почти месяц!
– Ну ты уж извини Адьяа, но, когда оба наблюдателя намекают отправиться именно в это место... отказаться просто невозможно. Да и я сам не прочь посмотреть на того несчастного, которому всучили Четвёртое сокровище тьмы.
– «Счастливчик» первого уровня!
– прищурился белорус, вглядываясь в темноту города.
– Наверняка Хранители заблокировали все плюшки. И нам вроде надо на Орингел?
– Я думаю нас туда увезёт один из тех прекрасных фрегатов, что сейчас утюжат город, - на весьма недурном русском предположил немец в чёрных доспехах.
– Это не фрегаты, а линейные корабли...
– поправил Белорус.
– Дааа? А чем фрегат отличается от линейного корабля?
– решил подловить товарища Ариец.
Но спор прервал Чингиз:
– Линейные корабли - это большие фрегаты, действующие в составе соединения. Так что первое подходит больше.
– Мы будем вмешиваться?
– протянула Адьяа.
– Нет, - коротко подытожил ассасин и внёс разъяснения, - если конечно все будут вести себя прилично. Подождём пока всё закончится, посмотрим на обладателя арбалета и «уговорим» капитана нападающих подбросить нас до Орингела за наши милые лица.
– Если конечно они выиграют...
– подытожил белорус.
– Не вижу ничего, чтобы могло бы им помешать, - буркнул Чингиз и сел на поверхность арки колокольни храма, прислонившись спиной к опоре. Он явно собирался коротать время за созерцанием происходящего.
Ах да, диалог этот происходил на самой высокой точке города - башне с удобной обзорной площадкой, что венчала здание местного храма. И хотя было использовано слово «колокольня», никаких колоколов здесь не было, хотя форма башни вполне соответствовала этому понятию.
– Мне скучно, и я хочу есть, - скривилась Адая и спрыгнула с колокольни вниз.
Наверно прыгать с 30 метровой высоты не самое лучшее решение. Но, женщина, вместо того чтобы сначала грохнуться о крышу, а после кубарем свалиться на землю, очень мягко оттолкнулась от козырька крыши и после, замедлившись у земли, не менее мягко приземлилась на брусчатку перед храмом.