Огонь с юга
Шрифт:
— Вон там можно высадиться. — Каи указал на полосу влажного серого песка, едва различимую между крупными кораблями. Стрелки и меченосцы «Скорпиона» стояли на носовом помосте и вдоль бортов, бдительно следя за всеми островами вокруг стоянки вплоть до самых крохотных. То тут, то там голая черная скала поднималась из затененного моря, но на большей части суши темно-зеленые узловатые деревья с колючими мясистыми листьями подходили к самой воде. Ни малейшего движения не угадывалось среди перекрученных серых ветвей, и лишь скудный ветерок освежал потный лоб Кейды. Запах разложения тяжело висел в воздухе, и повсюду гудели и стрекотали
Быстрые удары весел разворачивали тяжелые триремы кормой к пляжу, рулевые весла поднялись, чтобы их не зацепило.
— Захватчики, — прошипел Джатта, и все увидели некое шевеление на песке.
Рывком, заглушившим все голоса, тяжелые триремы приблизились к берегу и, содрогнувшись, соприкоснулись с ним — едва ли не позже, чем воины в броне хлынули по кормовым лестницам, падая по пояс в воду и вскидывая обнаженные мечи. Темнокожие чужаки вырвались из-за стены деревьев, воя бессловесно и бессмысленно. Волоски на загривке у Кейды встали дыбом.
— Прямо как звери.
— Пусть и умрут как звери, — пылко произнес Телуйет.
— Вот именно. — Кейда услышал, как дикий вой прервали крики боли, и его охватило мстительное удовлетворение.
— Они не прорываются? — Джатта наблюдал за весьма крупным отрядом лучников, которые собрались на «Рогатой Рыбе». Те посылали через пляж тучи стрел, это было почище шквала в пору дождей.
— Я не вижу. — Кейда легко пробежал вдоль «Скорпиона» со стороны суши к носовому помосту. Телуйет следовал за ним по пятам. Вождь воспрянул духом, лучше разглядев бойню на берегу.
— Верно, — поразился он. — Они орудуют только деревянными дубинами и копьями. — И указал на клинки Чейзенов и Дэйшей, что обрушивались на вопящих дикарей, вспыхивая в закатном свете.
— Однако и деревяшками можно проломить череп или продырявить человека, точно птицу вертелом. — Телуйет обозрел берег, держась между Кейдой и любой незримой непредвиденной угрозой. — И мы не знаем, нет ли у них пращей или стрел. Отойди-ка за форштевень, мой господин.
— Пока что дырявят только их. — Поступив как советовал ему телохранитель, Кейда, тем не менее, видел одного чужака за другим падающими под безжалостными ударами мечей. Воинам Дэйшей даже не приходилось взывать к искусству, отточенному годами учения, ибо ни броня, ни острые клинки не препятствовали их оружию, готовые наказать за любую ошибку в расчетах. Вторая волна вопящих пришельцев вырвалась из-за деревьев, но стрелы уложили половину из них раньше, чем дело дошло до ближнего боя с облаченным в сталь строем меченосцев, наступавших теперь по всему пляжу.
— Будем надеяться, что мы отберем у них каждый остров так же легко, как этот, — удовлетворенно пожелал Телуйет.
— Он еще не отобран. — Тревожное предчувствие жестокой битвы скрутило кишки вождя. — Будем надеяться, что мы сейчас нежданно-негаданно не столкнемся с магией.
— Что это? — Телуйет вздрогнул, заметив новое движение на носовом помосте «Рогатой Рыбы»: там все указывали на берег и кричали.
Сердце Кейды пропустило удар, когда он увидел, что происходит.
— Это островитяне самого Чейзена!
— Выходят из своих убежищ, — подтвердил Телуйет, улыбаясь до ушей. — Они тоже захотят участвовать в изгнании грабителей из своих домов.
— Теперь те окажутся меж двух огней. — Кейда медленно покачал головой. — Ну и резня предстоит!
— Хорошо, — бодро откликнулся Телуйет.
Рыбаки
Кейда увидел, что Чейзен Сарил уже манит гребную шлюпку, осторожно выползающую из-за кромки береговых деревьев.
— Телуйет, мы идем на берег.
— Мой господин. — Раб, даже не пытаясь спорить, последовал за своим хозяином обратно на корму. Чейзен Сарил махнул рукой из лодочки:
— Вождь Дэйш! Давай вместе посетим землю, которую принесла нам победа.
— Очень мило с его стороны признать, что и мы слегка подсобили, — пробормотал Телуйет. — Еще бы — мы привели впятеро больше воинов, чем он.
— Рекха Дэйш заставит его заплатить все, что он нам задолжал. — Кейда проворно спустился вслед за телохранителем с кормы «Скорпиона» в лодку Чейзена Сарила.
Когда они приближались к берегу, суденышку пришлось проталкиваться меж тел, покачивающихся там и сям среди ленивых волн. Кровь, покидая тела, смешивалась с теплой водой. Выглядели мертвецы так, словно их рвали дикие псы: руки и животы вспороты, на изуродованных лицах глубокие порезы.
Обучи своих людей самому свирепому бою на мечах, и твое владение будет защищено. Но опасность не уменьшится, а даже возрастет, ибо такие люди всегда охочи до драки. А пока ты выполняешь свой долг вождя, им редко представляется возможность показать свое смертоносное умение. Жизнь правителя полна противоречий.
Телуйет поражался скудости одеяний на трупах и убожеству малочисленных украшений: перья да краска.
— И что за дурни идут в битву голыми, точно новорожденные щенки?
Кейда метнул на него сердитый взгляд.
— Люди, которые верят, что могут положиться на что-то посильнее кожи и стали.
— Но ведь огня не было. — Чейзен Сарил выглядел смущенным. — А прежде его вспыхнуло куда как много!
Нетерпеливые руки потянулись, чтобы вытащить лодку на берег и помочь обоим вождям ступить на сухую землю. Воины Чейзенов и Дэйшей сомкнулись вокруг со все еще обнаженными мечами.
— Иди поговори со своим народом. — Кейда поймал Сарила за локоть и развернул к худому и стройному человеку, тревожно заламывавшему руки. — Узнай, с чем еще мы можем столкнуться. Телуйет, давай посмотрим, что сообщат нам раненые.
С державшимся возле него рабом Кейда поспешил вдоль берега, где местные жители и те, кто пришел к ним на выручку, с безжалостной последовательностью избавлялись от павших дикарей.
— Стой, — отрывисто приказал Кейда, увидев, как меч его воина взмыл над захватчиком, ноги которого ниже колен были обрублены и размозжены. Ошметки плоти вокруг раздробленных костей покрывал слой копошащихся мух. Кровь, слабо сочащуюся из ран, исправно впитывал сухой песок.